Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Книжная аптека

«Фарфор»: как Юрий Каракур спас всех наших бабушек

У каждого из нас есть воспоминания о детстве. О бабушке и теплом лете на даче или в деревне. У тех, кому 40+, есть воспоминания о быте, абсолютно не похожем на сегодняшний; о серых макаронах и об ожидании редкого автобуса в зимнюю метель. Юрий Каракур рассказывает нам о своем детстве, центром которого была бабушка Галина Сафроновна. И ей посвящено намного больше страниц, чем сверстникам, мимолетным друзьям или одноклассникам. С бабушкой Юра проводит все летние месяцы, праздники и выходные. Даже после первого инсульта родители оставляют подростка жить у бабушки, присматривать за ней (странно немного, правда? - или настолько уже взрослым был этот подросток?). Вокруг бабушки – ее компания подруг, такие же пожилые соседки по подъезду и по даче. Они тоже попадут на страницы книги, озаглавленной «Фарфор». Для автора фарфор – это концентрация хрупкости и красоты, именно с фарфором ассоциируется у рассказчика бабушка. Не дворянка, не изящная интеллигентка, простая советская женщина. Фарфор - э

У каждого из нас есть воспоминания о детстве. О бабушке и теплом лете на даче или в деревне. У тех, кому 40+, есть воспоминания о быте, абсолютно не похожем на сегодняшний; о серых макаронах и об ожидании редкого автобуса в зимнюю метель.

Юрий Каракур рассказывает нам о своем детстве, центром которого была бабушка Галина Сафроновна. И ей посвящено намного больше страниц, чем сверстникам, мимолетным друзьям или одноклассникам. С бабушкой Юра проводит все летние месяцы, праздники и выходные. Даже после первого инсульта родители оставляют подростка жить у бабушки, присматривать за ней (странно немного, правда? - или настолько уже взрослым был этот подросток?).

Вокруг бабушки – ее компания подруг, такие же пожилые соседки по подъезду и по даче. Они тоже попадут на страницы книги, озаглавленной «Фарфор». Для автора фарфор – это концентрация хрупкости и красоты, именно с фарфором ассоциируется у рассказчика бабушка. Не дворянка, не изящная интеллигентка, простая советская женщина. Фарфор - это и весь тот хрупкий, ушедший мир, который создала вокруг себя эта ироничная и острая на язык 73-летняя женщина.

Книга будит наши собственные воспоминания, довольно сильно воздействует на эмоции. И хотя мы можем сказать: "У нас такого не было, я все помню по-другому", - но этот субъективный опыт автора, история его бабушек (потому что есть еще одна бабушка – из Кирова) – стала книгой благодарной памяти о поколениях, живших до нас. Поэтому нет в книге ни сюжета, ни особого движения действия. Это зарисовки, это меланхоличное кружение над ландшафтом своего детства. Да, можно сказать, что в тексте Каракура нет вертикалей, есть только горизонталь.

-2

В книге много болезней (соседи и подруги бабушки), смертей, похорон, историй о несчастливых судьбах. Но все это мы видим глазами 10-12 летнего мальчика. И все это как будто «не по правде». Вспомните: тогда, много лет назад, взрослые особо не пускали нас в свой мир, у них были свои отдельные разговоры за закрытой кухонной дверью. А мы, дети, как и Юра, наблюдали за происходящим и делали какие-то свои, детские выводы.

Поэтому главы, написанные от имени мальчика, не казались мне мрачными, да еще и бабушка иронией и крепким словцом как-то умеет заземлять слишком уж тяжелые события вокруг. И начало 90-х в книге не переполнено «чернухой», которую многие так не любят в книгах. Просто – глазами ребенка - жизнь течет под защитой самого близкого и любящего человека. Ничего страшного вокруг не происходит.

-3

Но еще в книге есть несколько глав, написанных от имени взрослого рассказчика Юрия, приехавшего в свой рабочий поселок Владимирской области. Он разбирает старые чемоданы с письмами в родительской квартире, находит шкатулку с бабушкиными «богатствами», идет в пятиэтажку, чтобы увидеть бабушкину квартиру.

Вот эти главы по-настоящему накрывают какой-то безысходностью и тоской. Ведь бабушки нет давным-давно. Бабушки – источника детского счастья, тепла, любви и покоя, летних ягодных завтраков и зимних посиделок с песенником. И нет уже того детства. И ничего не вернешь. У меня даже обида на автора вдруг появилась: «Ну зачем, зачем испортил атмосферу»))

Думаю, книгу эту можно смело отнести к автофикшену – даже фамилия у мальчика в книге собственная, не вымышленная. Из каких-то отдельных глав не хотелось выныривать – так там было тепло и уютно, с какими-то хотелось поспорить. Но я благодарна автору за этот памятник нашим бабушкам – простым работящим женщинам, которые без показной нежности стали для кого-то из нас ближе родителей. И память о них согревает наше сердце и сегодня.

Моя незабвенная бабушка - Пелагея Павловна
Моя незабвенная бабушка - Пелагея Павловна
«Я всё брал с благодарность и со странным чувством, будто бабушка даёт мне то, что я должен спасти, потому что это может больше никому не понадобиться».

Ведь если бы Юрий не рассказал нам о своей бабушке, не «спас» ее, память о ней, то ее будто никогда и не было?

PS: не сказала вам о языке книги – так близка мне ее тема и интонация, с которой автор говорит о бабушке. Язык очень яркий и метафоричный (некоторые пишут, что слишком уж цветистый). Но у автора такие небанальные сравнения и ассоциации, что мне нравилось наблюдать за его языковыми «выкрутасами».

Читали книгу Юрия Каракура «Фарфор»?

Совпадают наши впечатления?

А вот эта книга - памятник дедушке: