— Вон отсюда, паразитка — орала свекровь в моей гостиной. С видом хозяйки. По недоразумению.
Нина Павловна стояла посреди моей гостиной и указывала на дверь.
Именно моей. Но об этом — позже.
— Ты сюда замуж пришла или прописаться?! — голос у неё был поставленный. Привыкла командовать. — Серёжа вырос в этой квартире. Это наша семья. А ты — никто.
Сергей сидел в кресле. Смотрел в телефон.
Я стояла у окна. Молчала.
Мы поженились два года назад. Квартира — трёшка в Екатеринбурге на Ботанике — досталась Сергею «от бабушки». Так он говорил. Я не проверяла. Зачем — мы же семья.
Нина Павловна появилась через месяц после свадьбы. Сначала — «на недельку». Потом — «пока не найдёт квартиру». Потом перестала объяснять.
Она переставила мою посуду. Повесила свои шторы. Однажды выбросила мои специи — «незачем захламлять».
Я работала. Молчала. Думала: пройдёт.
В марте за ужином Нина Павловна сказала:
— Серёжа, надо переписать квартиру обратно. Мало ли что.
Сергей пожал плечами.
— Ну, можно.
Я подняла глаза.
— Что значит «обратно»?
— Мама права. Квартира фамильная. Ты поймёшь.
Я не поняла. Но промолчала.
В апреле они позвали «семейный совет». Пришли сестра Сергея с мужем, тётка Нины Павловны — сухая женщина в беретке — и какой-то двоюродный брат, которого я видела впервые.
Все сидели за моим столом и обсуждали, как лучше «вернуть квартиру в семью».
— Лена пусть напишет отказ от претензий, — сказала тётка. — По-хорошему.
— Она подпишет, — сказал Сергей. — Она адекватная.
Никто не смотрел в мою сторону. Как будто меня не было в комнате.
Как будто вопрос уже решён.
В мае Нина Павловна принесла бумаги.
— Вот, нотариус подготовил. Отказ от имущественных претензий. Подпишешь — и разойдёмся нормально.
Я взяла листы. Прочитала.
— Нормально — это как?
— Без скандала. По-человечески.
Сергей стоял рядом и молчал.
Я положила бумаги на стол.
— Я подумаю.
— Долго не думай, — сказала Нина Павловна. — Квартира не твоя. Ты здесь временно. Пора это принять.
Временно.
Я возвращалась с работы в одиннадцать, потому что платила за ипотеку. Которую Сергей «не успевал» платить сам. Семьдесят четыре тысячи в месяц. Двадцать шесть месяцев подряд.
Я считала в уме. Получалось — почти два миллиона.
В ту же ночь я позвонила подруге Марине. Она юрист.
— Марин, мне нужна выписка из ЕГРН на квартиру Сергея. Как быстро?
— К утру сделаю. А что случилось?
— Хочу понять, чьё именно «временно».
Утром я читала выписку за кофе.
Объект: трёхкомнатная квартира, улица Розы Люксембург.
Собственник: Громова Елена Викторовна.
Дата регистрации права: 14 февраля 2023 года.
Я перечитала дважды.
Громова Елена Викторовна — это я. Девичья фамилия.
Квартиру оформили на меня. Два года назад. Свадебный подарок от родителей Сергея — «чтобы был порядок». Я тогда подписала бумаги не глядя. Радовалась.
Сергей, судя по всему, забыл. Или не знал. Или решил, что я тоже не знаю.
В тот же вечер Нина Павловна снова вышла в гостиную.
— Ну что, надумала? Или мне юриста вызвать?
Я достала из папки выписку. Положила на столик перед ней.
— Вызывайте.
Она взяла бумагу. Читала долго. Лицо менялось медленно — как будто что-то тяжёлое сдвигалось внутри.
— Это... это ошибка.
— Росреестр не ошибается.
Сергей подошёл, заглянул через плечо. Молчал.
— Серёжа, — голос у Нины Павловны стал тише. — Как это?
Он не ответил.
Я взяла выписку обратно.
— Съехать нужно до конца месяца. Вещи могу помочь упаковать.
Никто ничего не сказал.
Я пошла на кухню. Налила воды. За окном шёл дождь — обычный, майский, без всякого значения.