Телефон лежал на тумбочке — мы как раз смотрели сериал, он сидел рядом, положив ноги на журнальный столик. Пришло сообщение от Тани: «Это не Гена?» — и скриншот.
Я взяла телефон так, чтобы он не видел экрана. Посмотрела. Его фото. Его имя — «Геннадий, 54, Москва». И зелёная точка рядом с аватаркой. Онлайн пять минут назад.
Мы с ним сидели на диване. Бок о бок. И он был онлайн на сайте знакомств пять минут назад.
Полгода я думала, что всё серьёзно
Мне сорок восемь. Геннадий — пятьдесят четыре. Познакомились там же, на том же сайте, полгода назад. Первое свидание, второе, третье — всё шло как надо. Где-то на четвёртой встрече он сказал: «Слушай, давай удалим анкеты, не вижу смысла там сидеть, когда есть ты».
Я удалила в тот же вечер — прямо при нём, показала. Он покивал, открыл приложение, потыкал что-то — «готово». Я не проверяла, конечно. Зачем.
Дальше полгода — ужины, выходные, его дача, моя мама на день рождения. Я думала, что у нас что-то настоящее. Не говорила этого вслух — но думала.
Потом пришёл скриншот от Тани.
«Это не Гена?»
Таня познакомилась с кем-то на том же сайте неделю назад и активно листала анкеты. Его лицо попалось ей в рекомендациях.
Я смотрела на скриншот и думала: может, анкета просто не удалилась? Может, он нажал что-то не то, и она осталась висеть с тех пор, как мы договорились? Люди иногда ошибаются с настройками.
Но зелёная точка. Онлайн пять минут назад. Анкеты сами по себе не выходят в онлайн.
— Геннадий, — сказала я, — можно твой телефон?
— Зачем? — он не сразу повернулся.
— Просто хочу кое-что проверить.
Он пожал плечами и протянул телефон — может, думал, что я хочу посмотреть что-то в интернете. Я открыла браузер, нашла тот самый сайт. Его анкета была там. Активная. С последним визитом «сегодня».
«Я забыл удалить, давно не заходил»
Я показала ему экран его же телефона.
— Это что?
Он посмотрел. Молчал секунды три.
— Слушай, я забыл удалить тогда, — сказал он. — Нажал, думал удалил, а оно, наверное, не удалилось. Я вообще туда давно не заходил.
— «Онлайн сегодня», — сказала я, показывая строчку.
— Ну, может, приложение автоматически обновляется, — сказал он. — Я не знаю, как там у них работает.
— Геннадий, — сказала я спокойно, — приложение не обновляется само по себе. Онлайн появляется, когда человек заходит.
Он помолчал, потирая лоб.
— Слушай, ну зашёл один раз, из любопытства, — сказал он. — Это ничего не значит. Просто посмотреть.
— Один раз?
— Ну, может, пару раз. Просто листал, ничего серьёзного.
Я не стала кричать
Я не стала кричать. Смысла не было — он не изменял физически, не врал напрямую. Он просто продолжал держать открытой дверь, через которую мог уйти в любой момент, пока я думала, что мы оба её закрыли.
— Когда ты это удалишь? — спросила я.
— Да прямо сейчас, — он взял телефон, начал тыкать. — Вот, видишь, удаляю.
— Покажи.
Он показал — анкета исчезла. Я кивнула.
Мы досмотрели серию. Точнее, она шла на экране — я не видела ничего.
Я думала о том вечере месяца четыре назад, когда мы договорились удалить анкеты. Я тогда удалила быстро — без раздумий, приложение снесла вообще. А он, оказывается, только сделал вид. Или удалил, но потом восстановил. Или просто нажал что-то не то и не проверил. Версий было несколько, и ни одна из них не делала картину лучше.
Геннадий сидел рядом, как обычно — с чашкой чая, рассеянно глядя на экран. Выглядел совершенно спокойным человеком. Тем, кем был всегда — в ресторанах, на даче, на прогулках по набережной, которые я вспоминала теперь немного иначе.
Потом я спросила главное
Когда он уходил, уже в прихожей, я спросила:
— Ген, ты зачем туда заходил?
— Да просто, — он замялся, не глядя на меня. — Ну интересно было, что там происходит. Не более того.
— Интересно, — повторила я. — Ты понимаешь, что мне это слышать?
— Оль, ну ты раздуваешь из ничего, — он всё-таки посмотрел на меня, чуть раздражённо. — Я ничего там не делал. Просто смотрел.
— Просто смотрел, — сказала я. — Полгода.
Он не ответил ничего. Поцеловал меня в щёку и вышел.
Я не позвонила ему на следующий день
Обычно я писала ему утром — просто «доброе утро», пара слов. На следующий день не написала.
Он написал сам, во второй половине дня: «Как ты?»
Я ответила: «Нормально». И больше ничего.
Через три дня он позвонил.
— Ты обиделась из-за того сайта?
— Нет, — сказала я честно. — Я не обиделась. Я просто поняла кое-что.
— Что поняла?
— Что у нас с тобой разные представления о том, что мы делаем вместе, — сказала я. — Я думала, что мы закрыли другие варианты. А ты, оказывается, нет. Это нормальное право — просто нужно было сказать мне об этом раньше.
— Оль, ты преувеличиваешь, — начал он.
— Может быть, — сказала я. — Но мне так не кажется. Давай пока возьмём паузу.
Пауза оказалась окончательной
Пауза оказалась окончательной — мы оба это понимали, просто никто не сказал вслух. Он написал ещё раз через неделю — спросил, можно ли встретиться, поговорить. Я ответила, что пока не готова.
Потом — ничего.
Я не проверяла, вернулся ли он на сайт. Мне это было уже не важно. Важным оказалось другое — то, что полгода я жила с ощущением, что мы идём куда-то вместе, а он, оказывается, всё это время стоял с одной ногой за дверью.
Иногда я думаю: может, он и сам не понимал, что делает. Может, привычка листать анкеты была для него просто фоном, как включённый телевизор — не смотришь, но и не выключаешь. Может, он правда не считал это изменой или предательством — просто «смотрел», как сказал.
Я его в этом понимаю. Я не понимаю другого: почему это «смотрел» он делал тайно. Почему ни разу за полгода не сказал: «Слушай, я иногда листаю, просто как-то само — это тебя не задевает?» Потому что тогда я могла бы ответить честно. Договориться. Или нет.
Зелёная точка рядом с его аватаркой — «онлайн пять минут назад» — оказалась честнее, чем всё, что он мне говорил за эти полгода.
А как вам кажется — это измена или просто страховка? Можно ли продолжать листать анкеты, когда уже в отношениях, — или договорённость «удаляем профили» должна быть нерушимой? И правильно ли я сделала, что не устроила скандал, а просто ушла тихо?