В театре её боялись больше, чем вызова к худруку. Наталья Гундарева, которую за глаза называли «Красной королевой», могла одним словом вознести актёра до небес или растоптать его репутацию. Железная хватка, привычка править единолично и умение добиваться своего любой ценой — такова была прима Театра имени Маяковского. Но было в её жизни одно исключение. Один человек, ради которого тиран на сцене превращался в заботливую наседку. Александр Фатюшин — её Шуша, верный оруженосец и, как позже выяснится, «запасной аэродром».
Они дружили почти два десятилетия. Вместе выходили на сцену, играли супругов в кино и, казалось, были ближе, чем любовники. Но когда Шуша решил жениться на молодой актрисе Елене Мольченко, Гундарева едва не лишилась чувств. Почему верная подруга повела себя как ревнивая женщина и в чём она так и не смогла простить своего «оруженосца»?
Случайный билет в искусство
Гундарева родилась в 1948 году в Москве, в семье инженеров. Её детство прошло в таганской коммуналке, где личные границы заканчивались там, где начиналась соседская очередь в уборную. О карьере артистки Наташа не грезила: после школы она устроилась чертёжницей, готовясь к предсказуемому быту.
Решающим стал телефонный звонок знакомого, бросившего вызов: «Поступай в "Щуку", рискни». Она рискнула — и взяла штурмом конкурс, где на место претендовали 250 человек. В училище она поначалу держалась в тени. Но уже тогда проявилась её главная черта: пока сокурсники отдыхали, Гундарева наизусть разучивала чужие роли — на всякий случай.
В Театр Маяковского её приняли без восторгов. Три года микроролей, унизительного ожидания. Прорыв случился в «Банкроте», когда срочно потребовалась замена. Гундарева вышла на подмостки, зная текст от первой до последней реплики — включая слова всех партнёров. Этот триумф стал началом войны за лидерство, которую она выиграла у самой Татьяны Дорониной. За спиной примы вздыхали с уважением и страхом: «Настоящий мужик в юбке».
Неразгаданная дружба
Их творческий путь начался почти одновременно. Гундарева уже год блистала на подмостках «Маяковки», когда в 1973 году в труппу пришёл Александр Фатюшин. В 1974 году кинематограф соединил их на экране — они воплотили образы супругов в картине «Осень».
К тому моменту личная жизнь обоих уже бурлила. Гундарева только что вышла замуж за режиссёра Леонида Хейфеца, который ради неё оставил семью. Фатюшин переживал тайный роман с замужней актрисой Ириной Калиновской — отношения, полные страсти и скрытности, продлились около 15 лет.
Несмотря на занятые сердца, между ними зародилась невероятно крепкая, почти родственная дружба. Их близость не оставалась незамеченной, порождая многочисленные театральные сплетни. Гундарева опекала «Шурку» буквально по-матерински — следила, чтобы он вовремя ел, ложился спать и не простужался. В театре шептались: на гастролях Наталья нянчилась с Фатюшиным, как с ребёнком. Она дала ему прозвище Шуша — от Шурик и Саша. Тот с удовольствием подчинялся.
Говорят, даже мама актёра воспринимала Гундареву как будущую невестку. Все в театре знали, что Наталья и Александр не просто коллеги, но и давние друзья. «Это был не роман, это было больше, чем роман», — рассказывала спустя годы вдова Фатюшина.
Когда прима устала играть
Гундарева к тому времени стала настоящей примой. Но одна роль давалась ей особенно тяжело — «Леди Макбет Мценского уезда» с бывшим мужем Виктором Корешковым. Она потребовала замены. Увидев на просмотре молодого актёра Анатолия Лобоцкого, Наталья неожиданно указала на него: «А вот с этим мальчиком я ещё, пожалуй, сыграю».
Репетиции затягивались до ночи. Гундарева сама звонила Елене Мольченко — гражданской жене Лобоцкого — и сообщала, что они с Анатолием едут к известной актрисе отрабатывать сложные сцены. Мольченко терпела.
Треугольник тянулся: Лобоцкий наслаждался положением — жил с Еленой, встречался с Натальей. Как позже вспоминала Мольченко, он умудрялся играть одновременно на нескольких досках, причём каждая партнёрша была уверена, что в этой игре победит именно она.
