Утро начиналось с тишины. Вчера ещё гордо торчали зелёные перья лука, морковная ботва кудрявилась на солнце, как юные балерины.
А сегодня...
Сегодня Катерина Петровна вышла на крыльцо с кружкой чая и замерла.
Грядка лука походила на поле после сражения — пожелтевшие, поникшие перья. Морковь, ещё вчера такая бодрая, странно поблёскивала, словно её обрызгали жидким стеклом.
— Всё ясно, — пробормотала она, возвращаясь в дом.
— Налётчики. И не простые, а с крыльями.
Луковая муха — та ещё актриса. Небольшая, сероватая, с жёлтым отливом на лапках. Тихоня, каких поискать. Не жужжит навязчиво, не кружит над головой.
Но если весной, в пору цветения вишни и одуванчиков, увидите такую — знайте: она ищет, куда бы воткнуть свою драгоценную иглу. А подложит яйцо у самой шейки лука — и пиши пропало: личинки вгрызутся в луковицу, оставив от неё гнилую труху.
Морковная муха — её сестра по вредности. Чуть поменьше, тёмно-зелёная, с красноватой головой. Любит сырость и тень, появляется, когда зацветает рябина.
И вместо того, чтобы радоваться цветам, садовод видит, как морковь покрывается ржавым налётом, а корнеплоды становятся горькими, жёсткими — погрызенными насквозь.
— Значит, так, — Катерина Петровна достала из кладовки старую тетрадь в кожаном переплёте, ту самую, где были записаны рецепты её матери и бабки.
— Умные книги говорят: химия, мол, спасёт. А бабка говорила иначе: «Природа, Катя, она хитрее человека. Если враг летит — поставь ему запаховый блокпост».
Глава первая. Табачный дым и угольная пыль.
Первое средство, которым пользовались ещё прадеды — табачная пыль. Смешать с золой и гашёной известью, посыпать междурядья, когда муха начинает лёт. Запах для неё — как для дворянина запах из выгребной ямы. Но! Катерина Петровна знала хитрость: не сыпать всухую, а опрыскать по пыли водой — так пыльца прилипнет и будет держаться дольше.
Она вышла в сад, надела старый платок, который хранила «для боёв», и принялась колдовать.
— Только не перестарайся, — шептала она морковке, — табак полезен, но если пересыпать — сам корень задохнётся.
Глава вторая. Чеснок против разведчиков.
— А вот это, — Катерина Петровна подмигнула соседскому коту Ваське, который наблюдал за ней с забора, — моя гордость.
Она натёрла зубчики чеснока на мелкой тёрке, залила тёплой водой, настояла сутки.
Потом процедила, добавила хозяйственное мыло — чтобы прилипало. И в вечерний час, когда солнце уже не жжёт, а мухи затихают, опрыскала и лук, и морковь.
Запах стоял такой, что сам Васька чихнул и ушёл на соседний участок.
— Им, матушкам-мухам, этот запах как ножом по нежному тельцу, — пояснила Катерина Петровна, любовно оглядывая грядки.
— Наш организм терпит, а их — сбивает с толку. Они садятся на лист, чувствуют чеснок — и улетают искать место попроще.
Глава третья. Невидимый забор.
Самое хитромудрое средство бабушка Зина называла «невидимым забором».
Катерина Петровна разложила на грядках стебли полыни и пижмы. А на краю участка посеяла бархатцы.
— Вот, смотри, — говорила она внуку, который приехал на каникулы. — Муха летит. Она ищет запах лука. А тут — как в аэропорту: сначала полынь, потом пижма, потом чеснок, потом табак. Она запутывается, как старушка в трёх соснах. И улетает к соседу, у которого ничего нет.
Внук смеялся, но запоминал.
Глава четвёртая. Полив по расписанию.
Катерина Петровна знала главный секрет, который не записан ни в одной агротехнической брошюре: муха не любит, когда её ждут.
Она поливала лук не сверху, а в бороздки, чтобы луковицы оставались сухими. Морковь — только утром, чтобы к вечеру земля проветрилась. А в сырую погоду — и вовсе не поливала.
— Зачем врагу удобства? — смеялась она.
— Пусть ищет другой сад.
Глава пятая. Севооборот — главный союзник.
В тетради было написано красными чернилами:
«Никогда не сажай лук после лука. И морковь после моркови. Враг привыкает, как мы к подушке. Он ляжет в землю, перезимует — и на следующий год будет знать твой сад наизусть».
Катерина Петровна меняла места посадок каждые три года.
Сажала лук рядом с морковью — и они защищали друг друга. Запах лука отпугивал морковную муху, запах моркови — луковую. Как два разведчика, работающие в паре.
Итог. Война окончена?
Нет, перемирие.
К концу июня сад стоял зелёный, густой, гордый.
Лук — белый и упругий, морковь — сладкая и хрустящая, как в детстве.
Катерина Петровна сидела на скамейке, держа в руках чашку мятного чая, и смотрела на свои грядки.
— И не надо никакой химии, — говорила она Ваське.
— Природа — она всё дала. Надо только уметь договориться с ней. И помнить, что муха — она не злая. Она просто ищет дом. А мы должны свой дом сделать для неё неудобным. Вежливо, но твёрдо.
Васька мурлыкал, соглашаясь.
А в калитку уже стучалась соседка — узнать про «чесночное средство» и где взять табачную пыль.
— Идите, идите, — улыбалась Катерина Петровна.
— Всё расскажу. И вам, и вашим внукам. Потому что сад — он как любовь: требует знаний, внимания и немного хитрости.
И если подойти с душой, даже самый маленький враг отступит. Не потому что слаб, а потому что найдёт место, где его не ждут.
P.S. Главное оружие садовода — не лопата, не опрыскиватель, а голова. И чуточку терпения.