Каждый день мы проходим мимо его подарка
Стоишь на Петровской, 96. Смотришь на здание библиотеки. Красивое. Солидное. С доской, где выбито имя Чехова.
А кто его спроектировал?
Кто отдал свой талант, своё время — и не взял за работу ни копейки?
Большинство таганрожцев не ответит. Даже те, кто ходит в эту библиотеку каждый день.
А между тем этот человек — один из величайших архитекторов России. Его руками построены Ярославский вокзал в Москве, здание МХАТа, особняки, которые до сих пор считаются эталонами стиля модерн.
Он дружил с Чеховым. Он любил Таганрог. Он подарил нам шедевр.
И мы его забыли.
Звали его Фёдор Осипович Шехтель.
Кто он вообще такой — и почему мы о нём молчим
Фёдор Осипович Шехтель родился 26 июля (7 августа) 1859 года в Санкт-Петербурге. По происхождению — из обрусевших немцев. Настоящее имя — Франц-Альберт Шехтель. Фёдором Осиповичем он стал только в 1915 году, когда принял православие.
Отец, инженер по образованию, происходил из семьи обрусевших немцев, мать — из известной купеческой семьи Жегиных. Когда Шехтелю было шесть лет, семья переехала в Саратов. Здесь отец вместе со своим старшим братом руководил крахмальным заводом, ткацкой фабрикой и театром.
А потом случилась беда.
Отец умер. Чуть позже — и его брат. Семья осталась без средств к существованию. Мать отдала на усыновление двух младших детей, а сама переехала в Москву, где по протекции своего родственника Тимофея Жегина устроилась экономкой в дом Павла Третьякова.
Фёдор остался в Саратове. Получил начальное образование на дому. В 1871 году сдал вступительные экзамены в первую мужскую гимназию, был зачислен во второй класс. Через два года его определили в четырёхклассное училище при Тираспольской римско-католической гимназии.
Уже тогда мальчик проявил способности к рисованию и черчению.
В 1875 году Шехтель окончил училище и переехал к матери в Москву. В доме Третьякова, где работала мать, он познакомился со многими культурными деятелями, среди которых был и известный архитектор Александр Каминский. Тот пригласил юношу работать в своей мастерской.
Чуть позже Шехтель поступил на архитектурное отделение Московского училища живописи, ваяния и зодчества. Но учиться ему было трудно — приходилось заботиться о больной матери и много работать, чтобы содержать семью. В 1878 году студента отчислили за «плохую посещаемость».
Он так и не получил диплом архитектора.
Но это не остановило гения.
Архитектор без диплома, который стал академиком
Отчислившись из училища, Шехтель работал в архитектурных мастерских Александра Каминского, Дмитрия Чичагова и Константина Терского. Почти десять лет он работал и как архитектор, и как иллюстратор.
Он рисовал карикатуры для юмористических журналов. Виньетки, заставки, шаржи. И именно там, в редакциях московских журналов, он встретил человека, который изменил его жизнь.
Антона Чехова.
Ирония судьбы: великий архитектор начинал как художник-карикатурист. Как и Чехов — который тоже начинал с юмористических рассказов.
В 1878–1879 годах они подружились. Шехтелю было 20, Чехову — 19.
Дружба, которая началась с юмора
Шехтель много лет был дружен с Антоном Павловичем. Дружба с Николаем Павловичем Чеховым — братом писателя — продолжалась до самой смерти художника. Антона Павловича Чехова Шехтель считал своим лучшим другом.
Они работали в одних и тех же изданиях. Видели друг друга на редакционных посиделках. Смеялись над одними и теми же вещами.
А потом стали друзьями.
Чехов писал Шехтелю письма. В одном из них, датированном 8 июня 1886 года, он приглашал друга в Бабкино: «Франсуа, приезжай! Здесь я положительно ожил».
Шехтель приезжал к Чехову в Мелихово. Они обсуждали искусство, жизнь, планы. Переписка между ними была живой, тёплой, полной юмора. Одно из писем Шехтеля начиналось так: «Вторник, 2×2=4. Сверх ожидания...»
