«Вследствие игнорирования со стороны Сталина явной угрозы нападения фашистской Германии на Советский Союз, наши Вооруженные Силы не были своевременно приведены в боевую готовность, к моменту удара противника не были развернуты и им не ставилась задача быть готовыми отразить готовящийся удар противника, чтобы, как говорил Сталин, «не спровоцировать немцев на войну». (Г.К. Жуков, из проекта речи на Пленуме ЦК КПСС – не позднее 19 мая 1956 г.)
Оснований не верить начальнику Генерального штаба РККА в период с 14.01.1941 г. по 29.07.41 г. вроде бы быть не должно. Или все-таки есть?
Давайте разбираться.
1. Не были приведены в боевую готовность.
Еще при жизни Сталина в конце 40-х - начале 50-х годов Военно-научное управление (начальник генерал-полковник А.П. Покровский) Генерального штаба Вооруженных Сил СССР обобщало опыт сосредоточения и развертывания войск западных приграничных военных округов по плану прикрытия государственной границы 1941 года накануне Великой Отечественной войны.
С этой целью участникам указанных событий, занимавшим в начальный период различные должности в войсках военных округов, были заданы пять вопросов:
«1. Выл ли доведен до войск в части, их касающейся, план обороны государственной границы; когда и что было сделано командованием и штабами по обеспечению выполнения этого плана?
2. С какого времени и на основании какого распоряжения войска прикрытия начали выход на государственную границу и какое количество из них было развернуто до начала боевых действий?
3. Когда было получено распоряжение о приведении войск в боевую готовность в связи с ожидавшимся нападением фашистской Германии с утра 22 июня; какие и когда были отданы указания по выполнению этого распоряжения и что было сделано войсками?
4. Почему большая часть артиллерии находилась в учебных центрах?
5. Насколько штабы были подготовлены к управлению войсками и в какой степени это отразилось на ходе ведения операций первых дней войны?»
Вы не задумывались ДЛЯ ЧЕГО эти вопросы ВООБЩЕ были заданы генералам? Если бы все было ОЧЕВИДНО – зачем спрашивать?
Лично для меня ясно – ТАКАЯ формулировка вопросов однозначно свидетельствует о серьезных подозрениях, возникших у Сталина по поводу выполнения высшими военными чинами своих должностных обязанностей в условиях надвигавшейся войны.
В 1989 году на волне «разоблачений» «Военно-исторический журнал» с № 3 начал печатать ответы советских генералов на эти вопросы, поочередно посвящая одну статью в номере ответам на один поставленный вопрос. Правда, журнал опубликовал ответы на только на первые два вопроса и, как только очередь дошла до третьего – «Когда было получено распоряжение о приведении войск в боевую готовность?..», - публикация была прекращена. Без объяснения причины подобного шага.
Допустим, в ТЕ годы руководство СССР испугалось нарушить важнейшую политическую заповедь, которую еще в 1966 г. сформулировал и озвучил начальник Главпура СА А.А. Епишев. А заповедь та гласила:
«мы не можем допустить, чтобы в ОТКРЫТОЙ (выделено мною, автор) печати критиковали военачальников».
Но потом же у нас победили ДЕМОКРАТИЯ и гласность!
Так почему же эти документы ДО СИХ ПОР не преданы широкой огласке и их еще надо очень поискать, а в тех, что опубликованы, достаточно часто встречаются пропуски? ЧТО продолжаем СКРЫВАТЬ?
Может всему этому есть ПРОСТОЕ объяснение – не Сталин, а кто-то ДРУГОЙ или ДРУГИЕ виноваты в том, что война ТАК началась? И прежней, и нынешней власти НЕ ВЫГОДНО признавать этот факт?
Тем не менее, есть ПОЛНЫЕ ответы ОТДЕЛЬНЫХ генералов, опубликованные в различных сборниках документов. Ниже будет приведен один из таких ответов - доклад генерал-полковника В. С. Попова, бывшего командира 28-го стрелкового корпуса Западного Особого военного округа (Западного фронта), а пока рассмотрим ситуацию у «соседей», и начнем с севера – с Прибалтийского Особого Военного Округа.
Генерал-полковник танковых войск П. П. Полубояров (бывший начальник автобронетанковых войск ПрибОВО):
«16 июня в 23 часа командование 12-го механизированного корпуса получило директиву о приведении соединения в боевую готовность. Командиру корпуса генерал-майору Н. М. Шестопалову сообщили об этом в 23 часа 17 июня по его прибытии из 202-й моторизованной дивизии, где он проводил проверку мобилизационной готовности. 18 июня командир корпуса поднял соединения и части по боевой тревоге и приказал вывести их в запланированные районы. В течение 19 и 20 июня это было сделано.
