В ночь с 12 на 13 декабря Павел Яскин праздновал у друзей в Удмуртии «дембель» одного из них — встречу того, кто только что вернулся со службы. Засиделись допоздна. По домам пошли только около трёх ночи. Дорога шла мимо подъездов. И, проходя мимо одного из них, Павел услышал у мусорных контейнеров писк. Высокий, тонкий. Очень похожий на писк щенка. Дальше Павел рассказывает сам: «Я тут же кинулся к куче, заметил краем глаза, что один из пакетов, чёрный, для мусора, шевелился. В голове скользнула мысль — ребёнок. Но до последнего надеялся, что там щенки брошенные или котята. Я поднял завязанный пакет за узел и побежал к друзьям. Пока нёс, по весу понял, что там не щенки, а кое-кто побольше». Кое-кто побольше — это новорождённый мальчик. Брошенный. Завязанный в мусорный пакет. На улице — почти минус 20. Дальше всё решали минуты. Развязать пакет, увидеть — и сразу же звонить в скорую и в полицию. Малыш плакал, не переставая. Был весь в крови, с ещё не отделённой пуповиной, окончившейся пл
Павел шёл с «дембеля» друга в три ночи. Из мусорной кучи у подъезда раздавался писк, похожий на щенячий
21 июня21 июн
69 тыс
2 мин