Они называли друг друга по-дружески. Чехов — «Франсуа». Шехтель — «Антоша».
И когда Чехов умер в 1904 году, Шехтель потерял не просто знакомого — он потерял близкого человека.
До последних лет жизни Фёдор Осипович поддерживал общение с сестрой писателя — Марией Павловной Чеховой. В 1916–1917 годах он мечтал построить дачу в Крыму и неоднократно писал об этом Марии Павловне.
Дружба с Чеховым длилась четверть века. И она не закончилась со смертью писателя.
Что он сделал для Таганрога — и почему это важно
В 1899 году, в год смерти Чехова, библиотеке присвоили его имя. Но старое здание уже не вмещало всех читателей.
Первым идею построить новое большое здание подал городской голова Таганрога Павел Иорданов. Городская Дума не торопилась — и только приближение юбилейной даты, 50-летия со дня рождения Чехова, заставила чиновников ускориться.
В 1910 году Иорданов обратился к Шехтелю. С просьбой — разработать проект.
Шехтель ответил письмом. В нём было сказано:
«…Я очень польщен предложением Вашим сделать проект здания городской библиотеки им. А. П. Чехова и могу Вас уверить, что и мой личный труд я совсем не буду считать и попрошу возместить лишь мои расходы на помощников. Я сделаю детальный проект и все отдельные детали в большом масштабе».
Он работал бесплатно.
Свой труд гениальный архитектор подарил городу в память о своём друге. Оплату за работу получили только его помощники.
Шехтель даже не приехал в Таганрог. Ему прислали план местности, и он работал по чертежам.
В телефонном разговоре с городским головой он сообщал: «...площадь, отведенная под здание, очень мала. Въезд во двор возможен только с Греческой улицы. Потолок можно устроить стеклянным, так как боковое освещение было бы недостаточным».
Проект, который стал важной вехой в творчестве зодчего
Проект таганрогской библиотеки-музея стал важным моментом в творческой биографии зодчего.
Пространственное ядро здания сформировала группа залов: читальный — большими проёмами обращённый к Петровской улице, музейный — окнами во двор. Объединяли их вестибюль, рекреационный холл и центральный зал для выдачи книг, освещённый верхним светом. В цокольном этаже размещались архивы, склады, подсобные помещения, котельная.
Главный фасад к Петровской улице формировал художественный облик здания. В его асимметричной композиции преобладал ризалит читального зала, оформленный стилизованным порталом, на высоком аттике которого было начертано: «Библиотека и музей им. А. П. Чехова».
И здесь — самое интересное.
Шехтель смешал разные исторические стили: дорический портал — к эпохе классической Греции, апсида-алтарь — к временам классицизма, узкий ризалит входа — к мемориальному пилону восточных мавзолеев. И всё это объединилось в единое целое.
На год раньше проекта таганрогской библиотеки Шехтель разработал проект своего московского особняка. При внешнем сходстве используемых форм это были разные архитектурные образы. Особняк в стиле московского ампира отличался живописной пластикой объёмов и лиричностью деталей, а мемориальное библиотечное здание характеризовали лаконичность форм, укрупнённые жёсткие ритмы проёмов и деталей.
Присланный Шехтелем проект Таганрогской библиотеки «в 6 чертежах… со сметой, составленной городским архитектором П. Т. Синяковым», был рассмотрен на заседании городской управы. 10 августа Дума постановила одобрить проект и ассигновать на постройку до 36 тысяч рублей.
14 сентября 1910 года состоялась торжественная закладка фундамента. На освящении присутствовали городской голова, члены управы и городской думы.
Через четыре года, в январе 1914-го, библиотека открылась.
Здание библиотеки и сегодня привлекает внимание строгостью форм и геометрической простотой. Своей стилистической безукоризненностью оно резко выделяется среди рядовой застройки провинциального Таганрога и играет немаловажную роль в современном облике городского центра.
Винтовая лестница, которую мы не замечаем
Если вы были в библиотеке на Петровской, вы наверняка видели винтовую лестницу в книгохранилище.
Ту самую, на которой так любят фотографироваться молодожёны.