Однажды Гундарева, увидев Мольченко в театре, сорвалась: «Ты ещё здесь? Как ты мне надоела!». Елене было больно. Терпеть любвеобильность Лобоцкого и шипение Гундаревой становилось невтерпёж.
Спаситель, которого не ждали
От этого наваждения Елену спас Александр Фатюшин. Он начал ухаживать, хотя знал, что она по-прежнему живёт с Лобоцким. Сделал предложение, ни разу не поцеловав. Мольченко сначала отказала: «Я не могу, я другого люблю». Но уже на следующий день она ему позвонила, и он сразу же забрал её к себе.
В театре Лобоцкий жаловался: «Фатюшин у меня жену увел». Хотя женаты они не были. Ему бурно сочувствовали.
Когда в «Маяковке» узнали о подаче заявления в ЗАГС, реакция Гундаревой оказалась неожиданной. По словам Мольченко, Наталья Георгиевна чуть сознание не потеряла, когда ей об этом сообщили. А Фатюшин недоумевал: «Что-то Наташа стала со мной странно разговаривать».
Но почему? Ведь у самой Гундаревой тогда был роман с высокопоставленным чиновником (Фатюшин же её и познакомил). Тот был женат, имел детей, дарил актрисе роскошные подарки, но семью бросать не собирался. Казалось бы, ну что ей до Мольченко? Но, как позже объясняла Елена, выйдя замуж за Фатюшина, она опять вступила на территорию Гундаревой. Саша был не просто близким другом, а «запасным аэродромом».
Странный тост и проклятие
На свадьбу Гундарева идти не хотела, но её долго уговаривали. Наконец она встала, и все замерли в ожидании, что Наталья Георгиевна, как всегда, художественно выступит. Но она произнесла короткую и странную фразу: «Надеюсь, что Саша нас не подведёт».
Позже Мольченко признавалась, что эта фраза стала для них роковой. Она не успела «спасти» Сашу от Елены, и это выводило её из себя. Наверное, она считала, что та, как нерадивая невестка, не так за ним смотрит, не так кормит.
После свадьбы Гундарева общалась с Фатюшиным только в театре, с Еленой теплых отношений так и не возникло. Они больше никогда не были близки.
Каждый выбрал своё счастье
Позже актриса сошлась с актёром Михаилом Филипповым. Он стал её третьим мужем. Филиппов ради Гундаревой ушёл от дочери председателя КГБ СССР Юрия Андропова, а после смерти Андропова сразу же женился на любимой. С Филипповым Наталья Гундарева вернулась к себе. Она перестала быть грустной. Они прожили в браке 19 лет, и только смерть смогла разлучить их.
Оба брака — Фатюшина с Мольченко и Филиппова с Гундаревой — оказались счастливыми. Супруги Фатюшины прожили 17 лет, вплоть до самой смерти актёра. Но семьи не дружили.
Уход
Ушли из жизни близкие друзья рано. Фатюшин — в 52 года, Гундарева — в 56. После смерти актёра поползли слухи: мол, если бы не пил и не нервничал, пожил бы дольше. Мольченко возмущалась: Фатюшин умер от осложнения после пневмонии, а не от пьянства. Его ежегодно клали в больницу с пневмонией, и каждый раз стоял вопрос: выживет или нет? Если бы не пил, не нервничал — это был бы не Саша. Он жил на полную катушку, иначе не мог.
Елене было сорок, когда она стала вдовой. Через три года она вышла замуж за актёра Игоря Воробьёва. Жизнь продолжается.
Вместо эпилога
История Гундаревой и Фатюшина — это не просто очередная светская драма о разводах и изменах. Это история о том, как можно любить человека, но не иметь права на него претендовать. Как можно быть самой сильной женщиной в театре, но оказаться бессильной перед выбором друга. И как можно простить почти всё, но не простить предательства, которого, возможно, и не было.
Гундарева не простила Фатюшина до конца своих дней. Не потому что он сделал что-то ужасное. А потому что он перестал быть только её Шушей. Потому что «запасной аэродром» вдруг оказался занят. Потому что она привыкла получать всё, что хотела. И не смогла смириться с тем, что на этот раз — не получилось.