Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Подвиги

Как 26-летняя Вика из Уфы бросила уютную жизнь и поехала лечить забытые болезни в самые опасные уголки планеты

Она могла бы сидеть в уютном кабинете, принимать пациентов в белом халате, пить кофе в перерывах и строить карьеру в родной Уфе. Но Вика Валикова выбрала совсем другой путь. Последние два года она спасает жизни людей в самых отдалённых уголках планеты — там, где нет интернета, воды, электричества и даже элементарной аптечки. Там, где болезни, о которых в российских клиниках даже не слышали, убивают за считанные часы. И она делает это бесплатно. Вика — выпускница Башкирского медицинского университета. Изначально она хотела стать психиатром. Но страсть к путешествиям оказалась сильнее. Она поняла, что хочет заниматься тем, что требует мгновенных решений. Тем, где одна ошибка стоит жизни, а одно верное действие — спасает. — Я всю жизнь мечтала о такой профессии, чтобы можно было ездить по миру, — говорит Вика. — Мне очень нравится медицинская диагностика, а в инфекционных болезнях её очень много. И сразу понятно, дурак ты или нет. Например, гипертонию можно годами лечить, меняя препараты.

Она могла бы сидеть в уютном кабинете, принимать пациентов в белом халате, пить кофе в перерывах и строить карьеру в родной Уфе. Но Вика Валикова выбрала совсем другой путь. Последние два года она спасает жизни людей в самых отдалённых уголках планеты — там, где нет интернета, воды, электричества и даже элементарной аптечки. Там, где болезни, о которых в российских клиниках даже не слышали, убивают за считанные часы. И она делает это бесплатно.

Вика — выпускница Башкирского медицинского университета. Изначально она хотела стать психиатром. Но страсть к путешествиям оказалась сильнее. Она поняла, что хочет заниматься тем, что требует мгновенных решений. Тем, где одна ошибка стоит жизни, а одно верное действие — спасает.

— Я всю жизнь мечтала о такой профессии, чтобы можно было ездить по миру, — говорит Вика. — Мне очень нравится медицинская диагностика, а в инфекционных болезнях её очень много. И сразу понятно, дурак ты или нет. Например, гипертонию можно годами лечить, меняя препараты. С инфекциями, если назначил что-то неправильно, через два часа человек может умереть. А если правильно — через два часа он уже здоров. Для меня это счастье: когда ты видишь результат своей работы и сразу понимаешь, что прожил день не зря.

Вика нашла в интернете Институт тропической медицины в Бельгии и поступила туда учиться. Она изучала болезни, которых нет в учебниках по терапии. А через несколько месяцев в её почтовом ящике оказалось письмо: срочно требуется врач-волонтёр в гватемальскую деревню, в клинику. И она согласилась, даже не думая о последствиях.

— На собеседовании меня спросили: понимаю ли я, куда еду? — рассказывает Вика. — Там не будет электричества, воды, магазинов. До ближайшей больницы — семь часов на машине или двадцать на автобусе. Когда я рассказала это маме, она тут же прилетела в Бельгию меня отговаривать. Она говорила правду: я молодой и неопытный врач, буду в одиночестве в полной изоляции от цивилизации. Но именно после этого разговора я поняла: если всё это меня не останавливает, то нужно ехать.

В Гватемале Вика жила прямо в клинике. В здании были только она и акушерка. Вокруг — джунгли, горы, реки, но ни души. Деньги на еду выделяла организация, но до ближайшего рынка нужно было идти четыре часа пешком. Других врачей рядом не было. Вике приходилось быть терапевтом, хирургом и акушером в одном лице. Она научилась зашивать раны, определять пол ребёнка по УЗИ, останавливать кровотечения и бороться с малярией, денге и другими тропическими инфекциями, которые для местных жителей — смертельный приговор.

Вскоре в районе начались волнения из-за строящейся гидроэлектростанции. Люди протестовали, было неспокойно. Викторию эвакуировали, но она не уехала домой. Она перебралась в Гондурас, где продолжила свою работу. А затем нашла отдалённую клинику на Гаити. Жила она там в монастырской келье вместе с монашками. Ела рис с бобами, спала на жёсткой кровати, просыпалась под звон колоколов — и каждый день принимала больных. Бесплатно.

— Меня очень часто спрашивают, почему я не лечу русских? — говорит она. — Для меня все люди равны. В России люди всё же могут получить бесплатную помощь. А в Гватемале многие спят на улице, потому что больше негде. Если не оплатишь лечение — не выживешь. Мы не имеем права решать, кто достоин жить, а кто нет. Можно спорить, что важнее: дать рыбку или научить рыбачить. Я считаю, что второе. Стоит научить акушерку реанимировать ребёнка — и ты знаешь, что она спасёт не одну жизнь.

Вика признаётся: иногда её накрывает тоска. Тем более вдали от дома, от семьи, от привычного уюта. Но она умеет переключаться:

— Когда на меня нападает тоска, я думаю: я счастливый человек — у меня прекрасная семья и любимая работа. А есть миллионы людей, которым повезло гораздо меньше. Почему я не могу с ними поделиться? Что я потеряла, поработав год бесплатно?

Она не требует денег, не ищет славы. Она просто делает то, что умеет лучше всего — спасает. И делает это там, где никто другой не соглашается ехать. Говорят, что в мире мало героев. Но на самом деле они просто не носят плащей. Иногда они — молодые врачи, которые спят в кельях, ходят на рынок за четыре часа и лечат тех, о ком забыл мир.

Недавно Вика вернулась в Россию. Она снова работает врачом, копит деньги на собственную клинику. В Гватемале. Там, где она нужна больше всего 🤍

Читайте также:

«За воротами стояли двое и просто смотрели»: как спасатель Дмитрий Воронин отбил мальчика от своры собак, пока другие наблюдали в щёлочку

«Он успел стать офицером»: как полиция города Бетел Парк исполнила последнее желание 8-летнего Джои, который мечтал носить форму

Павел шёл с «дембеля» друга в три ночи. Из мусорной кучи у подъезда раздавался писк, похожий на щенячий