Это фирменный знак Шехтеля. Такие же лестницы он делал в своих московских особняках. Такие же — в МХАТе.
И в Таганроге — та же рука, тот же почерк.
Мало кто знает, что эта лестница — не просто красивая деталь. Это подпись мастера. Его автограф, оставленный на века.
(И это в городе, где мы каждый день проходим мимо шедевров и даже не поднимаем головы.)
Что ещё связывает Шехтеля с Таганрогом
Библиотека — не единственное, что связывает Шехтеля с нашим городом.
Есть ещё легенды. Спорные, но красивые.
Особняк Шаронова. Дом хлеботорговца Евгения Ивановича Шаронова на улице Фрунзе, 80. Построен в 1912 году. Многие считают, что это работа Шехтеля. Особняк очень похож на Ярославский вокзал в Москве.
Но вот закавыка. В конце жизни Шехтель со свойственной ему немецкой педантичностью составил каталог всех своих работ. Дом Шаронова в нём не упоминается.
Значит ли это, что Шехтель не имеет к нему отношения? Не обязательно. Проект дома, скорей всего, был выполнен кем-то из команды выдающегося архитектора. Или это просто стилизация.
Местные краеведы спорят до сих пор.
(А мы ходим мимо этого дома и не знаем, что он мог быть спроектирован автором Ярославского вокзала.)
Сегодня в бывших комнатах особняка организованы выставочные залы музея «Градостроительство и быт Таганрога». Указом Президента Российской Федерации № 176 от 20 февраля 1995 года дом Шаронова отнесён к памятникам архитектуры федерального значения.
Ограда Михайловской церкви. Ещё одна легенда. Говорят, что ограда, несколько секций которой сохранились во дворе музея Градостроительства, выполнена по эскизам молодого Шехтеля.
В бумажных источниках есть упоминание: «...в 1887 году Шехтель по просьбе дяди А. П. Чехова выполнил проект часовни при Михайловской церкви в Таганроге...».
Но авторство ограды документально не подтверждено.
Кстати, в конце XIX века 28-летний архитектор вряд ли считался молодым.
Часовня, к сожалению, не сохранилась — её разрушили большевики.
Что он построил в России — и почему его имя должно звучать громче
Шехтель — это не просто «архитектор, который сделал нам библиотеку».
Это один из главных зодчих России рубежа XIX–XX веков. Создатель русского модерна в архитектуре.
Вот только некоторые его работы:
- Ярославский вокзал в Москве — главные ворота столицы. Реконструировал здание вокзала, когда этого потребовал увеличившийся пассажиропоток. Центральная часть построена в неорусском стиле и напоминает русский терем, дополненная коваными деталями, мозаикой и растительными орнаментами.
- Здание МХАТа — храм русского театра. Шехтель полностью перепланировал и оформил помещения: зрительный зал на контрасте тёмного низа и светлого верха, потолок в серебристо-сиреневых тонах. Он продумал всё — от мельчайших деталей отделки до знаменитого занавеса с белой чайкой.
- Особняк Рябушинского — шедевр модерна, где сейчас живёт музей Горького. Светлый особняк украшали спиралевидные и криволинейные линии, а кубовидный объём здания подчёркивали большие окна.
- Особняк Дерожинской — ещё один архитектурный бриллиант.
- Типография «Утро России» .
- Собственный дом-мастерская Шехтеля — созданный в 1896 году.
- Церковь Спаса Всемилостивого в Иваново-Вознесенске — с иконостасами из белого мрамора.
- Библиотека имени Чехова в Таганроге — наш с вами подарок от гения.
Только в Москве было построено более 60 зданий по его проектам. Он строил театры и банки, церкви и часовни, типографии, кинотеатры, вокзалы, имения и дачи. А ещё около трёх десятков особняков.
Почти всегда зодчий придумывал здания целиком — от ограды и уличных фонарей до мебели, картин, обоев и дверных ручек. Он лично проектировал всё, от дверных ручек и мебели до фирменного шрифта.
Основным принципом архитектора было проектирование не «снаружи внутрь», а «изнутри наружу». Шехтель считал, что не владелец должен приспосабливать постройку под себя, а она сама должна быть построена с учётом потребностей хозяина.
