Цены в СССР назначались сверху, а не складывались на рынке.
Ширпотреб в магазинах нередко стоил дороже, чем на мировом рынке, зато нефть, газ и уголь отпускали почти даром.
Возьмёшь для счёта внутренние советские цены, получишь один список кормильцев. Пересчитаешь те же поставки по мировым, список перевернётся.
Если считать в тех же внутренних ценах, то по обмену 1989 года в плюс выходили всего две республики, Азербайджан и Белоруссия.
Россия, Украина и Казахстан, наоборот, проваливались в минус.
А если открыть статистический ежегодник и посмотреть произведённый национальный доход на душу населения, то Россия оказывалась позади Украины, Прибалтики, Молдавии и Киргизии.
Из такого окна русские и сами производили не больше соседей, жили не лучше, и кормить кого-то им было нечем.
Нефть, которая стоила дешевле воды
Стоило перестать считать нефть и газ по заниженным внутренним ценам, и доноры менялись местами.
Российское топливо шло республикам по цене дешевле бутылки воды, и в общих росписях эта разница не всплывала.
По мировым ценам наверху оказывались Россия и Туркмения, обе жили с нефти и газа. Один только российский вывоз тянул тогда на 32,6 миллиарда инвалютных руб., и удержать плюс по обмену, кроме неё, было больше некому.
Самые крупные минусы набегали у Казахстана, Украины и Узбекистана.
В таблицу к тому же попадало не всё. Графа "потребление" охватывала ширпотреб, вроде колбасы, тканей и обуви, а станки, грузовики, металл, топливо и продукцию оборонных заводов в неё не клали, и как раз там был основной российский вклад.
Поэтому Украина могла разом "недодавать" колбасы и при этом вывозить продовольствия в другие республики больше всех в Союзе, на 6,6 миллиарда руб. в год.
Даже мировые цены спор не закрывали. Те, кто этот пересчёт делал, отдельно предупреждали, что записывать Россию с Туркменией в единственных кормильцев и думать, будто им от распада станет легче, не стоит.
Кавказ, где потребляли вчетверо больше, чем делали
Резче всего разрыв между производством и потреблением выходил в Закавказье.
По одной из поздних росписей в плюсе по этому счёту были только Россия и Белоруссия, остальные тратили на себя больше, чем создавали.
Грузия проедала вчетверо больше, чем выпускала, а Армения и Таджикистан втрое. По этим подсчётам, в 1990 году Грузия выпустила на душу товаров примерно на 10,6 тысячи долларов, а потребила на 41,9 тысячи.
Часть этого разрыва давали не союзные дотации, а неучтённые деньги. В Грузии хорошо зарабатывали на торговле, курортниках и частных мастерских, и заработок этот шёл мимо отчётности.
На него строили дома, держали машины, накрывали столы, что и бросалось в глаза приезжим. В графу потребления это попадало, а в графу производства нет, и разрыв на бумаге раздувался сильнее, чем была настоящая подпитка из Москвы.
Житель России отдавал в общий котёл около 209 руб. в год, а по тем временам это был целый месячный заработок. Туркмен добавлял около 11 руб. Остальные забирали.
Больше всех на душу доставалось Прибалтике. Литве шло почти 1000 руб., Эстонии около 800.
Прибалтика, которая считала себя ограбленной
Прибалтика была уверена, что её обирают, ведь товары с заводов уходили в Москву, а полки в магазинах пустели. Цифры говорили обратное.
Литва и Эстония с 1972 года год за годом тратили больше, чем зарабатывали, и к 1988 году это превышение перевалило за десятую часть их собственного дохода.
Налог с оборота, собранный на местах, по республикам делили неровно. России от своего доставалось около 40%, Прибалтике 45-50%, а Средняя Азия удерживала почти весь.
Вложения в стройки и заводы на окраинах при этом росли в 2-4 раза быстрее, чем внутри самой России. На человека Прибалтика получала больше любой другой части Союза.
Хлопок, каналы и заводы на юге
На юг и в Среднюю Азию деньги уходили прежде всего под хлопок.
Чтобы поливать поля, прорыли Каракумский канал длиной 1445 км и Большой Ферганский в 350 км. Поливных площадей под хлопок в Узбекистане прибавлялось год от года, считая от полутора миллионов гектаров в 1960-м.
Платой за это стало Аральское море, которое начало пересыхать, едва реки разобрали на орошение.
В Таджикистане, где крупной промышленности раньше почти не было, на союзные деньги запустили текстильный комбинат в Душанбе на 15 тысяч рабочих, протянули по горным рекам, вплоть до Памира, семь гидростанций и подняли с нуля около полусотни производств, от заводов до новых направлений в сельском хозяйстве.
Республики, где почти весь собранный налог оставался на месте, вдобавок получали прямые вложения из союзного бюджета.
Часть этих денег оплачивала хлопок, которого не было. В Узбекистане годами приписывали сборы.
В закрытых вагонах вместо сырья везли пустоту, на фабрики вместо волокна шли очёсы и отходы, часть собранного по бумагам списывали как сгоревшее на складах.
По разным оценкам, за неполученный хлопок республика получила из общей казны от 3 до 10 миллиардов руб.
Раскрутилось это во второй половине 80-х хлопковым делом с арестами, а выдала всё простая нестыковка, по отчётам хлопка всё больше, а ткацким фабрикам сырья не хватает.
Почему честного ответа нет
Свести всё к одному числу мешало то, что в общий счёт каждый клал своё. Нефть можно было считать по копеечной внутренней цене, а можно по мировой. Оборонные заводы, которых в России было больше всего, можно было вписать в баланс, а можно не вписывать.
Каналы и ГЭС, оплаченные вскладчину всем Союзом, тоже ложились в счёт по-разному. Под каждый выбор находилась своя официальная таблица, и каждая сторона могла доказать, что обирают именно её.
В Литве показывали выкладку, где республика отдаёт больше, чем берёт. А в России ту, где каждый житель доплачивает по 209 руб. за соседей.
Обе цифры лежали в одних и тех же статистических сборниках за 1990 год, отпечатанных в Москве издательством "Финансы и статистика".
Кто держался за Союз крепче всех
В марте 1991 года на референдуме спросили напрямую, сохранять ли Союз, и ответы легли точно по линии дотаций.
Прибалтика, Грузия, Армения и Молдавия голосовать отказались.
Средняя Азия, сидевшая на дотациях, высказалась за Союз почти поголовно:
- Туркмения — 97,9%
- Таджикистан — 96,2%
- Киргизия — 94,6%
- Казахстан — 94,1%
- Узбекистан — 93,7%
В РСФСР, которая по большинству подсчётов и содержала остальных, за Союз проголосовали около 71%, меньше, чем в любой из дотационных республик.