Если у вас хоть раз отбирали на предполётном досмотре воду или предлагали везти её в себе, то вы наверняка думали: почему в одних аэропортах категорически запрещают проносить жидкости, а в других такой проблемы не возникает?
Давайте сначала немного погрузимся в историю. Итак, во времена половцев и печенегов никаких запретов на провоз жидкостей не существовало. Они появились сравнительно недавно: всего-то 20 лет назад, в 2006 году. До этого в салон спокойно проносили соки-воды, да хоть шампунь.
Однако в августе 2006-го британская полиция раскрыла террористический заговор: группа бармалеев собиралась пронести на трансатлантические рейсы из Лондона в США и Канаду жидкую взрывчатку под видом газировки и собрать бомбы прямо в полёте. Жидкость заливали в бутылки из-под напитков с аккуратно запаянной крышкой, чтобы на просвете ёмкость выглядела как обычная нераспечатанная газировка.
Чтобы нарушить планы негодяев, из британских аэропортов запретили проносить в салон вообще любые жидкости, кроме детского питания. Да и его ещё просили попробовать при сотруднике. Но это привело к транспортному коллапсу и лютым очередям на предполётном досмотре, поэтому уже в ноябре разрешили пресловутые ёмкости по 100 мл, упакованные в прозрачный пакетик. Это задумывалось как временная мера, но, как известно, нет ничего более постоянного, чем что-то временное. К тому же, её на всякий случай раскатали по всему миру, потому что террористам, по большому счёту, всё равно, откуда куда лететь, если всё равно прилетишь в Джаннат.
Проблема на самом деле сугубо техническая. Самые старые сканеры – обычный рентген, который даёт плоскую картинку. Чем выше плотность вещества, тем сильнее оно поглощает излучение и тем ярче выглядит. Металлическая застёжка чемодана получится яркой, стопка рубашек почти прозрачной. Собственно, плоское изображение – главная проблема допотопных сканеров, и на нём что толщина, что плотность сливаются в одно пятно. В смысле, тонкий слой чего-то очень плотного выглядит так же, как толстый слой чего-то лёгкого. По одной яркости нельзя сказать, насколько вещество плотное на самом деле, а именно плотность и выдаёт взрывчатку. Такие машины вывели из эксплуатации в основном в конце девяностых, и уже к 2006 году единичные экземпляры оставались только в небольших региональных аэропортах.
Современные сканеры используют сразу два пучка разной энергии и по поглощению излучения прикидывают, из каких атомов оно сложено. Далее компьютер рассортировывает содержимое чемодана на крупные группы и раскрашивает их на экране: органику в оранжевый, металлы в синий, всё остальное в зелёный. Но взрывчатка состоит из той же органики: азота, углерода, кислорода и водорода, что и масса безобидных вещей, включая воду. И то, и другое раскрашивается в оранжевый цвет, поэтому больше литра по 100 миллилитров нельзя: считается, что из такого набора не получится собрать на борту что-то опасное. Таких сканеров в аэропортах большинство.
Веяние последних нескольких лет – компьютерная томография. Такая же, как в больницах (только не путайте КТ с МРТ: в трубу с дабстепом чемоданы не кладут). Сканер при помощи того же рентгеновского излучения делает множество снимков под разными углами и собирает из них трёхмерную модель багажа. И если в плоском снимке яркость зависела не только от плотности вещества, но и от лежащих на пути луча других предметов, то объёмная модель показывает каждую точку отдельно, со своей глубиной, и прибор наконец вычисляет чистую плотность. Тут-то вода и взрывчатка и различаются: нитроглицерин примерно в 1,6 раза плотнее, и для машины это огромная разница – как говорится, но пасаран.
Проблема только в том, что такие сканеры очень дороги и внедряются поэтапно. В богоспасаемых США программа, например, рассчитана аж до 2042 года. А в ряде аэропортов (как раз-таки в основном в США) вообще парадокс: КТ уже стоит, но обновить процедуры мешает законодательство, потому что правила проведения предполётного досмотра написаны под старую технику. То есть, воду у вас увидят, но пронести всё равно не дадут. Но, что характерно, британцы, которые и заварили всю кашу, в числе первых сняли ограничения: в 2025–2026 годах лимит подняли со 100 мл сразу до двух литров в Хитроу, Гатвике, Бирмингеме и ряде других аэропортов, а ещё раньше ограничения сняли в региональных аэропортах Ирландии.
В России же всё проще: ни регламентов для КТ нет, ни самого КТ, в приоритете – выполнить заявленную цель по замене досмотрового оборудования на отечественное во всех аэропортах к 2030 году. Рентгеновские интроскопы у нас делают, а вот про КТ мы пока не слышали.
Илья Шатилин