Приветствую, друзья! В прошлый раз мы с вами выбирали, о чьих финансовых проблемах или достижениях писать дальше: о Анне Ахматовой или о Михаиле Булгакове. Скажем честно: мнения разделились ровно поровну, разгорелась нешуточная подковерная борьба! Но благодаря поддержке наших постоянных читателей (тех самых тайных Хранителей канала, которые поддерживают нас донатами-подаяниями), чаша весов качнулась в сторону мистики. Спасибо вам, вы - топливо этого блога!
Поэтому сегодня мы оставим Анну Андреевну в покое (к её сложной судьбе и доходам мы еще обязательно вернемся) и поговорим о женщине, без которой мы бы с вами никогда не цитировали фразы про «осетрину второй свежести» и «рукописи не горят». О Елене Сергеевне Булгаковой. Она была не просто музой - она стала главной защитницей и пропагандистом его наследия.
Помните, как в прошлый раз мы исследовали историю Алексея Толстого? Там все понятно: «красный граф», любимчик властей, барин. А что Булгаков? Михаил Афанасьевич умер в 1940 году, измученный, практически запрещенный, в нищете и с долгами. Главный роман его жизни - «Мастер и Маргарита» - лежал в столе. Шансов на публикацию в СССР, казалось, не было совсем. Перед смертью он доверил свой архив жене со словами: «Чтобы знали...»
И Елена Сергеевна сделала это делом всей своей жизни. Маргарита в реальной жизни.
Вы спросите: как одинокая вдова опального писателя в сталинском, а затем хрущевском СССР умудрилась не просто выстоять, а добиться для наследия мужа всемирного признания и, что уж скрывать, финансового триумфа? Откуда у нее на склоне лет взялись шубы, парфюм и элитная квартира в престижном писательском кооперативе?
Давайте разбираться. Тут чистая экономика, невероятное упорство и верность слову.
Выживание на переводах и защита архива
Первые годы после смерти мужа были невероятно тяжелыми. Шла война, эвакуация. Денег не было совсем. Но Елена Сергеевна совершила главный стратегический поступок: она сохранила архив Булгакова. Ей предлагали продать рукописи за бесценок, но она наотрез отказывалась. Она понимала истинную ценность этих бумаг и ждала своего часа.
Чтобы просто покупать еду, она сутками занималась переводами с французского (Жюль Верн, Мопассан). Плюс собирала крохи: то тут, то там переиздадут какую-нибудь старую булгаковскую пьесу или перевод («Дон Кихот» или «Скупой» Мольера). За это капали небольшие авторские отчисления. Жить было можно, но до роскоши далеко.
Как пробить советскую стену и заработать на «Мастере»
В 1953 году начинается оттепель. И Елена Сергеевна понимает: пора действовать.
Она начинает долгий, дипломатичный и изнурительный марафон по кабинетам чиновников и издательствам. И вот тут проявляется её гений переговорщика. В 1955 году ей удается выпустить сборник пьес мужа. Тираж сметают мгновенно! Вдове капают первые серьезные законные гонорары. Потом в знаменитой серии ЖЗЛ выходит его «Жизнь господина де Мольера».
А в 1966 году происходит чудо: журнал «Москва» (после 26 лет титанических усилий Елены Сергеевны!) публикует «Мастера и Маргариту». Пусть с цензурными купюрами, но роман дошел до читателя.
И вот тут на Елену Сергеевну обрушивается заслуженный золотой дождь. Что такое законный гонорар за культовый роман в СССР? Точных цифр в открытых ведомостях нет, но за журнальные публикации и последующие книжные издания счет шел на десятки тысяч рублей.
Для понимания цен: новенькая «Волга» ГАЗ-21 тогда стоила около 5 600 рублей. Средняя зарплата советского инженера 100-120 рублей в месяц. Елена Сергеевна получает крупные суммы, которые советское государство наконец-то выплатило за гений её мужа.
Она переезжает в кооперативную квартиру в Красноармейском переулке (ЖСК «Советский писатель»). Это был самый топ советской недвижимости, за право вступить в который люди отдавали годы. Она смогла оплатить этот взнос сразу.
Мировое признание и валюта
Но настоящий бум начался, когда роман перевели на Западе. Книга становится мировым бестселлером. Французские, немецкие, американские издательства печатают Булгакова колоссальными тиражами.
По советским законам, гражданин не мог просто так получать доллары на руки - всё шло через Внешпосылторг, и Елене Сергеевне открывают счета в тех самых легендарных «инвалютных рублях» (чеках и сертификатах). Часть гонораров ей передавали иностранные издатели во время её редких, но триумфальных поездок в Париж в конце 60-х.
Пенсионеры, помните закрытые магазины «Березка»? Обычный человек туда даже зайти не мог, а Елена Сергеевна наконец-то могла позволить себе жить на широкую ногу. Она ходила в роскошных шубах, пахла французскими духами Диор, покупала дефицитные деликатесы и щедро угощала молодых литераторов.
При этом она не копила богатства под матрасом: первым делом она принципиально разыскала всех старых кредиторов Михаила Афанасьевича и вернула все его долги (даже те, про которые люди уже забыли!). Она открыто и много помогала нуждающимся друзьям. Это была роскошь не ради хвастовства, а ради торжества справедливости.
Вместо эпилога
Михаил Булгаков когда-то написал, что Мастер в один прекрасный день выиграл по облигации огромные сто тысяч рублей, которые изменили его жизнь. В реальной жизни его вдова Елена Сергеевна благодаря своей любви, уму и невероятной стойкости заставила весь мир признать гений своего мужа и заплатить за него по достоинству. Она не просто заработала - она восстановила справедливость.
Как вам история Елены Сергеевны? Согласны, что её роскошная старость - это честная и заслуженная награда за спасение великого романа? Пишите в комментариях, пообщаемся!
Понравилась статья? Давайте определим героя следующего выпуска! Переходите по кнопке доната-подаяния ниже, и в комментарии к переводу пишите имя: «Ахматова» или «Маяковский». Кто соберет больше голосов-рублей, про того и пишем в следующий вторник! Посмотрим, чьи фанаты щедрее.