Я женился по любви. Но через пять лет решил поменять жену, как в гарантии. И мне не отказали.
Нет, я не сошел с ума. Я технарь. Верю в инструкции, талоны и регламенты. Бабушка всегда говорила
Я женился по любви. А через пять лет пошёл в ЗАГС менять жену по гарантии. И мне не отказали.
Нет, я не сошёл с ума. Я технарь. Я верю в инструкции, талоны и технические регламенты. Бабушка говорила, что браки заключаются на небесах, но теперь я понимаю — там просто сменился поставщик и уволили ОТК.
Катя в день свадьбы весила сорок восемь килограммов. Я помню это точно, потому что сам заполнял заявление в ЗАГСе и случайно вписал её вес в графу «особые приметы». Сотрудница тогда хмыкнула, но исправлять не стала. Катя смеялась тихо, как колокольчик, носила ситцевое платье в горошек и говорила, что мы будем вместе до глубокой старости. Я верил.
Через пять лет Катя весила... ну, наверное, больше. Я не уточнял — дома не было весов, способных выдержать такой напор. Халат с драконами, который она купила на третий год брака, стал её парадной формой. Голос прорезался такой, что соседский пёс начинал выть на два этажа ниже. Однажды Катя крикнула из кухни: «Дима, ты почему опять носки на стуле?!», и у меня на телефоне сработал датчик громкой связи.
Я не жалуюсь. Я просто констатирую: изделие изменило заявленные характеристики. А я, как добросовестный пользователь, решил воспользоваться своим правом.
Всё началось с того, что я разбирал старые документы. Свидетельство о браке, счёт из ресторана, гарантийный талон на микроволновку... Стоп. Я перечитал ещё раз. На обороте свидетельства, тем самым бледным шрифтом, который никто не читает, было написано:
«Брак зарегистрирован в соответствии с Семейным кодексом РФ. Гарантийный срок — 5 лет с даты регистрации. При выявлении существенных недостатков возможен обмен либо возврат в установленном порядке. Подробнее — в отделе гарантийного обслуживания ЗАГС».
Я перечитал трижды. Сфотографировал. Отправил Коляну, соседу. Колян ответил через минуту: «Диман, ты где это взял? У меня три штампа, ни разу не видел такого». Я позвонил на горячую линию ЗАГСа. После восемнадцати минут ожидания и трёх куплетов «Лунной сонаты» в трубке, женский голос подтвердил: да, гарантия существует, приходите в отдел по месту регистрации, окно № 6.
Окно № 6 называлось «Гарантийное обслуживание браков». За ним сидела женщина лет сорока пяти с пучком, очками на цепочке и бейджем «Инга. Старший специалист». Пахло казённым мылом и старой бумагой. Я почувствовал себя дома.
— Слушаю вас, — сказала Инга, не поднимая глаз.
Я кашлянул и положил на стойку свидетельство.
— Я хочу обменять жену по гарантии. Срок ещё не вышел.
Инга подняла глаза. Впервые за, наверное, всю её карьеру в этом окне кто-то говорил всерьёз.
— Характер дефекта? — спросила она, доставая бланк.
Я приготовился. Достал список. Три пункта, отпечатанных на принтере.
— Пункт первый: существенное изменение габаритов. Заявленная масса при регистрации — сорок восемь килограммов. Текущая — не установлена ввиду отсутствия подходящего оборудования. Пункт второй: превышение уровня шума. Разговоры перешли в диапазон, вызывающий вибрацию стёкол и вой домашних животных. Пункт третий: утрата заводских настроек, а именно — режима «тихий смех» и функции «обнимать по утрам».
Инга постучала по клавиатуре. Принтер зажужжал.
— Пакет документов соберёте сами или оформим услугу «Комиссия на дом» за дополнительную плату?
— А что входит в комиссию?
— Выезд эксперта, фотофиксация, замер уровня шума, акт взвешивания, показания свидетелей.
