Приблизительно три тысячи лет назад привычный мир Восточного Средиземноморья начал рассыпаться. Один за другим приходили в упадок города, исчезали царства, прекращалась торговля. Главными виновниками этих событий долго считали загадочные «народы моря», о которых писали древние египтяне. Им приписывали даже уничтожение целых империй. Однако новые открытия заставили усомниться в этой версии. Возможно, причины древнего кризиса были совсем иные.
Конец позднего бронзового века остается одной из самых загадочных страниц мировой истории. Речь идет о периоде между XIII и XII веками до нашей эры. Тогда Восточное Средиземноморье представляло собой развитый и тесно связанный мир.
На западе находились микенские царства. На востоке процветала Вавилония. Большую часть Анатолии, территории современной Турции, контролировала могущественная Хеттская империя. Между этими царствами действовали торговые маршруты, по которым перевозили золото, драгоценности, слоновую кость, вино и другие предметы роскоши.
Правители жили в богатых дворцах. Ремесленники создавали сложные изделия из металла и керамики. Мир выглядел устойчивым и благополучным.
Затем ситуация резко изменилась. Дворцы микенских царей исчезли. Хеттская империя распалась. Многие города на побережье Восточного Средиземноморья пришли в упадок или вовсе прекратили существование.
Историки назвали этот процесс крахом позднего бронзового века. Десятилетиями виновниками истории называли загадочные «народы моря» — группу воинов-скитальцев, которых египетский фараон Рамсес III изобразил на стенах своего заупокойного храма в Мединет-Абу. Египетские надписи гласят: «Ни одна земля не могла устоять перед их оружием». Именно эти захватчики, по мнению многих ученых, обрушили целые цивилизации.
Традиционная версия выглядит логично и даже кинематографично. Волны мигрантов с запада — вероятно, из Италии и с Сардинии — хлынули на восток. Они разрушали все на пути. Сначала пала Греция, затем — Хеттское царство, после — Угарит и другие портовые города. Египет стал последним рубежом. Рамсес III дал отпор захватчикам. Так наступили темные времена, из которых восточное Средиземноморье выбиралось столетиями.
Эту картину подкрепляли веские улики. В египетских текстах один из народов моря назывался «шардана». Созвучно с названием Сардинии — не правда ли? А другой народ, «пелесет», ученые отождествили с филистимлянами, которые примерно в то время захватили земли на юге современного Израиля. Анализ древней ДНК, проведенный в 2019 году, показал: у четырех младенцев, захороненных в Филистии три тысячи сто лет назад, обнаружили генетические маркеры, характерные для Южной Европы, включая Грецию и Сардинию. Исследователи заговорили о волне переселенцев из этих регионов.
Авторы некоторых научных работ утверждали: в конце бронзового века Средиземноморье настигла многолетняя мегазасуха. Она вызвала неурожаи, голод и социальные волнения. Люди покидали дома, искали пропитание и в конце концов обрушили свой гнев на соседей. Все сходилось — экологический кризис, массовая миграция, военный коллапс. Оставалось лишь выяснить детали.
Но чем пристальнее исследователи всматривались в доказательства, тем с большим подозрением они относились к этой гипотезе. Сегодня археология, генетика и новые методы изучения древнего климата позволяют взглянуть на события совершенно под другим углом.
Кто виноват?
Для начала стоит признать: египетские надписи не стоит воспринимать как истину в последней инстанции. Историки давно предупреждают, что древнеегипетские тексты нередко веют двусмысленностью. Ширли Бен Дор Эвиан из Хайфского университета заново изучила записи эпохи Рамсеса III и пришла к неожиданному выводу. Возможно, фараон писал вовсе не о врагах хеттов. Не исключено, что часть «народов моря» находилась у них на службе.
Позднее появился еще один повод для сомнений. Авторы исследования, опубликованного в 2022 году, утверждали, что термин, которым Рамсес обозначал предводителей этих групп, больше напоминает обозначение пиратских вожаков, чем командиров огромной армии. Поэтому описание грандиозного вторжения могло оказаться преувеличением.
Многие специалисты напомнили: опираться только на слова египетского правителя опасно. Это примерно то же самое, что пытаться восстановить историю нашего времени по выступлениям одного политика. Такая картина неизбежно окажется однобокой.
Не меньше вопросов вызывает и тема разрушенных городов. В перечне поселений, которые, по словам Рамсеса, пострадали от «народов моря», отсутствуют и Микены, и Угарит, и многие другие центры, гибель которых позже связали с «народами моря».
Археолог Йессе Миллек из Лейденского университета решил вернуться к старым материалам раскопок. Он изучил полевые дневники и отчеты археологов. Результаты оказались неожиданными. Во многих городах следы крупных пожаров того времени либо отсутствуют, либо выглядят крайне скромно. В Экроне, одном из городов филистимлян, нашли лишь одно сгоревшее складское помещение. Для масштабного разгрома этого явно недостаточно.
По мнению Миллека, привычная картина всеобщего опустошения сильно преувеличена. Возможно, никакой единой волны разрушений вообще не существовало.
Проблемы возникают и с датировками. Микенские дворцы исчезали не одновременно. Этот процесс занял от 15 до 20 лет. Если посмотреть на весь регион Восточного Средиземноморья, события растянулись примерно на полвека. Такое развитие плохо сочетается с образом внезапной катастрофы.
