Сегодня, в 85 годовщину начала Великой Отечественной Войны публикую воспоминания читателей о своих предках, участников той войны.
Коля Новиков:
Не дай Бог 2-2му июня повториться. Ведь так же служили пацаны срочники, планы строили, домой собирались. И в одно утро все поменялось. Единицы из тех срочников домой вернулись. Жили люди своей жизнью, потом самолёт пролетел и от дома куча головешек только осталась.
А потом вообще немцы пришли. Все что у тебя осталось забрали, сожрали, увезли. Живи как хочешь. Скольким людям жизнь перечеркнуло. А мы помнить все это должны. И детям-внукам про это говорить. Пусть по сто раз, лучше запомнят.
Покойный дед жены рассказывал, как они за языком ходили. Проползли на немецкую сторону втроём, пробрались подальше передовой. Лазили всю ночь у немцев в тылу. Наткнулись на какую-то часть. Блиндажи, около них часовой ходит с автоматом. Лежим говорит, а до него метров тридцать, светать начинает уже. Пока бежим до него, увидит, из автомата перестреляет всех.
Лежим, а сами за рукава друг друга держим, как бы каждый каждого поддерживает. Полежали, так и поползли обратно. Комбат потом орал, орал -Да я вас... Штрафбатом пугал. Как дед сказал -Да мы не больно испугались. Мы и так уже на фронте. Куда дальше то. Из одних окопов в другие? Да и фиг с ним.
Сергей Глушков:
Еще история ВОВ. Дед жены, прослуживший в разведки две войны, финскую и германскую, имел одно ранение, языка в канаву засунул, голову спрятал , а в мягкое место* от пулемета получил. Уж как там определили. Зато пьяный ругался на родственника, тот до фронта не доехал, попал под авианалет и стал инвалидом ВОВ! Судьба!
Виктор Борщев:
У меня дядя Алексей был фронтовиком. В самом начале войны послали на курсы младших командиров, потом присвоили мл. лейтенанта и на фронт. У него был небольшой шрам повыше левой брови. Рассказывал, что тоже пошли за "языком". По добрались к немецким позициям, залегли, ждём. Из блиндажа вышел немец, пошёл по нужде за кустики.
Только он присел, говорит, я сзади подкрался и накинулся на него. Одной рукой рот зажал рот, другой за шею душу. Он как встал, говорит, так я и повис на нем, ноги от земли оторвались. Немец здоровый оказался, а дядька не высокого роста был. Немец ещё головой назад мотнул и рассек дядьке лоб каской. Дядька говорит: кровь глаза заливает, но немца не отпускаю.
Тут и ребята подоспели, скрутили его. Так и утащили. Потом был ещё ранен. Закончил войну в Австрии в звании капитан. Награждён орденами "Отечественной войны", "Красной звезды", медалью "За отвагу" и др.
У дядьки Алексея был младший брат дядька Иван. Он работал поваром в штабе САВО. Он тоже был фронтовиком. Но по жизни дядька Иван был баламутом. На войне был старшиной роты. Награждён "Орденом Славы", медалью "За отвагу". За всю войну получил одно ранение, и то по глупости.
Принял на грудь наркомовских, но видно не сто грамм, а гораздо больше. Вылез на бруствер и стал показывать немцами неприличные жесты в виде руки сжатой в кулак и согнутой в локте. Типа хрен вот вам. Ну немецкий снайпер и щелкнул его в этот кулак.
Пуля пробила кисть руки, перебила сухожилие, после чего средний палец перестал разгибаться. А ведь мог и в голову щелкнуть. Потом особисты затаскали дядьку Ивана, мол хотел рассекретить наши позиции. Но всё обошлось.
Папа у меня тоже воевал с 1943 года. Воевал рядовым в пехоте, был ранен в ногу осколком мины. Про войну не любил вспоминать. Был награждён медалью "За отвагу". Победу встретил в Германии.
Степаныч-45:
У моего деда контузия под Сталинградом в 1942 и тяжёлое ранение 13 июля 1943 года практически, на окраине Прохоровки. Но... было и другое, не ранение, а... неприятная ситуация.
Район Прохоровки, глухая оборона, две армии который месяц друг против друга, одни готовятся к наступлению, другие, закапываются и закапывают всё что можно, но иногда постреливали, и довольно часто, днем не погуляешь, держали друг друга в тонусе. Отхожее место оборудовали метрах в 200 от линии окопов, и ходили туда, только в сумерки и ночью.
Ну приперло, в сумерках пошел, уже рядом с ямой, падает мина спереди, ускорился, вторая сзади, сам минометчик, и понимает, что третья- его. Рывок и прыжком в яму, не до церемоний и политессу. Не знаю, говорит, облегчился* я, или нет, но был по грудь в содержимом ямы*.
Вылез, ползком до ручья, мылся по темноте уже, песком и травой оттирался, и голышом по темноте до окопов. Там что-то с убывшего*, что то старшина дал, короче, приодели. На фронте с августа 1942 по 13 июля 1943- ни одной боевой награды, только, За оборону Сталинграда, и то, не то уже после дембеля получил, не то в период службы в Качинской школе пилотов в г. Красный Кут после госпиталя, с октября 1943 до августа 1945. Вот, такие дела...