— Свидетели есть, — кивнул я. — Сосед Колян. Он согласился за бутылку.
— Тогда оформляем комиссию. Ближайшее время — четверг, с девяти до одиннадцати. Оплата по квитанции в терминале.
Я оплатил. Сумма была символической. Государство заботится о семье.
В четверг в девять утра к нам в квартиру вошёл эксперт. Пётр Сергеич, седой, с чемоданчиком, в котором лежали шумомер, сантиметр, лупа и бланки актов. Он был похож на врача, который пришёл диагностировать неизлечимую болезнь.
Катя ещё спала. Это было частью моего плана.
— Вот она, — шёпотом сказал я, показывая на дверь спальни. — Образец.
Пётр Сергеич кивнул, достал шумомер и замер.
Катя проснулась через три минуты. Она закричала, потому что увидела чужого человека с прибором. Шумомер показал восемьдесят семь децибел.
— Как проезжающий поезд, — констатировал Пётр Сергеич и записал в акт: «Превышение допустимого уровня на 42%. Не соответствует пункту 4.2 гарантийного соглашения».
Взвешивание прошло сложнее. Катя отказалась вставать на весы, которые принёс эксперт. Пришлось объяснять, что это часть государственной программы «Здоровье нации». Она не поверила, но на весы встала. Пётр Сергеич записал цифру и покачал головой. Я не смотрел — я технарь, но не дурак.
Через неделю меня вызвали в ЗАГС. В окне № 6 Инга протянула мне акт экспертизы.
— Изменение характеристик подтверждено, — сказала она. — Гарантийный случай признан обоснованным. Положена замена. Ознакомьтесь с каталогом.
И положила передо мной папку.
Это был каталог невест. Глянцевые страницы, фотографии, описания «характеристик». Я открыл первую страницу и замер.
«Модель „Уютная“. Плюсы: тихий голос, любит готовить, не имеет склонности к драконам на халате. Минусы: ревнует к друзьям, смотрит сериалы до трёх ночи. Гарантия — 3 года».
На следующей странице было ещё интереснее.
«Модель „Спортсменка Light“. Плюсы: всегда в форме, не кричит, питается правильно. Минусы: вас заставит питаться правильно. Гарантия — 2 года».
Я листал дальше. «Интеллектуалка 3.0». «Домохозяйка+». «Скромница Макс». В конце каталога был раздел «Акционные предложения», но там стояла пометка «Возврату и обмену не подлежат».
— Мне нужно время, — сказал я, не отрываясь от страниц.
— Время платное, — ответила Инга. — Десять минут бесплатно. Дальше — по тарифу.
Я выбрал за девять с половиной минут. «Уютная». Три года гарантии — это всё-таки что-то.
Процедура обмена прошла быстро. Катя получила справку о возврате и направление в «Центр адаптации бывших супругов». Она не кричала — кажется, ей тоже предложили какой-то вариант. Я подписал акт приёма-передачи. Новая жена, Лена, получила гарантийный талон и ключи от квартиры.
Первая неделя была раем. Лена говорила тихо. Лена готовила ужин. Лена не носила драконов. Я чувствовал себя победителем.
На восьмой день я забыл помыть кружку. Лена подошла ко мне и открыла рот.
Я услышал знакомые ноты. Те самые, с которых всё начиналось пять лет назад. Сначала — тихое шипение. Потом — форте. К концу тирады у меня на телефоне опять сработал датчик громкой связи.
Я достал гарантийный талон. Мелкий шрифт на обороте гласил:
«Гарантия не распространяется на изменения, вызванные естественной адаптацией модели к среде обитания. Срок гарантии — 1 год. Продление — платное, через отдел ЗАГСа».
Я сел на диван. Мне хотелось смеяться и плакать одновременно. Но я же технарь. Я нашёл в этом систему.
Теперь я знаю точно: брак — это не гарантия. Это лотерея. Но в следующем году я обязательно продлю сертификат. И, может быть, впервые прочитаю инструкцию.
Рекомендуем почитать