Проспер д'Эпине был одним из самых популярных и уважаемых скульпторов второй половины девятнадцатого века. Он ярко проявил себя в салонной академической традиции, которая оставалась востребованной несмотря на то, что модернизм уже наступал на пятки.
Но, гуляя по парковым аллеям и дворцовым залам, человек хочет видеть точёные профили античных богинь и томные улыбки вакханок.
А уж сильные мира сего тем более предпочитают быть похожими на героев древности и мифических красавиц.
Проспер д'Эпине умел угодить самым взыскательным вкусам самых влиятельных людей. Но он вовсе не был чужд новых тенденций в искусстве. Безупречный мастер изящной скульптуры, поэт точёных беломраморных линий обладал безжалостным взглядом и точной рукой карикатуриста.
Проспер д'Эпине: два лица Наполеона
В 1864 году, когда молодой Проспер д'Эпине в Италии получал первые заказы от европейских аристократов и знакомился с молодыми принцами и принцессами – будущими моделями портретных скульптур, английский журнал «Ванити Фэйр» напечатал политическую карикатуру.
Она изображала французского императора Наполеона Третьего и британского премьера лорда Пальмерстона, идущих под ручку. Взаимоотношения Франции и Англии в тот период были сложными – они сговаривались по одним вопросам, уверяя друг друга в вечной дружбе, и тайно вредили друг другу по другим направлениям. Ничего нового.
На официальных встречах Наполеон и Пальмерстон уверяли друг друга в вечной преданности. Но каждый уже строил собственные планы по захвату мира. Именно это и отразила карикатура, названная «Сердечное согласие».
Кстати, автор оказался удивительно прозорлив. Буквально в течение года крепкий союз Британии и Франции в очередной раз потерпел крах.
Потому успех карикатуры никого не удивил. И не был кратковременным – как обычно случается в этом жанре. По миру разошлось множество печатных и даже скульптурно-миниатюрных копий. Надо сказать, что для «Ванити Фэйр» стиль карикатуры был необычным. Он скорее напоминал французскую традицию – гравюры Оноре Домье.
В этом нет ничего удивительного. Потому что автором нашумевшего изображения был француз Проспер д'Эпине. Но об этом до поры до времени никто не знал.
Никто не мог предположить, что человек, изваявший вскоре парадный бюст Наполеона Третьего, видит в нём не только благородного государя, наследника великих дел великого дяди, но и мелкого человека с большими амбициями.
Имя автора популярной карикатуры было известно только редакторам и владельцам журнала «Ванити Фэйр». Но они своих не сдавали.
Странная история мастера Эпине и мистера Немо
Английская политическая карикатура требует отдельного исследования. Отчасти национальные традиции в этой области сохраняются до сих пор. Только теперь творчество на злобу дня выплёскивается на улицы. Все следят за творчеством Бэнкси, но никто не знает его подлинного имени.
Так и на страницах «Ванити Фэйр» в конце девятнадцатого века принято было скрывать имена карикатуристов за псевдонимами. Постоянные авторы были известны читателями как Свистун, Шпион, Обезьяна, Соглядатай. Внештатных корреспондентов обозначали буквенными инициалами или просто писали: Неизвестный. Немо. Никто.
Чаще всего так обозначали работы иностранных авторов. По понятным причинам граждане европейских государств, изображающие своих правителей в неприглядном виде, не хотели огласки. Не хотел её и Проспер д'Эпине, который водил дружбу с виднейшими представителями европейской политики, но не мог молчать, видя их промахи и недостатки. Это был его способ оставаться объективным. И быть истинным патриотом любимой Франции. Он лучше других знал, что имперские амбиции Наполеона Третьего не зашли дальше великолепных усов.
Так же быстро Эпине разочаровался в Орлеанской партии. И на страницах «Ванити фэйр» появился портрет герцога Омальского под названием «Орлеанская семья».
Анонимность художников до сих пор вызывает трудности в атрибуции. Имена многих талантливых карикатуристов так и остались тайной. Но скульптор уровня Эпине сохранить инкогнито не мог.
Ангелы Проспера д'Эпине и карикатуры Немо: Двойная жизнь скульптора королей
Поскольку имя Эпине было известно редакции журнала, к нему стали обращаться с просьбами изобразить ведущих европейских политиков для иллюстрации острых политических статей. Именно он, ваявший скульптуры аристократов, мог точно передать портретное сходство и сделать карикатуру узнаваемой.
Ему принадлежит изображение герцога Монтегю, символа британского правящего класса, которое впоследствии было использовано для иллюстрации романа «Ярмарка тщеславия».
Он представил характерные черты королевской семьи на примере принцессы Виктории.
И напыщенные манеры британских политиков в образе Роберта Пиля.
А когда Проспер д'Эпине по приглашению императорской четы посетил Россию, на страницах «Ванити фэйр» появились актуальные изображения российского министра иностранных дел Николая Гирса.
И карикатура «Мой августейший господин» - портрет Александра Третьего.
В это время псевдоним Немо уже принадлежал одному Просперу д'Эпине.
Он обнародовал своё авторство там, где это было возможно – так, после установления республики во Франции карикатуры на Наполеона и герцога Орлеанского перестали быть анонимными. Но большинство работ в этом жанре так и остались принадлежностью Немо. Хотя широко известно, что английским Немо был француз Эпине, до сих пор по запросу в Сети выходят фотографии скульптур в классическом стиле. А целое направление в творчестве Проспера д'Эпине остаётся скрытым от глаз широкой публики.
Но Проспер д'Эпине был не только приверженцем застывшей канонической формы, а разносторонней личностью. И внёс солидный вклад в развитие французской классической скульптуры и английской политической карикатуры.