– Что опять случилось? Почему ты так на меня смотришь?
Полина опустила телефон на стол и виновато улыбнулась. Глеб за семь лет брака выучил эту улыбку наизусть. С таким лицом она всегда сообщала новости, от которых у него портилось настроение.
– Мама звонила, – осторожно начала жена. – Зовут нас в июле на море. Как обычно…
– С ними, – мрачно закончил за нее Глеб.
– Ну а как? Конечно, с ними.
– И когда вы успели все перетереть?
– Да мама уже отель присмотрела. Тот же, что в прошлом году.
– Ну еще бы. Кто бы сомневался.
Вот всегда так. Никакого выбора, никакого «а как вы хотите?». Просто готовое решение, завернутое в обертку приглашения. Теща никогда не спрашивала. Татьяна Сергеевна просто ставила перед фактом.
– Полин, а может, в этот раз вдвоем съездим? – предложил он, хотя заранее знал, что услышит в ответ.
Полина шумно выдохнула и отвернулась.
– Глеб, ну мы же обсуждали это. Маме приятно, когда мы рядом. Родители не молодеют, им хочется побыть с нами, с детьми. Они же не вечные, пойми...
– А мне хочется побыть с тобой. Нормально отдохнуть, а не подрываться в семь утра по маминой указке. Я тоже не вечный.
– Опять ты начинаешь.
– Мы семь лет женаты. И ни разу — слышишь, ни разу! — не отдыхали одни.
– Ну мы же семья, Глеб. Что в этом плохого?
Глеб промолчал. Этот спор повторялся из года в год, как по расписанию.
Семь лет он чувствовал себя не мужем, а каким-то приложением. Настоящей семьей были Татьяна Сергеевна, тесть Валерий Петрович и Полина. А его просто терпели за общим столом.
Каждое лето планировалось заранее, и рулила всем теща. Море в июле, палатки в августе, майские — строго на даче. График и маршрут утверждались без Глеба, а Полину все устраивало. С детства мамино слово для нее было истиной в последней инстанции.
А ведь когда Глеб делал ей предложение, он мечтал о своей семье. О нормальной жизни, где планы строят двое, а не табор родственников. Вместо этого он получил домашнего генерала в юбке. Полина проблемы не видела. Глеб же бесился каждый божий день.
Прошлый отпуск до сих пор сидел в печенках. Поехали на море вчетвером. Теща расписала каждый день буквально поминутно. Подъем спозаранку, завтрак в полдевятого, на пляж — только строем.
– Глеб, ты куда? – кричала теща вслед, стоило ему отойти к пирсу.
– Поплавать хочу.
– Нет, сейчас не время! Плавать будешь после обеда. Давай назад!
Вечерами тесть читал зятю лекции «за жизнь».
– В наше время мужики на трех работах пахали, – заводил Валерий Петрович за ужином. – А вы, молодежь, только и думаете, как бы в потолок плевать.
– Валерий Петрович, я вообще-то по двенадцать часов в офисе сижу.
– Да знаем мы вашу контору. Одно название, что работа. Сидит он в офисе... Вот именно, что сидишь!
Глеб сжимал зубы и молчал. Устроишь скандал — испортишь отпуск всем, а виноватым все равно сделают тебя.
На майские — та же история. Дача, грядки, чертова картошка. Татьяна Сергеевна командовала им как наемным батраком.
– Глеб, вскопай вон там. Да кто ж так лопату держит! Полина, господи, ну за кого ты замуж вышла? Руки не из того места у твоего мужа растут.
Глеб втыкал лопату в землю и мысленно считал часы до электрички. Полина при матери его не защищала. Боялась слово поперек сказать, и эта ее покорность задевала сильнее всех тещиных придирок.
Дома покоя тоже не было. Теща трезвонила дочери по три раза в день. Учила, как готовить, чем мыть полы и когда уже рожать.
Глеб слушал эти бредни и закипал. Теща лезла даже в их тарелки. После таких звонков они часто ругались.
– До каких пор мы будем жить по указке твоей мамы? – шипел Глеб.
– Она желает нам добра! Она нас любит!
