NASEDKIN

Существуют бизнес-модели, которые работают безотказно ровно потому, что построены на самом невыносимом человеческом чувстве — на страхе за собственного ребёнка. Государство годами делает вид, что не замечает очевидного, а частник тем временем выставляет счёт за надежду. Дальше — классика: тишина надзорных органов, бегство за границу и матери, которые в одиночку тащат на себе то, чем обязана заниматься система. Я всегда стараюсь следовать принципам врачебной солидарности, но здесь иная ситуация. Нашумевшая...

Григорий Явлинский, основатель партии, которая тридцать с лишним лет назад начиналась как "партия для тех, кто ещё не разучился спорить", сегодня лишь наблюдает за тем, как его детище снова оказалось единственным несогласным во дворе, где все остальные внезапно очень дружны. Один против стаи: краткий бестиарий предвыборного двора Представьте себе школьный двор. У забора, поправляя очки, стоит мальчик, который единственный сделал домашнее задание. Остальные — крепкие, румяные, в трениках с лампасами...

Вот вам ярчайший пример того, как прошлое иной раз возвращается без предупреждения. Просто-напросто в чьём-то посте появляются даты, место и деловой тон, будто речь о ярмарке мёда, а не о том, о чём должны были забыть навсегда. Есть люди, которые собирают марки. Есть те, кто коллекционирует минералы. А есть видный христианин Герман Стерлигов — персонаж, который коллекционирует Средневековье целиком, по частям перевозя его в XXI век на дровнях, запряжённых собственным упрямством. Его последнее приобретение — невольничий рынок...

Кажется, ещё вчера сюда выстраивались очереди с чемоданами, но сегодня за забором остались только пыль и битое стекло — город тихо, без объявлений и торжественных проводов, прощается с ещё одним куском своей памяти. На площади между Ленинградским и Ярославским вокзалами который год пряталось скромное двухэтажное здание, задрапированное фальшфасадом, будто его стыдливо прикрыли простынёй. Теперь простыню сняли и выяснилось, что прятать больше нечего: здание бывших билетных касс уже сносят. Больше десяти лет эти кассы простояли закрытыми...

Оказывается, у всех наших бед, от дедовщины в казармах до пустых родильных домов, есть один-единственный источник. И это не экономика, не система образования и не отношение к людям как к расходному материалу. Источник сидит в первом классе и ведёт урок чтения. Наконец-то социология обрела своего Ньютона. Глава свердловского отделения "Союза отцов России" Вячеслав Истошин одной фразой объясняет то, над чем безуспешно бились демографы и военные психологи: и буллинг, и дедовщину, и вымирание нации. Виновата учительница...