Важно и другое обстоятельство. Войны, набеги и разрушения сопровождали весь поздний бронзовый век. Недавно ученые обнаружили хеттскую клинописную табличку, где сообщается о бедствии, постигшем четыре города вместе со столицей Хаттусой. Документ появился примерно за 200 лет до предполагаемого коллапса. Получается, подобные кризисы происходили и раньше, однако государства продолжали существовать.
Не столь убедительно сегодня выглядит и климатическое объяснение. Ранее многие ученые говорили о многовековой засухе, которая якобы охватила Средиземноморье около 3200 лет назад и спровоцировала голод, волнения и падение государств.
Стурт Мэннинг из Корнеллского университета считает такую картину слишком упрощенной. Значительная часть выводов основана на изучении древней пыльцы. Этот метод не всегда позволяет точно определить изменения климата, поскольку между отдельными образцами могут проходить десятилетия.
Более точную информацию дали годичные кольца древних можжевельников, найденных возле Хаттусы. Исследование показало, что в Анатолии в конце бронзового века встречалось немало влажных лет. Да, между 1198 и 1196 годами до нашей эры регион пережил серьезную трехлетнюю засуху. Она совпала с падением Хеттского царства.
Однако одной только засухой объяснить гибель государства нельзя. За несколько десятилетий до этого внутри правящей династии начались конфликты. Империя вступила в трудный период ослабленной и разобщенной. Неурожай лишь усугубил уже существовавшие проблемы.
Все чаще исследователи предлагают посмотреть на события с другой стороны. Возможно, причиной кризиса стали не внешние враги, а внутренние процессы.
Гай Миддлтон из Ньюкаслского университета обращает внимание на судьбу сельских общин Греции. После падения микенских дворцов многие из них продолжали жить практически без изменений. Следов нашествия там не обнаружили.
Существует предположение, что дворцы разрушили сами жители. Причиной могло стать недовольство правящей верхушкой и ее требованиями. По мнению Уиттакер, многие люди вполне могли воспринять исчезновение дворцовой системы как освобождение.
Есть и еще более смелая гипотеза. Современный человек привык считать дворцы, письменность и сложную систему управления признаками прогресса. Поэтому исчезновение таких институтов воспринимается как трагедия. Однако жители бронзового века могли смотреть на ситуацию иначе.
Йессе Миллек допускает, что часть населения сознательно отказалась от прежнего образа жизни. Люди могли предпочесть более простое и равноправное общество без дворцовых элит и громоздкой администрации. Подобные настроения знакомы и современному человеку, когда многие мечтают оставить шумные города и жить спокойнее.
Новые данные генетиков тоже не подтверждают картину масштабного завоевания. Европейские генетические следы, обнаруженные в Филистии, могут говорить не только о переселении воинов, но и о торговле, смешанных браках или постепенной миграции.
Рейнхард Юнг из Австрийской академии наук напоминает, что на Сардинии не сохранилось текстов той эпохи, которые позволили бы связать местных жителей с шардана. Археология также не дает однозначных ответов. В южной Италии не существовало обычая помещать оружие в могилы, поэтому определить вооружение местных воинов крайне сложно.
При этом некоторые мечи из этого региона действительно напоминают оружие, изображенное на египетских рельефах. Кроме того, за последние десятилетия накопились многочисленные свидетельства активной торговли между южной Италией и Восточным Средиземноморьем. Керамика, найденная в Греции, оказалась итальянского происхождения. Исследование ДНК свиных костей из одного микенского дворца тоже указало на связь с Италией.
Все эти находки говорят о тесных контактах между регионами. Но они совсем не обязательно свидетельствуют о вторжении.
Поэтому главный вопрос остается открытым. Если «народы моря» не разрушили цивилизации, то что же произошло в конце бронзового века?
Сегодня многие ученые склоняются к тому, что единой причины не существовало. Микены могли столкнуться с внутренними конфликтами. Хеттское царство ослабили борьба за власть и неурожаи. Угарит пострадал от экономических проблем и сбоев в торговле.
Эти кризисы развивались в разное время и по разным причинам. Позднее их объединили в одну историю о нашествии загадочных морских воинов. Но вполне возможно, что никакой огромной армии завоевателей никогда не существовало.
Post Scriptum
Так кого же обвинять в гибели цивилизаций бронзового века? Ответ все больше склоняется к тому, что никого. Вернее, виновных ищут не там. Вместо грандиозной драмы с морскими разбойниками мы видим сложное переплетение политических ошибок, климатических капризов и социального напряжения. Люди покидали дворцы, потому что те перестали отвечать их нуждам. Племена перемещались, но не как единая армия зла, а как разрозненные группы беженцев и искателей лучшей доли. Засуха случалась, но не везде и не всегда.
Археологи все еще спорят о датах, находках и расшифровках. Каждое новое исследование добавляет деталей, а иногда и вовсе опрокидывает прежние представления. Но уже сейчас можно сказать уверенно: народы моря, скорее всего, не были теми всесокрушающими варварами, какими их изобразили египетские жрецы. Их «преступление» — разрушение великих царств — может оказаться историческим мифом, который мы сами же и создали. И, возможно, главный урок этой истории не в том, что цивилизации гибнут от нашествий. А в том, что они умирают изнутри, когда перестают слышать своих людей. И тогда даже самая грозная стена не спасет.
-----
Еще больше интересных постов в нашем Telegram.
Заходите на наш сайт, там мы публикуем новости и лонгриды на научные темы. Следите за новостями из мира науки и технологий на странице издания в Google Новости