16 июня распоряжением штаба округа приводился в боевую готовность и 3-й механизированный корпус (командир генерал-майор танковых войск А. В. Куркин), который в такие же сроки сосредоточился в указанном районе».
Генерал-лейтенант П.П. Собенников (бывший командующий 8-й армией, ПрибОВО):
«...Командующий войсками округа решил ехать в Таураге и привести там в боевую готовность 11-й стрелковый корпус генерал-майора М.С. Шумилова, а мне велел убыть на правый фланг армии. Начальника штаба армии генерал-майора ГА. Ларионова мы направили обратно в Елгаву. Он получил задачу вывести штаб на командный пункт.
К концу дня были отданы устные распоряжения о сосредоточении войск на границе. Утром 19 июня я лично проверил ход выполнения приказа. Части 10, 90 и 125-й стрелковых дивизий занимали траншеи и дерево-земляные огневые точки, хотя многие сооружения не были еще окончательно готовы. Части 12-го механизированного корпуса в ночь на 19 июня выводились в район Шяуляя, одновременно на командный пункт прибыл и штаб армии».
Генерал-майор И.И. Фадеев (бывший командир 10-й стрелковой дивизии 8-й армии, ПрибОВО):
«19 июня 1941 года было получено распоряжение от командира 10-го стрелкового корпуса генерал-майора И.Ф. Николаева о приведении дивизии в боевую готовность. Все части были немедленно выведены в район обороны, заняли ДЗОТы и огневые позиции артиллерии. С рассветом командиры полков, батальонов и рот на местности уточнили боевые задачи согласно ранее разработанному плану и довели их до командиров взводов и отделений.
В целях сокрытия проводимых на границе мероприятий производились обычные оборонные работы, а часть личного состава маскировалась внутри оборонительных сооружений, находясь в полной боевой готовности».
Таким образом, в ПрибОВО, которым командовал генерал-полковник Ф.И. Кузнецов, мероприятия прикрытия госграницы шли по плану и начали проводиться в жизнь за несколько дней до 22 июня.
При этом, как отмечает Андрей Кравченко в своей статье «Прибалтийский особый: первые часы войны»:
«По прибытии в округ Ф. И. Кузнецов проинспектировал вверенные ему войска, ситуация оказалась весьма плачевна: его предшественник практически ничего не сделал для повышения боеспособности округа. Вместо оборудования новой государственной границы и боевой подготовки войска занимались по большей части обустройством военных городков, хранилищ для техники и иными хозяйственными работами. Особенно плохо дело обстояло с возведением укрепленных районов по линии новой госграницы. По просьбе командующего округом из центральных районов СССР весной 1941 года прибыло большое количество строительных батальонов, так, только в полосе обороны 11-й армии было задействовано 30 «чужих» саперных и инженерно-саперных батальонов.»
А кто у нас предшественник Федора Исидоровича на посту командующего округом? Генерал-полковник А.Д. Локтионов. После снятия с поста командующего (18.12.1940 г.) находился в распоряжении НКО (немного странно, да? С одной стороны, как нас уверяют, в армии наблюдается страшный дефицит подготовленных командных кадров с высшим академическим образованием, а с другой - не знаем, чем занять целого генерал-полковника). Считается, что по болезни, из-за которой даже, якобы, не смог присутствовать на Совещании высшего руководящего состава РККА, проходившего в Москве с 23 по 31 декабря 1940 г. Хотя почему он должен был там присутствовать? Ведь с поста командующего ПрибОВО его УЖЕ сняли. Одна все становится на свои места, если я вам напомню, что 11 марта 1941 года СНК СССР утвердил секретное постановление № 501-213с «О незаконном вывозе генерал-полковником Локтионовым в Москву мебели и посуды из занимаемой им квартиры в г. Риге», обязав Локтионова вернуть всю увезённую им из Риги мебель обратно и оплатить стоимость её перевозок в оба конца. 19 июня 1941 года генерал-барахольщик был арестован, а 28 октября расстрелян. Посмертно реабилитирован в 1955 г.
Перемещаемся южнее – в Западный Особый Военный Округ, коим руководит генерал-полковник Павлов. Дмитрий Григорьевич очень ХОРОШО выступил на вышеупомянутом Совещании, говорил толково и по существу. Вот только говорить и делать – несколько разные вещи.
Показания генерала Попова, о том, как округ готовился к войне, будут приведены ниже, а пока отмечу пару деталей, характеризующих Павлова как начальника:
а) 19 июля в ЗапОВО поступает телефонограмма НГШ КА Жукова, которая предписывает:
«1. Выделить управление фронта и к 23 июня с/г перевести его на КП Обуз-Лесная, тщательно организовав управление войсками. Минске оставить подчиненное Вам управление округа во главе с Курдюмовым.»
