В углу бабушкиного чердака было самое интересное место во всём мире. Там стоял огромный сундук с медными замками (в нём хранились «сокровища» — старые пуговицы и ленты), висели пучки сушёных трав, от которых пахло летом и аптекой одновременно, а главное — там стояло старинное зеркало в тяжелой резной раме из тёмного дерева. Зеркало было мутным от времени, покрытым сетью трещин-паутинок.
Ябоне строго-настрого запрещали трогать его руками («Пальцы оставят следы!», «Оно может упасть!»). Но разве можно устоять перед такой тайной? Однажды, когда бабушка ушла к соседке за солью, Ябоня прокралась на чердак со стопкой старых газет и ведром тёплой воды.
Она аккуратно протерла зеркало от вековой пыли. Стало немного лучше видно отражение... но это было не её отражение! Из зеркальной глубины на неё смотрел мальчик примерно её возраста. На нём была странная одежда: бархатный камзольчик с кружевным воротником и смешная шапочка с пером какой-то неизвестной птицы.
— Ой! — воскликнула Ябоня от неожиданности.
— Тсс! — мальчик прижал палец к губам. — Не кричи так громко! Ты меня видишь?
— Конечно вижу! Ты кто?
— Меня зовут Гвидон. Я живу здесь уже триста лет или около того... Время тут течёт странно.
Ябоня протянула руку к стеклу. Её пальцы коснулись холодной поверхности там же, где находилось лицо мальчика.
— Ты настоящий?
— Настолько же настоящий, насколько ты видишь меня настоящим, — загадочно ответил Гвидон. — Это зеркало — портал между нашими мирами. В моё время таких вещей боялись или сжигали как колдовские. Хорошо, что ты не боишься.
Так у Ябони появился самый необычный друг во всей вселенной. Гвидон рассказывал ей удивительные вещи: про жизнь при королевском дворе (где он был пажом), про рыцарские турниры (на одном из них он видел настоящего единорога) и про то, как люди раньше верили, что Земля плоская и стоит на трёх китах.
В свою очередь, Ябоня рассказывала ему про самолёты («Железные птицы без перьев!»), про электричество («Свет живёт в проводах как послушный светлячок») и про интернет («Огромная паутина со знаниями всего мира»).
Они проводили вместе целые часы. Когда взрослые спрашивали Ябоню: «С кем ты разговариваешь?», она загадочно улыбалась и отвечала: «С другом». И это была чистая правда. Иногда ей казалось, что Гвидон становится чуть более прозрачным или тусклым. Тогда она спешила к нему с новостями или приносила ему самые красивые осенние листья через стекло зеркала — ведь он мог только смотреть на её мир, но не мог его потрогать.
Гвидон научил её старинным играм (например, «Бирюльки» оказались невероятно увлекательными!) и стихам на языке, которого никто больше не знал. А зеркало так и осталось висеть на чердаке — мутное старое зеркало, в котором для всех отражалась лишь пыль да паутина.