Вот сижу я и перечитываю старые интервью. Листаю ленту, а там снова Цой. И знаете, что меня каждый раз цепляет? Не то, что он ушел в 28. А то, как он ушел. И с кем он был в последние годы.
35 лет прошло. А мы всё гадаем: что же случилось на том повороте? Заснул? Отвлекся? Или это было что-то другое, о чем мы никогда не узнаем?
Но есть в этой истории еще одна линия. Тайная. О ней говорят меньше, чем о песнях. О двух женщинах, которые делили его жизнь. И о той, ради которой он разрушил семью и уехал в Москву.
Давайте по порядку. Садитесь поудобнее, история будет долгой.
Мальчик из Ленинграда, который рисовал лучше всех
Виктор Цой родился 21 июня 1962 года в Ленинграде, в обычной семье. Мама, Валентина Васильевна, работала учителем физкультуры. Отец, Роберт Максимович, был инженером. Никаких творческих династий. Но в доме всегда звучала гитара — отец играл.
Маленький Витя рано проявил талант к рисованию. Воспитатели в детском саду заметили, что мальчик рисует лучше всех. Мама отдала его в художественную школу. Однажды его картина заняла второе место на городской выставке — мама очень гордилась.
Но живопись не стала его судьбой. После восьмилетки он поступил в училище имени Серова. И оттуда его исключили. По одной версии — за неуспеваемость. По другой — за создание рок-группы, которую местное начальство не одобрило.
Так Цой оказался на заводе. Освоил профессию резчика по дереву. Фигурки нэцкэ, которые он вырезал, до сих пор хранятся у отца. Но музыка уже затягивала его сильнее.
Он увлекся творчеством Брюса Ли, подражал его имиджу, занимался восточными единоборствами. И, конечно, слушал рок.
Первая группа, котельная и слава
В 1981 году Цой, Алексей Рыбин и Олег Валинский создали группу «Гарин и Гиперболоиды». Потом переименовали в «Кино». Первый альбом записывали под руководством Бориса Гребенщикова, который предсказывал Цою громкую славу.
А пока он работал кочегаром в бане на проспекте Ветеранов. Мыл полы, топил печь. На вопрос, чувствует ли он себя звездой, отвечал: трудно считать себя звездой, когда работаешь в котельной.
В середине 80-х «Кино» рвануло. «Видели ночь», «Мама — анархия», «Группа крови» — эти песни знал каждый. Группа снималась в кино — документалка «Рок», «Асса» Сергея Соловьева, культовая «Игла».
После выхода «Иглы» и альбома «Группа крови» критики заговорили о «киномании». Группа гастролировала по всей стране, выезжала во Францию, Италию, США.
Но за этой славой стояла разрушенная личная жизнь.
Две женщины: одна законная, другая — последняя
С Марианной Родованской Цой познакомился на квартирнике в 1981 году. Ей было 23, ему — 19. Она уже успела побывать замужем и развестись, работала в цирке. На фоне других музыкантов Цой выделялся: меньше пил, меньше говорил, казался старше своих лет.
Марианна сразу увидела в его песнях не только талант, но и потенциал для заработка. Она стала его администратором, придумывала имидж, организовывала концерты. Потом они поженились. В 1985 году родился сын Александр.
Мама Цоя потом скажет: «Марьяна была импульсивной, напористой, необыкновенно деятельной. Валя считала, что Марьяна Витьку охмурила, сама на себе женила».
А потом случилась «Асса». На съемках Цой встретил ассистента второго режиссера — Наталью Разлогову. Дочь дипломата, филолог, интеллигентная и тихая. Полная противоположность энергичной Марианне.
Виктор не стал скрывать. Вернувшись со съемок, он прямо сказал жене: «Я полюбил другую». Развода не случилось — то ли из-за сына, то ли из-за того, что Марианна тянула время.
Но Цой ушел. Поселился с Натальей в Москве. Они прожили вместе последние три года его жизни, практически не расставаясь. Летом у них была традиция — отдыхать в Юрмале у друзей Натальи.
Мама Цоя позже скажет: «Он мог от нее устать. Мне кажется, поэтому они и расстались. Последние годы он жил с Наташей в Москве. Закрылся начисто и с нами свой разрыв с Марианной не обсуждал».
Последнее лето и «Черный альбом»
Лето 1990 года Цой провел в Латвии, в поселке Плиеньциемс. Вместе с гитаристом Юрием Каспаряном они записывали демоверсию нового альбома. Работа шла тяжело — после изнурительных гастролей сил почти не оставалось.
Каспарян уехал в Ленинград, а Цой остался с Натальей и пятилетним сыном. Отдыхали. Рыбачили. Ждали осеннего тура.
Альбом, который они записывали, позже назовут «Черным». Он выйдет уже после смерти Цоя — в январе 1991 года. Его будут дозаписывать без Виктора, используя его голос с сохранившихся демо-записей. Продюсером станет Юрий Айзеншпис — тот самый, который взял в кредит деньги на выпуск пластинки.
Утро, которое длится 35 лет
15 августа 1990 года Цой проснулся в пять утра. Накануне взял у знакомого будильник, чтобы не проспать. Хотел поехать на новое озеро — там, где еще никогда не ловил рыбу.
Он сел за руль своего «Москвича-2141». Права получил всего за два месяца до этого — 22 июня. Пробег машины был всего 3400 километров.