В 1901 году Фёдор Шехтель стал академиком Императорской Академии художеств. В 1906–1922 годах — председатель Московского архитектурного общества.
Архитектурный критик Давид Аркин писал о нём: «Можно без преувеличения сказать, что в лице Шехтеля русский модернизм нашёл едва ли не единственного яркого и действительно одарённого зодчего. <…> Влияние Шехтеля на русскую архитектуру было бесспорно значительным».
Последние годы: как гения забыли
После установления Советской власти Фёдор Осипович оказался не очень востребован.
Получив должность профессора во ВХУТЕМАСе, начал преподавать.
Он писал: «Моя жена стара и немощна, дочь больная и чем она будет существовать — я не знаю — нищенствовать при таких ценностях — это более чем...»
Он умер 7 июля 1926 года в Москве. Почти забытый.
А ведь он был создателем русского модерна. Архитектором, который сформировал облик Москвы начала XX века. Другом Чехова. Человеком, который работал бесплатно для нашего города.
И мы его забыли.
Где это найти сегодня
Библиотека имени Чехова — улица Петровская, 96. Придите. Посмотрите на фасад. Войдите внутрь. Поднимитесь по винтовой лестнице.
Это — работа человека, который дружил с Чеховым и работал бесплатно.
Особняк Шаронова — улица Фрунзе, 80. Сейчас там музей «Градостроительство и быт Таганрога». Посмотрите на него внимательно. Сравните с Ярославским вокзалом. Решайте сами — Шехтель или нет.
Ограда Михайловской церкви — фрагменты во дворе музея Градостроительства.
И помните: за каждым из этих зданий стоит человек, который мог бы получить за свою работу состояние. Но он подарил её городу.
Моя позиция — и ваш ход
Я считаю, что имя Фёдора Шехтеля должно быть на табличке у библиотеки.
Я считаю, что в Таганроге должна быть улица его имени.
Не потому, что он был знаменит. А потому, что он был щедр. Не потому, что он был гениален. А потому, что он помнил о дружбе.
Он мог бы взять деньги. Огромные деньги — за проект такого уровня.
Он взял ноль.
И мы его забыли.
Кто-то скажет — ну, архитектор, подумаешь. А я отвечу — подождите, дочитайте до конца. Зайдите в библиотеку. Посмотрите на её фасад. Поднимитесь по винтовой лестнице.
И скажите мне тогда, что он не заслуживает памяти.
А вот что случилось дальше — до сих пор никто точно не знает
В 1914 году библиотека открылась. А что дальше?
Что стало с Шехтелем после революции? Как он жил? Что чувствовал, когда его гениальные проекты перестали быть нужными?
Я искал. В архивах — немного. В краеведческой литературе — отрывочные упоминания.
Может быть, у кого-то из читателей есть семейные истории? Может быть, в чьём-то доме хранятся письма или фотографии?
Если знаете — напишите в комментариях. Я соберу всё, что удастся найти, и сделаю отдельный материал.
Только для тех, кто дочитал до этого места — самая неожиданная деталь впереди.
Знаете, что ещё связывает Шехтеля с Таганрогом? Он был не просто другом Чехова. Он был другом всей семьи Чеховых. Дружил с братом Николаем — художником. Переписывался с сестрой Марией. Приезжал в Мелихово.
И когда Чехов умер, Шехтель не просто спроектировал библиотеку. Он сделал это как памятник. Как прощание. Как обещание — что имя друга не будет забыто.
Прошло больше ста лет. Библиотека стоит. Имя Чехова — на фасаде.
А имя того, кто её построил, — нет.
Подписывайся — в следующий раз разберём, кого ещё Таганрог незаслуженно забыл
Таких историй у меня — на год вперёд. Про архитекторов, про купцов, про дома, которые мы видим каждый день и не знаем их тайн.
Если наберётся 50 комментариев — напишу про то, что действительно происходило в доме на Петровской, 76 после революции. Там такое было — волосы дыбом.
А пока — до встречи в библиотеке.