Павлов этого не делает и продолжает руководить округом из Минска. В принципе, понять его можно – впереди выходной – воскресенье, 22 июня. Как хорошо его провести в большом городе, в комфортной, уютной обстановке. Вечером в субботу сходить в театр, на следующий день расслабиться под рюмочку, возможно, одновременно давая ЦУ остающемуся «на хозяйстве» своему заму по снабжению генерал-лейтенанту В.Н. Курдюмову. А в ночь на 23-е, так и быть, поехать в эту «дыру» Обуз-Лесная.
А тут фашисты все испортили…
б) согласно воспоминаниям А.Е. Голованова его удивило, что Д.Г. Павлов, при их первой личной встрече всего за пару недель до войны, «находился в приятном заблуждении» относительно ее начала в 1941 г. и в присутствии будущего Главного маршала авиации по телефону уверял Сталина, что «никакого сосредоточения войск на границе нет» и что он считают информацию такого рода «просто провокацией».
При этом сам Д.Г. Павлов уверен, что все делал правильно:
«Вопрос: Части округа были подготовлены к военным действиям?
Ответ: Части округа к военным действиям были подготовлены, за исключением вновь сформированных - 17, 20, 13, 11-го мехкорпусов.
Вопрос: Если основные части округа к военным действиям были подготовлены, распоряжение о выступлении вы получили вовремя, значит, глубокий прорыв немецких войск на советскую территорию можно отнести лишь на счет ваших преступных действий как командующего фронтом.
Ответ: Это обвинение я категорически отрицаю. Измены и предательства я не совершал…Прорыв на моем фронте произошел потому, что у меня не было новой материальной части, сколько имел, например, Киевский военный округ…
(Из протокола допроса Павлова Д.Г., бывшего командующего Западным фронтом от 7 июля 1941 г.)»
И раз уж Павлов ссылается на Киевский Особый Военный Округ, давайте и мы попробуем оценить разницу между ними в подготовке к войне.
Генерал армии М.А. Пуркаев (бывший начальник штаба КОВО):
«13 или 14 июня я внес предложение вывести стрелковые дивизии на рубеж Владимир-Волынского укрепрайона, не имеющего в оборонительных сооружениях вооружения. Военный совет округа принял эти соображения и дал соответствующие указания командующему 5-й армией.
Однако на следующее утро генерал-полковник М.Л. Кирпонос в присутствии члена военного совета обвинил меня в том, что я хочу спровоцировать войну. Тут же из кабинета я позвонил начальнику Генерального штаба и доложил принятое решение. Г. К. Жуков приказал выводить войска на рубеж Ура, соблюдая меры маскировки».
Замечу – Пуркаев прямо говорит о ПРИКАЗE Жукова на вывод войск в УРы, о котором сам маршал, вероятно, забыл. 15 лет спустя…
МНОГО ПОЗЖЕ Пуркаева будет опровергать Баграмян:
«Не прошло и суток после обсуждения на Военном совете новых мер по повышению боевой готовности войск, как поступила телеграмма из Москвы. Генеральный штаб запрашивал: на каком основании части укрепрайонов получили приказ занять предполье? Такие действия могут спровоцировать немцев на вооруженное столкновение. Предписывалось это распоряжение немедленно отменить.
Телеграмма огорчила командующего. Ведь это была его инициатива, а теперь он должен отменить ранее отданный приказ.» (Баграмян И.Х. «Так начиналась война.» М, Воениздат, 1971, стр. 77).
Ну а как иначе то? НАДО, надо поддерживать версию «Сталин боялся и не давал нам дышать полной грудью. Не будь его, мы бы супостату навтыкали…».
Правда версия Баграмяна косвенно бьет и по Жукову – Генштаб то он возглавлял, но Маршал Победы уже 14 лет как в отставке, опала полностью не снята, так что…
ДИРЕКТИВА НАЧАЛЬНИКА ГЕНШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ ВОЕННОМУ СОВЕТУ КОВО (В КОПИИ – ЗАМЕСТИТЕЛЮ НАРКОМА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СССР МАСЛЕННИКОВУ)
б/н 10 июня 1941 г. Совершенно секретно
«Начальник погранвойск НКВД УССР донес, что начальники укрепленных районов получили указание занять предполье.
Донесите для доклада наркому обороны, на каком основании части укрепленных районов КОВО получили приказ занять предполье. Такое действие может спровоцировать немцев на вооруженное столкновение и чревато всякими последствиями. Такое распоряжение немедленно отмените и доложите, кто конкретно дал такое самочинное распоряжение.
Жуков
ЦАМО РФ. Ф.48. Оп.3408. Д. 14. Л.425. Машинопись, заверенная копия.»