Дорога до озера заняла девять минут. Он рыбачил почти пять часов. Клев был плохой — всего несколько мелких рыбешек в целлофановом пакете нашли потом на месте аварии.
В 11:00 он собрал снасти и поехал обратно. Погода была ясной, дорога сухой.
В 11:28 на 35-м километре трассы Слока — Талси его «Москвич» на скорости около 130 километров в час вылетел на встречную полосу. Там был поворот, дорога сужалась, кустарник закрывал обзор.
Навстречу шел пустой рейсовый автобус «Икарус-250». За рулем — 44-летний Янис Фибигс.
Удар был страшный. От «Москвича» остался только багажник, мотор нашли в 50 метрах от машины. Цой погиб мгновенно.
Версии: заснул, отвлекся или что-то другое?
Официальная версия — Цой заснул за рулем от усталости. Накануне он почти не спал — работал в студии, обсуждал планы на осенний тур.
Мама музыканта не верила в это: «Середина дня, не такой длинный путь, чтобы заснуть. Просто музыкантам нельзя садиться за руль. Он в то время работал над своим последним альбомом и вполне мог прокручивать в голове разные варианты. Музыка отвлекла внимание».
Биограф Цоя Виталий Калгин считает иначе: «Причиной аварии на 99% явилось то, что Цой ехал на большой скорости, слушал в момент аварии музыку, сложную для восприятия, и, заметив издалека автобус, попытался прижаться вправо к обочине, но при этом не сбросил газ, что обычно бывает с новичками в езде».
Отец Цоя был еще категоричнее: «Увлекаясь музыкой, нужно было на чем-то ездить, так как в те времена такси поймать было невозможно. А ездить он не умел».
Но есть и другие версии. Кто-то говорит о погоне. Кто-то — о заговоре КГБ. Независимый эксперт Юрий Антипов заявлял, что фото автомобиля Цоя было фейковым, а характер повреждений не соответствовал описанной картине.
Экстрасенс Дарья Миронова считает, что гибель была предначертана судьбой: «По судьбе ему было предназначено погибнуть именно в автокатастрофе».
Водитель автобуса Янис Фибигс рассказывал: «Дверь не открывалась, я увидел, что лежит человек. Подошел, вижу кровь — голова разбита. Побежал звонить. Скорая приехала быстро — через пять минут. О том, кто был за рулем машины, я узнал только в отделении ГАИ».
Что осталось после него
Похороны Цоя на Богословском кладбище Ленинграда собрали тысячи человек.
Марианна Цой пережила мужа на 15 лет. Она посвятила себя изданию книг о нем, установке мемориалов, продюсировала других исполнителей. Умерла от рака в 2005 году. Похоронена рядом с Виктором на Богословском кладбище.
Наталья Разлогова после смерти Цоя вышла замуж за журналиста Евгения Додолева. Долго молчала об истории их любви. Но в 2012 году представила фильм «Цой — „Кино“», а в 2021-м выставила картины артиста в Галерее искусств. Сегодня она ведет закрытый образ жизни в Москве, работает на телевидении и избегает публичности.
Сын Александр пошел по стопам отца — стал музыкантом, лидером группы «Ронин». Долгое время выступал под псевдонимом, не используя звездную фамилию.
Но в 2020-х он решился на смелый шаг. Организовал серию концертов «Кино», используя оцифрованный голос отца с оригинальных многоканальных записей. Вместе с ним на сцену вышли Юрий Каспарян, Александр Титов и Игорь Тихомиров. Первое шоу проекта под названием «Цой жив!» собрало огромное количество зрителей.
В 2025 году группа «Кино» продолжает выступать. Концерты проходят в Москве на «ВТБ-Арене», в Перми, Пензе. Выступления сопровождаются оцифрованным голосом Виктора Цоя и живым исполнением на инструментах, аналогичных тем, что использовались тридцать лет назад. Организаторы подчеркивают: «Мы изначально не хотели видеть на сцене плохую голограмму Виктора Цоя, не собираемся его заменять чем-то или кем-то. Есть голос, есть песни, есть музыка — этого более чем достаточно».
Знаете, глядя на всё это, я думаю: почему мы до сих пор не можем отпустить Цоя?
Наверное, потому что он ушел слишком рано. В 28 лет, когда только начинал по-настоящему раскрываться. Когда у него был новый альбом, новые планы, новый тур. И новая любовь, ради которой он разрушил старую семью и уехал в Москву.
Он мог бы стать кем-то большим. Или мог бы просто стареть, как все. Писать песни, растить сына, жить обычной жизнью.
Но судьба распорядилась иначе. И теперь мы, спустя 35 лет, всё ещё слушаем его голос. И спорим о том, что же случилось на том повороте.
А может, неважно, что случилось. Важно, что осталось.
Песни, которые поют до сих пор. Голос, который звучит на концертах. И сын, который продолжает дело отца.
И две женщины, каждая из которых любила его по-своему. Одна — энергичная и деятельная, вторая — тихая и интеллигентная. И обе хранили память о нем до конца.
Что думаете вы? Была ли у Цоя возможность избежать той аварии? Или это действительно было предначертано судьбой?
Делитесь в комментариях. А я пойду переслушивать «Группу крови» и думать о том, как быстро всё заканчивается.