Небо этого дня ясное,
Но теперь в нём броня лязгает.
А по нашей земле гул стоит,
И деревья в смоле — грустно им.
Дым и пепел встают,
как кресты.
Гнёзд по крышам не вьют
аисты. ...Что-то засосало внутри – так бывает, когда качели летят вниз. Война! Вчера еще такое незаметное среди других слов, обращенное в книжное прошлое и неопределенно далекое будущее, слово это вдруг зловеще ожило, оно встало, как плотина, поперек всех мыслей, желаний, чувств. Не зная, что и как сказать матери, бледной и заплаканной (он только теперь увидел это), сын постарался сделать серьезное и даже испуганное лицо и поспешил уйти к мужчинам... ...Дядю проводили к автобусу. Возвращаясь, свернули к радиоузлу, где толпилось много людей… Люди слушали, и такое было ощущение, что каждый стоит и подавленно соображает: что потерял он сегодня, что недоделал, не повидал, не успел? Еще никого из стоявших зде
Небо этого дня ясное,
Но теперь в нём броня лязгает.
А по нашей земле гул стоит,
И деревья в смоле — грустно им.
Дым и пепел встают,
как кресты.
Гнёзд по крышам не вьют
аисты.
...Что-то засосало внутри – так бывает, когда качели летят вниз. Война! Вчера еще такое незаметное среди других слов, обращенное в книжное прошлое и неопределенно далекое будущее, слово это вдруг зловеще ожило, оно встало, как плотина, поперек всех мыслей, желаний, чувств. Не зная, что и как сказать матери, бледной и заплаканной (он только теперь увидел это), сын постарался сделать серьезное и даже испуганное лицо и поспешил уйти к мужчинам...
...Дядю проводили к автобусу. Возвращаясь, свернули к радиоузлу, где толпилось много людей…
Люди слушали, и такое было ощущение, что каждый стоит и подавленно соображает: что потерял он сегодня, что недоделал, не повидал, не успел? Еще никого из стоявших здесь, под пришоссейными соснами, война не затронула, но уже общая тяжесть легла на плечи каждого. (Адамович А.М. Война под крышами)
А когда отгрохочет, когда отгорит и отплачется,
И когда наши кони устанут под нами скакать,
И когда наши девушки сменят шинели на платьица, —
Не забыть бы тогда, не простить бы и не потерять.
