Галочка была единственной дочерью Зинаиды Сергеевны, преподавательницы в техникуме провинциального городка. Зинаида воспитывала дочь одна, предполагаемый жених сбежал, не предложив руки и сердца, когда Зина сказала ему о беременности.
- Так уж случилось, - объясняла потом уже взрослой дочери Зинаида, - но я всю душу в тебя вложила, даже замуж не стала выходить, сама знаешь. Всё для тебя, доченька.
Галочка принимала «жертву» матери как должное, а Зинаида действительно души не чаяла в дочке, чем избаловала её окончательно. Мать шила для девочки самые лучшие наряды, клала в тарелку самый вкусный кусок, экономила на себе, чтобы дочка ни в чём не нуждалась…
Галя выросла на всём готовом и привыкла, что её окружают заботой, вниманием и любовью. Она выучилась на швею, не желая поступать в институт (в школе она тоже ленилась), и мать пристроила её работать на фабрику в их городе. Галочка не была самой лучшей швеёй, мало того, ей быстро надоело восемь часов в день строчить швы, и она благодаря своей яркой внешности, стройной фигурке и активности скоро была выдвинута работать в профком.
- Может, зря ты ушла из цеха? – спрашивала дочку мать, - там не такая солидная зарплата, да и что ты будешь делать в профкоме?
- Да что ты, мама! – рассмеялась дочь, - у меня теперь свой кабинет, рядом с шефом и бухгалтерией. Это тебе не строчить план весь день, сгорбившись у машинки! Мои организаторские качества начальство оценило, и я в руководстве в такие молодые годы!
Зинаида Сергеевна пожелала дочке успеха, а Галочка вскоре выскочила замуж за водителя своего шефа – Игоря. Молодым дали квартиру от фабрики в старом, но крепком фонде, и Галочка посчитала это ещё одним достижением.
Квартира была на первом этаже двухэтажного дореволюционного дома с толстыми стенами. Две комнаты пара обставила мебелью в первый же год, благодаря помощи родителей. Особенно старалась мать Гали, отдав половину своей мебели для милой дочки.
К квартире прилагался участок земли – огород, два сарая, и Галя с мужем радовались, что у них есть где выращивать овощи и картошку. Однако Игорь в первый же год жизни понял, что жена не горит желанием быть образцовой хозяйкой, плохо готовит, и все заботы в их огороде возложила на мужа.
- Галя, что у нас будет сегодня на ужин? – спрашивал Игорь ещё в обед, встречая жену в фабричном коридоре.
- Ты купи что-нибудь в перерыве, и не жди меня – готовь, у нас небольшой аврал, я чуть задержусь. Отвари хоть картошки… - она целовала его в щёку и уходила в кабинет.
Однако никакого аврала у Гали не было. Но она была удобным работником для начальства. Во времена дефицита, когда в магазинах были очереди и, если что выбрасывали на прилавок, и надо было поймать такой товар, Галочка была тут как тут. Она приносила шефу и главному бухгалтеру всё: от яиц, мяса, апельсинов и до белья, и импортных блузок. Она так преуспела в блате, что на работе её не всегда можно было застать, а взамен своим услугам Галя получала самые лучшие путёвки в санатории и дома отдыха, которые и распределяла вместе с начальником, а ещё премии и отгулы.
Галя успела за пять лет своего замужества родить дочь, которую помогала ей воспитывать и поднимать мама: пока Галя ходила беременной, приходила убираться к ней, готовить, мыть посуду, а после родов и нянчить ребёнка.
Муж Гали не долго терпел такой порядок, и самому ему надоело готовить ужины, и вставать рано, чтобы жену накормить завтраком. После пяти лет брак распался. Галя во всём винила Игоря, и уверяла, что он не любил её по-настоящему.
Зинаида Сергеевна, казалось, больше всех была огорчена развалом семьи дочери, но ничего поделать не могла, и ходила помогать Гале, словно на работу.
Ирочка, внучка её больше любила бабушку, потому что Зинаида Сергеевна чаще была с ней, и учила её всему: готовить, шить, вязать, убирать квартиру. Бабушка уже поняла, что упустила многое в воспитании дочери, и старалась чтобы внучка не была такой как Галя.
Игорь после развода уехал из города, а квартира осталась за Галей. Она по-прежнему трудилась в профкоме, и была услужливой для своего руководства.
Когда Ирочке исполнилось десять лет, у Гали появился второй муж хоть и неофициальный. С той поры Ира вынуждена была жить у бабушки, чему Зинаида Сергеевна была даже рада. Ей больно было видеть, как Галя заставляла дочку делать всю работу в квартире. Ирочка и убиралась, как научила её бабушка, и уже могла приготовить обед, и стирала, и гладила бельё. На ней, ещё малышке, держалось всё, да на бабушке Зине, которая спешила после работы тоже помочь.
