Вот он, особый жанр лицемерия, который можно было бы назвать "заботой об исторической памяти". Государство торжественно открывает музеи, произносит слова о трагедии и страдании, вешает на стены фотографии жертв — и при этом тщательно выбирает, каких именно жертв следует оплакивать, а каких — замуровать в архивах и забыть. Это не забота о памяти. Это её хирургическое препарирование.
Дверь в дверь
В 2019 году, когда я снимал фоторепортаж из Музея истории ГУЛАГа в 1-м Самотёчном переулке, первое, что встречало посетителя — это коллекция дверей. Двери со всей страны: от Колымы до западных границ. Двери лагерей, за которыми исчезли миллионы людей.
Теперь в том же здании — другие двери. Парадные, с табличкой "Музей Памяти". Открытые 22 июня 2026 года, ровно в 85-ю годовщину начала Великой Отечественной войны. Торжественно, при чиновниках, под камеры. Символично? Пожалуй. Только символ совсем другой.
Вытеснение
Музей истории ГУЛАГа был основан в 2001 году историком и публицистом Антоном Антоновым-Овсеенко — человеком, который сам прошёл через сталинские лагеря как сын "врага народа". Постоянная экспозиция открылась в 2015 году в отреставрированном доме 1906 года постройки. Она рассказывала об истории исправительно-трудовых лагерей с 1920-х по 1950-е — о системе, уничтожившей и искалечившей десятки миллионов советских граждан.
В ноябре 2024 года музей "приостановил работу" по причине "нарушений пожарной безопасности". В начале 2025-го директора Романа Романова уволили — по имеющимся сведениям, за отказ убрать раздел о сталинских репрессиях с выставки "История Москвы". Затем власти решили интеллигентно ликвидировать учреждение, присоединив его к Музею Москвы. Весной 2026 года весь коллектив уволился, все экспонаты демонтировали и отправили в фонды.
"Интеллигентно" — прекрасное слово. Именно так — без скандала, почти тихо — в России сегодня делается самое важное.
Что пришло на смену
22 июня 2026 года на месте Музея истории ГУЛАГа открылся Музей Памяти жертв геноцида советского народа — по версии ТАСС, первый в России научный, просветительский и общественный центр о преступлениях нацистской Германии против мирного населения в годы войны. Площадь — 1,7 тысячи квадратных метров, 18 тематических разделов.
Среди экспонатов — реконструкция вагона для перевозки узников. Вагона нацистского. А не того, в котором везли на Колыму. Это важная деталь.
Глава управления общественных проектов администрации президента Сергей Новиков, ответственный за цензуру в российской культуре, торжественно сообщил, что молодёжь получит здесь "прививку от неонацизма, поскольку параллели с сегодняшним днём очевидны".
Параллели с сегодняшним днём — очевидны. Это, пожалуй, единственная правда во всей этой церемонии, хотя и совершенно не в том смысле, какой имел в виду оратор.
Арифметика жертв
В период Большого террора 1937–1938 годов было арестовано более полутора миллионов человек. Около 700 тысяч расстреляли. Пол в зале Музея ГУЛАГа был устлан 700 тысячами гильз — по числу расстрелянных. За всё время существования системы с 1930 по 1956 год в лагерях погибло более двух миллионов человек.
Эти гильзы теперь убраны. В фонды. На хранение в бескислотную бумагу — до лучших времён, которые, судя по всему, не наступят никогда. На их месте — иммерсивная инсталляция о блокадном Ленинграде. Блокада — это трагедия. Но ГУЛАГ — тоже трагедия. Государство, однако, выбрало: одни жертвы заслуживают музея, другие — тишины.
Логика проста: нацистские преступления — это преступления врага, они удобны. Сталинские преступления — это преступления государства, то есть самого себя. Государство не судит себя. Государство себя музеефицирует.
Мединский говорит
Помощник президента Владимир Мединский назвал новый музей "местом, которое рассказывает о тех страницах нашей истории, которые мы никогда не афишировали".
Вот это — шедевр. Человек, при котором в России последовательно переписывали учебники истории и глушили любую дискуссию о советских преступлениях, торжественно заявляет, что теперь они готовы говорить о "неафишируемых страницах". Оказывается, неафишируемые страницы — это зверства вермахта. А ГУЛАГ, стало быть, уже вполне себе афишируется. В фондах. На хранении. В бескислотной бумаге.
Концепция геноцида советского народа
Концепция геноцида советского народа в годы Второй мировой войны в советском правовом поле не существовала. Примерно с 2020 года её стал активно продвигать глава Следственного комитета Александр Иванович Бастрыкин. В 2025 году был принят соответствующий закон, а в 2026-м введена уголовная ответственность за "отрицание геноцида советского народа" — до пяти лет лишения свободы.
Итак, теперь за отрицание одного геноцида — тюрьма. А за напоминание о другом — увольнение, закрытие музея и демонтаж экспозиции. Государство позаботилось о симметрии: один геноцид криминализирован, другой — ликвидирован институционально. Это называется — управление памятью.
Что осталось от прежнего
В моём фоторепортаже из музея 2019 года есть кадр: окно между двумя мирами — миром заключённых и миром охранников. Неслучайно ведь появилась фраза: половина страны сидела, а вторая половина охраняла.
Это окно теперь заложено. Физически или метафорически — неважно. Те, кто сидел, больше не смотрят на нас со стен 1-го Самотёчного переулка. Теперь на стенах — другие жертвы, другая война, другая скорбь. Разрешённая.
А 700 тысяч гильз лежат где-то в коробках. Ждут.
__________________________
Дорогие друзья, спасибо за лайк этому посту! Не забывайте подписываться на мой канал! Также его можно поддержать. Искренне ваш АЛЕКСЕЙ НАСЕДКИН.