Сегодня хочу поговорить о двух «исторических» фильмах, созданных на «уральской» основе. Премьера фильма «Сердце Пармы» давно прошла, страсти утихли и тема сейчас явно не хайповая. Поэтому коротко почему я всё-таки решил к этой теме обратиться: началось с того, что я попросил нейросеть «Алису» предложить мне несколько произведений связанных с Уралом и сделать короткий обзор.
Первый же роман об Урале, который мне предложила «Алиса» оказался «Сердце Пармы» Алексея Иванова. Но выдала она не обзор, а панегирик и книге и фильму. В сути в своей описание сводилось к тому, что в фильме и книге «Сердце Пармы» описана не просто война Москвы и Перми. Это конфликт на нескольких уровнях: цивилизационном, личностном, экзистенциональном.
«Фильм пересматривает устоявшийся в официальной истории взгляд на этот период. Вместо триумфального шествия Москвы мы видим трагедию маленького народа, чья уникальная культура и идентичность приносятся в жертву имперским амбициям. Фильм заставляет зрителя сопереживать проигравшей стороне — язычникам, которых история записала в «отсталые» Суть в том, что один мир (Парма) должен быть уничтожен, чтобы другой мир (Москва) мог расшириться. Фильм утверждает: цена этого «прогресса» — гибель целой цивилизации со своим языком, богами и мировоззрением…»
Я, как уральский историк, растерялся. Как? Как такое масштабное событие я не смог рассмотреть в уральской историографии? Быстро выяснил, что «эпохальные» события «гибели цивилизации» в «Сердце Пармы» - это несколько локальных стычек русских с коми и манси, которые были вызваны их переходом из-под власти Сибирского ханства в зависимость Московского государства.
Проще говоря, речь идет о том, что аборигены, платившие ясак сибирскому хану стали платить ясак московскому царю. Именно это событие названо «гибелью самобытной цивилизации».
Почему, а главное зачем смену сюзерена (от хана к царю) преподносить не как формальность, а как цивилизационный слом? Зачем и кто это заказал?
Не найдя вразумительного ответа я стал просматривать какие ещё фильмы снимались в последние десятилетия по теме «уничтожения самобытной цивилизации». Оказалось, был ещё как минимум один фильм: «Красный лёд. Сага о хантах», снятый по сочинению Еремея Айпина «Божья матерь в кровавых снегах».
Сюжет – баян: так называемое Казымское восстание 1931-34 гг. Восстание хантов и ненцев под предводительством шаманов и местных богатеев против местной культбазы. Даже Википедия признает:
«Стараясь привлечь женщин коренной национальности к участию в общественной жизни, работники культбазы занимались организацией праздников для женщин и детей, проводили беседы о пользе бань, о санитарии и гигиене тела и жилища».
Вот за это они страдали. Персонал культбазы состоял преимущественно из представителей местных национальностей. Далее конфликт усугубился спором по поводу добычи рыбы в озере Нумто. Для переговоров с волнующимся коренным населением выехали представители советской власти. Большинство из которых по наущению шаманов были принесены богам в жертву путем медленного уду*шения. Поскольку казнены были представители советской власти (культбазой заведовал хант и представитель ОГПУ тоже был хант), то современная медиа-культура указанное человеческое жертвоприношение активно оправдывает…
В советской историографии казымское восстание не было табуированным. О нем писал ещё замечательный мансийский писатель Юван Шесталов в книге «Красная легенда на белом снегу».
Я его книгу прочитал полностью - произведение талантливое. Правда весь натурализм убран. Даже сразу непонятно были ли погибшие среди работников культбазы и если они погибли, то как.
Интересная деталь: название "культбаза" было подобрано крайне неудачно. На языке манси "куль" - это черт!
Но если Иванов писал заказуху талантливо, то уровень сочинения Еремея Айпина виден с первых строк. Цитата:
«Вожак красных, выставив руку с пистолетом, ворвался в чум и закричал: «Стой!» И бешено крутанул косящим глазом по лежанкам. Левая половина была пуста, а на правой, качая-унимая ревущего малыша, сидела женщина, Матерь Детей. За ее спиной скрылось испуганное лицо девочки, залитое слезами, а за ними, присев на корточки, мальчик десяти-одиннадцати лет стрелой нацелился на дверь.
Главарь, приопустив руку с пистолетом, взревел:
— Ма-ал-чать!
Плач оборвался. Даже ревущий малыш на мгновение смолк. Только за меховой стеной слышался гомон солдат, заполнивших селение-становье. В эту паузу главарь, ткнув пистолетом в направлении мальчика, скомандовал:
— Давай сюда! Мальчик не шелохнулся.
А Матерь Детей вздрогнула».
Не удивительно, что такое «творение» послужило основой для сценария одноименного фильма.
Там тоже эпохальная битва: огромные толпы красных с самолетами и конницей атакуют снежную крепость, а героические местные чингачгуки массово расстреливают их из луков. Уникальную цивилизацию с человеческими жертвоприношениями, уже уничтоженную Ивановым в «Сердце Пармы», Еремеев уничтожил ещё раз в «Красном льде».
«Иванов сознательно мифологизирует историю. Он берет реальный исторический конфликт и возводит его в ранг эпической битвы Добра и Зла, где Зло — это бездушная государственная машина Москвы. Он создает миф о «погибшей Атлантиде» — Великой Парме. И как любой хороший миф, он говорит не о фактах, а о чувствах — о потере, о трагедии, о неизбежности перемен», - пишет нейросеть.
Ну и ещё одна реплика, показывающая сходство двух кинокартин. Сражений, с сотнями убитых красноармейцев, показанных в фильме «Красный лёд. Сага о хантах» - тоже не было. Группа ГПУ из нескольких десятков человек просто выехала в район ритуального убийства и арестовала организаторов участников человеческого жертвоприношения. Википедия, которая с советской властью никогда не церемонится пишет: «В итоге 11 человек приговорено к расстрелу, 3 оправданы, остальные получили разные сроки тюремного заключения». Она же называет число погибших: 3 человека со стороны властей и 2 человека со стороны коренного населения.
Я книгу Иванова не читал, фильм не смотрел. Поделку Айпина читать пробовал, но не смог. Это не литература!
Если вы смотрели тот или другой фильм, то какое впечатление они оставил у вас?