Новым избранником Гали стал Александр Петрович, вдовец на десять лет старше её. Он приглашал Галю жить к нему, и она на первых порах жила на два дома. Галочка поначалу старалась готовить мужу что-то вкусное, и то и дело спрашивала у матери рецепты. А потом, когда Александр Петрович начал по её просьбе помогать готовить ужины и обеды в выходные дни, мужчина понял, что Галочка не любит быть на кухне.
Галя ярко одевалась. Она шила модные платья, некоторые были из парчи, или атласа, особенно праздничные. Наряжалась она так, чтобы быть заметной, ей всегда нравилось быть в центре внимания, и она любила ходить в гости. Друзья Александра Петровича завидовали ему и поздравляли:
- Ну, выбрал красавицу, счастливчик! – хлопали они его по плечу, а он не долго был рад.
Галя скоро стала собой: вставала по выходным не раньше десяти, не любила заниматься уборкой, все продуктовые закупки возложила на Александра, не особо интересуясь, сколько он вложил денег в поход на рынок и что купил.
- Галочка, ты не от мира сего. Тебе бы родиться актрисой… - не раз печально говорил он, - моя первая жена была такой хорошей хозяйкой…
- Не хочу слышать о твоей первой жене, - резко обрывала его Галя, - я ничего о себе не скрываю. У меня должность. Я устаю на работе. Я в руководстве большой фабрики. На меня многое возложено. Я работаю с людьми, и меня уважают.
Ушёл от неё Александр Петрович тихо, без объяснений и сожаления. Не отчаивалась и Галя. Она вернула домой дочь, которая уже заканчивала школу и собиралась поступать в медучилище.
Именно мать надоумила Ирочку выбрать эту специальность.
- В семье хорошо иметь медика. Я ведь только кажусь здоровой, а на самом деле вся на нервах. У меня такая ответственная работа! Надо всем угодить, обо всех всё знать, уметь разрулить любую ситуацию и в коллективе, и в семьях подчинённых тоже!
- Ты бы в своей семье разобралась, мама, - прошептала Ира, - у тебя новый муж на горизонте? Как его зовут? Мне сказали, что Павел…
- Какое тебе дело? Кто сказал? Собираешь сплетни! – рассердилась Галя, - и потом, я красивая, ещё молодая и не собираюсь сидеть дома одна.
- Ты бы только не обманывала надежды своих мужчин, - вставила слово Зинаида Сергеевна, - доченька, ведь мужчины не все будут тебе служить, как мы с Ирочкой. Они сами хотят быть обласканы и любимы… Как ты не понимаешь?
Галя отворачивалась и презрительно усмехалась.
Ира уехала учиться в другой городок, а Галочка встречалась с Павлом. Зинаиде Сергеевне уже было тяжело тянуть на себе две квартиры, и она перестала ходить к дочери. К тому же, ей было под семьдесят, и она плохо себя чувствовала. Так она о говорила Галочке по телефону вечерами, но дочь не приходила к ней, лишь советовала пойти к врачу.
- А что ты хочешь, мама, в твоём-то возрасте? Лечись, хватит работать. Зачем ты нанялась в дворники на своей улице? Только позоришь меня!
Зинаида Сергеевна ничего не отвечала дочери и клала трубку. Работать она пошла из-за Ирочки, которой высылала деньги на учёбу, на обновки. Иногда родной отец присылал деньги Ирине, и делал он это всегда по письмам Зинаиды Сергеевны. Галочка была занята собой, своим новым романом и видела Иру только когда та приезжала на праздники и на каникулы.
- Вот хорошо! Хоть мы с тобой генеральную уборку затеем. А то квартиру я запустила совсем. Нету времени… У нас аврал, - говорила Галочка и исчезала на работе.
Ирина наводила порядок. А потом шла убираться к бабушке, надо было и полечить её: Ира уже умела делать массаж, растирания, и ставила инъекции.
- Дочка, а почему ты мне не предлагаешь курс массажа? – досадовала Галя, когда Ира возвращалась каждый день от бабушки, - знала бы ты, как у меня болит спина!
Ира вечерами делала и матери массаж, и пришлось ходить к жене её начальника, пока не заканчивались праздничные выходные.
- Господи, как я устала… - шептала Ирина бабушке, - и как массажисты работают весь день? Без рук останешься, и без сил…
- Тебе заплатили Галины протеже за массаж? – поинтересовалась бабушка.
- Нет, что ты. Мать не велела брать деньги. Её начальство. Нельзя…- вздохнула Ира.
- Милая ты моя… Чувствую, что мне придётся отказываться от твоей помощи, чтобы пожалеть тебя, девочка моя… - вытерла глаза бабушка Зина, - а Галя всегда в своём ключе. Всех использовать по полной…
- Как у неё с Павлом-то? Не сложилось? – спросила Ира бабушку.