– И что? Пусть желает, но подальше от нас!
– Не ори на меня!
Каждый раз разговор заходил в тупик. Полина грудью вставала за мать, Глеб пытался отвоевать их личные границы, и никто не хотел уступать.
Этой зимой Глеб решил: хватит. Полгода втайне откладывал деньги, искал варианты. Нашел тихий поселок у моря, приличный отель с видом на залив, купил билеты на двоих. Это был и подарок, и ультиматум.
Каждый вечер на работе он перепроверял бронь, читал отзывы. Иногда страх вылезал на поверхность — а вдруг Полина все равно выберет маму? Тогда и деньги сгорят, и браку конец. Но отступать он больше не мог...
...В пятницу вечером Глеб просто положил перед женой распечатанные авиабилеты.
– Это что? – Полина взяла листы, побежала глазами по строчкам.
– Наш отпуск. На двоих. Все оплачено, бронь подтверждена.
– Ты с ума сошел? А как же мама? Они же билеты собирались брать!
– Полина, послушай меня, – Глеб сел рядом и взял ее за руку. – Либо мы летим вдвоем, либо я лечу один. А когда вернусь, будем думать, осталась ли у нас вообще семья.
Полина побелела, у нее задрожала нижняя губа, как у маленького обиженного ребенка.
– Ты мне условия ставишь? Заставляешь выбирать между тобой и мамой?
– Я прошу тебя выбрать нас. Хоть раз за семь лет.
– Это подло, Глеб.
– А не подло ли семь лет жить чужой головой? Шаг влево, шаг вправо — расстрел. Подъем по расписанию, лекции твоего папаши за обедом.
– Они любят нас!
– Меня они терпят, Полин. И ты это прекрасно знаешь.
Полина расплакалась, развернулась и ушла в спальню, плотно закрыв за собой дверь...
...Ночью она не спала — Глеб слышал, как она ворочается и шмыгает носом в темноте. Сам он смотрел в потолок и думал: может, перегнул? Жестко ведь. Но пути назад не было, за семь лет чаша терпения наполнился до передела.
– Глеб, ты спишь? – тихо позвала Полина.
– Нет.
– Мне плохо. Вы меня как канат перетягиваете, я не знаю, что делать.
– Я знаю. Прости, но по-другому не будет…
– Если я поеду с тобой, мама со мной разговаривать не будет.
– А если не поедешь, мы потеряем друг друга.
Она ничего не ответила. Так в молчании они встретили утро.
Уже на рассвете Полина повернулась к нему, уткнулась носом в плечо:
– Ладно. Я решила. Едем вдвоем. Я с тобой.
Глеб обнял ее и впервые за долгое время расслабился. Казалось, худшее позади.
...Утром Полина варила кофе и даже пыталась шутить, но Глеб видел, как у нее подрагивают пальцы.
– Спасибо, что согласилась, – сказал он.
– Мне маме звонить страшно, Глеб. Она же устроит ад. Проклянет меня.
– Хочешь, я сам наберу и все скажу?
– Нет, я сама.
Глеб ушел в душ, а Полина осталась у кухонного стола с телефоном. Нервы у нее не выдержали, и она набрала мать сразу же. Слово за слово, раз уж скрывать поездку не получилось, вся правда вывалилась наружу...
Буквально через час в дверь позвонили...
Глеб открыл, и теща влетела в прихожую. Ее взгляд метал молнии.
– Ах вот вы как, значит! – закричала она с порога, тяжело дыша. – За спиной у матери билеты покупаем? Отельчики бронируем?
– Татьяна Сергеевна, давайте потише, – спокойно сказал Глеб, хотя внутри все сжалось.
– Потише?! – Тещу перекосило. – Ты разрушил нашу семью!
– Никто ничего плохого не сделал. Мы просто хотим отдохнуть вдвоем.
– Молчи вообще! Семь лет ты девку против матери настраиваешь! Ирод неблагодарный! Мы его в дом пустили, как родного приняли!
– Я никого не настраивал. Полина сама так решила. Она взрослый человек.
– Да что ты понимаешь! Твоего мнения тут вообще никто не спрашивал!
На крики из комнаты выбежала Полина.
– Мама, хватит! Перестань орать! Глеб ни при чем, это мое решение!
Татьяна Сергеевна мгновенно сменила тон на обиженно-плачущий:
– Полиночка, дочка... Да ты подумай, кого ты слушаешь? Я ради тебя жизнь положила. А он кто? Пришел-ушел. Чужой мужик.
– Он мой муж, мама.
– Сегодня муж, а завтра чемодан соберет и ищи свищи! Я тебе зла не желаю, а он о себе только думает!
Глеб посмотрел на Полину. «Ну все, — подумал он. — Сейчас даст заднюю. Поплачет, извинится перед мамой, и билеты можно выкидывать». Так было всегда.
Но Полина неожиданно глубоко вздохнула и твердо сказала:
– Хватит, мам.
– Что?
– Я говорю — хватит. Мне тридцать четыре года. Прекрати со мной разговаривать как с первоклассницей. У меня есть муж, у нас своя жизнь, и мы сами решим, куда нам ехать.
– Полина, ты в своем уме?!
– Ты всю жизнь за меня все решала. В какую художку мне ходить, куда поступать, даже какую блузку купить. Ты даже нашу свадьбу умудрилась под себя переделать!
– Я как лучше хотела!
– Да? Ты выбрала платье, которое мне не нравилось, позвала своих подруг и наняла дурацкого тамаду. Меня вообще кто-нибудь спросил тогда?
– Ах ты, неблагодарная...
– Может, ты и хотела как лучше, мама. Но со мной этот номер больше не пройдет. Я больше не буду отчитываться за каждый шаг.
– Да как ты смеешь так с матерью говорить!
Но Полина твердо стояла на своем.
– Мам, прекрати. Я тебя люблю. Но на море мы едем вдвоем. Точка.
Теща открыла было рот, но не произнесла ни слова. Видимо, до нее дошло, что старый сценарий сломался. Тридцать с лишним лет ее слово было законом, а тут вдруг — стена.
– Ну и пожалуйста, – сквозь зубы процедила Татьяна Сергеевна, поправляя сумку. – Раз мать вам больше не нужна — живите как хотите. Только когда прижмет, ко мне не прибегайте.
– Не прибежим, – тихо ответила Полина.
Теща зыркнула на зятя, поняла, что сочувствия не дождется, развернулась и выскользнула из квартиры.
В коридоре повисла густая тишина. Глеб подошел со спины и крепко обнял жену за плечи. Бежать вслед за тещей никто не собирался. Набирать ее, чтобы извиниться, — тоже.
...Через неделю они улетели. Тот самый тихий городок, о котором Глеб мечтал все эти месяцы. Маленький полупустой отель, теплый вечер, пустынный пляж. Никаких подъемов по будильнику, никакого тестя с его душными поучениями за ужином.
– До сих пор не верится, что мы здесь, – Полина поглубже зарылась ногами в теплый песок.
– А мне не верится, что ты тогда выстояла.
– Знаешь... мне как будто дышать легче стало. Будто бетонную плиту с груди сняли.
Она положила голову ему на плечо. Волны тихо шуршали, набегая на берег.
– Ты о чем думаешь? – спросила она.
– О том, что нам давно не было так хорошо.
– Это правда, – улыбнулась Полина. – Вдвоем просто идеально.
Глеб смотрел на воду и молчал. Он полгода воевал за этот отпуск, а в итоге получил гораздо больше. Он наконец-то вернул себе свою жену.
...Где-то там, за тысячи километров, осталась теща со своими обидами и недовольством. Может, она еще поорет. Может, не будет общаться до зимы. Глебу было плевать. Полина сидела рядом, крепко держа его за руку, и этого хватало с головой. Семь лет он шел к этому простому вечеру. И все-таки дошел.
Дорогие мои! Кто хочет читать мои рассказы днем раньше, чем в Дзен, подписывайтесь на мой канал в Максе. Все открывается без проблем и ВПН. И кто, не смотря ни на что, любит ТГ - мой канал в Телеграмм