- Да кто с ней уживётся? Ей прислуга нужна, а не любимый родной человек. Огород давно заброшен. Там соседи пользоваться начали. А Павел быстро сбежал, даже года не прошло, зачем ему такая королева? И красота её уже не та, и возраст виден на лице и фигуре… Одной жить будет проще…- качала головой бабушка.
- А мне жалко её… - ответила Ира, - хоть и деловая, и красивая, а никто не любит.
- Чтобы тебя любили – надо самой уметь любить. И отдавать человеку и заботу, и ласку, и время, и сердце…- прошептала бабушка.
Ира через два года закончила медучилище и вернулась домой. Она всегда останавливалась у бабушки, и сразу же начинала осматривать её: начиная с измерения давления, прослушивания лёгких и сердца, и общего осмотра.
- Да что ты со мной как с ребёнком, милая моя, - улыбалась бабушка, - дай я на тебя посмотрю спокойно. Какая ты красавица стала. Вся в мать. И диплом теперь есть. Пора бы и замуж выходить…
- Ты всё видишь, ба… - рассмеялась Ира, - у меня ведь парень есть, а точнее, жених.
- Уж не тот ли Андрей, с которым ты в прошлый раз приезжала на выходные? Он, что ли? – удивилась бабушка.
- Он самый… И мы намерены пожениться скоро… - вздохнула Ира.
- Так что ты печалишься тогда? – удивилась Зинаида Сергеевна.
- Так жить он просит у него в посёлке. Там дом большой, родители нам дают, работа есть и ему, и мне, и хозяйство, и родни много. Помогать обещают… Там дружная семья, ба…Но как я вас брошу? – Ира вытерла слёзинку, - не представляю…
Зинаида Сергеевна вмиг стала серьёзной и выпрямилась как струна.
- Вот что я тебе скажу. Выходи за него, если любишь, и не раздумывая поезжай! Раз там хорошая семья, труженики, и он хороший парень, чего тебе ещё думать? Собираешься тут за нами возить грязь до конца своих дней? Уезжай, внученька, хватит служить матери. А я тут с ней останусь. Больница у нас есть, рядом. Врачи у меня знакомые, приятели добрые.
Бабушка обняла Иру и погладила её по спине.
- Не век тебе около нас сидеть, пора и свою жизнь устраивать. Вот послушай. Начнёт мать тебя удерживать и уговаривать – не слушай её. Уезжай к мужу. Будете к нам в гости приезжать. Навещать, когда угодно, а жить надо отдельно.
- А как же ты, ба? Мне тебя очень жалко… - шептала Ира, - ты меня вырастила, а я уеду.
- Ну, не на край света. И я свободная, не стану больше работать, буду к тебе приезжать в гости. Будешь звать меня? Без приглашения я ни ногой. Нельзя даже к своим дверь ногой открывать, - строго, но с улыбкой говорила бабушка, - а о матери не печалься. Она ещё не одного мужа сменит, и ты ей не наслужишься, строй свою жизнь, береги свою семью.
Так Ирина уехала к жениху на родину в соседнюю область. Там и свадьбу сыграли. Галя действительно пытала удержать дочку. Даже рыдала, совестила Иру за неблагодарность, и падала на диван якобы от слабости сердца… Но бабушка Зина только улыбалась, и поддерживала внучку.
А провожая Ирочку, шепнула ей:
- Галка - мой крест. Буду с ней рядом. Что поделать. Моё воспитание – вот и собираю плоды… А тебе- счастья, родная…
Все устроились благополучно, и зря Ира волновалась за мать и бабушку. Галочка ещё сменила пару обожателей, а потом, выйдя на пенсию, стала жить одна. И хвалилась соседкам и приятельницам, как хорошо ей одной и никому не обязана, и свободна как птица…
Баба Зина стала чувствовать себя лучше, занялась своим здоровьем, стала ездить в дома отдыха раз в год, а у дочери была не часто, лишь по праздникам. Галочка ещё реже к ней приходила. И придя, никогда не выказывала желания помочь маме, лишь обедала у неё и нахваливала супы и пирожки мамы.
Ирина привыкла к новой семье, мужу и месту. Она полюбилась всей родне мужа, и те считали, что ему повезло. Ира родила двух сыновей, их семья жила дружно. Иногда навещали они мать и бабушку Ирины, чтобы показать подрастающих мальчишек, посмотреть друг на друга, обо всём поговорить.
В Ириной комнате на комоде стояла в рамочке одна фотография, где она была запечатлена ещё девочкой с мамой и бабушкой в их огороде.
Она часто смотрела на это фото и ей было тепло. Тогда, в детстве, всё казалось таким солнечным и простым. Но и теперь стало не хуже, а даже лучше. Светил вместо солнца её муж, согревал в печальные или трудные дни, и Ирина чувствовала себя счастливой, потому что никогда не знала отцовской любви и заботы. А муж дал её именно такую заботу наравне с супружеской любовью…
Друзья, спасибо за отклики, донаты и ПОДПИСКУ! Мне важна ваша поддержка!