ТЕЛЕГРАММА НАЧАЛЬНИКА ГЕНШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ КОМАНДУЮЩЕМУ ВОЙСКАМИ КОВО
б/н 11 июня 1941 г. Совершенно секретно
«Народный комиссар обороны приказал:
1). Полосу предполья без особого на то приказания полевыми и уровскими частями не занимать. Охрану сооружений организовать службой часовых и патрулированием.
2). Отданные Вами распоряжения о занятии предполья уровскими частями немедленно отменить.
Исполнение проверить и донести к 16 июня 1941 г.
Жуков
ЦАМО РФ. Ф.48. Оп.3408. Д. 14. Лл.432. Машинопись, заверенная копия.»
Генерал-майор П.И. Абрамидзе (бывший командир 72-й горно-стрелковой дивизии 26-й армии КОВО):
«20 июня 1941 года я получил такую шифровку Генерального штаба: «Все подразделения и части Вашего соединения, расположенные на самой границе, отвести назад на несколько километров, то есть на рубеж подготовленных позиций. Ни на какие провокации со стороны немецких частей не отвечать, пока таковые не нарушат государственную границу. Все части дивизии должны быть приведены в боевую готовность. Исполнение донести к 24 часам 21 июня 1941 года».
Точно в указанный срок я по телеграфу доложил о выполнении приказа. При докладе присутствовал командующий 26-й армией генерал-лейтенант Ф.Я. Костенко, которому поручалась проверка исполнения».
Ну и как вам это? С одной стороны, с высоченных трибун непререкаемые авторитеты нам вещают – не было, запрещали, пятое, десятое. С другой стороны – СНИЗУ – признаются – было, получили указание действовать по утвержденным планам, заготовленные заранее конверты вскрыли в установленное время и начали действовать КАК ПРЕДПИСАНО.
В попытках впихнуть невпихуемое – натянуть сову на глобус – наши «официальные историки» доходят порой до смешного. Возьмем, к примеру, журнал «Военно-исторический архив», № 1 за 2005 год. И выпадем в осадок от комментариев редакции к походным дневникам генерала П.А. Белова:
«В ночь на 20 июня 1941 года штаб 9-й армии (штаб Одесского военного округа) по инициативе начальника штаба был выведен на полевой командный пункт, а войска и авиация приведены в полную боевую готовность».
Вы когда-нибудь слышали об «инициативах начальника штаба» БЕЗ ПРИКАЗА командира (командующего) о выдвижении штаба куда-либо ВНЕ места постоянной дислокации?
Представляю себе картину – приходит утром 21 июня командующий Одесским военным округом генерал-полковник Я.Т. Черевченко НА СЛУЖБУ – а службы то и нет! Штаб в поля ночью выехал. На пикник, не иначе. БЕЗ КОМАНДУЮЩЕГО.
2. Не были развернуты к моменту нападения.
Были. Но не все. И не там.
Доклад генерал-майора Зашибалова, бывшего командира 86-й стрелковой дивизии (ЗапОВО, автор) в Военно-научное управление Генерального штаба Советской армии об охране государственной границы и военных учениях в 1940 г. и мероприятиях по организации обороны после нападения нацистской Германии 22 июня 1941 г.
11 марта 1953 г.
«К первому мая 1941 года оборонительная полоса 86 стрелковой дивизии была оборудована и подготовлена к развертыванию в ней боевых порядков подразделений и частей для ведения активных оборонительных боевых действий.»
Дивизия обустраивала СВОЮ полосу обороны, под СВОИ огневые средства с 10 августа 1940 г. По мере завершения работ, начиная с ноября 1940 г.
«…стрелковые и артиллерийские полки, по разработанному штабом дивизии плану, проводили учения и знакомили стрелковые роты, батареи, стрелковые батальоны и артиллерийские дивизионы с районами обороны и огневыми позициями.».
Т.е. ОСВАИВАЛИСЬ на местности, где предстояло сражаться с врагом и где теперь «кажный камень – дружок, кажна балочка – сестрица».
И вдруг:
«во второй половине мая месяца лично с начальником штаба дивизии был вызван в штаб 10-й общевойсковой армии в гор. Белосток, где получил от начальника штаба армии генерал-майора Ляпина П. И. решение командующего войсками армии на постройку, организацию и оборудование новой оборонительной полосы для стрелковой дивизии…
Построенную и оборудованную полосу обороны 86 стрелковой Краснознаменной дивизии в конце 1940 года к 5 июня 1941 года сдать командиру 113 стрелковой дивизии генерал-майору Алавердову».
У меня вопрос – зачем надо было снимать одну стрелковую дивизию с уже освоенных и приспособленных под себя позиций и заменять ее другой стрелковой дивизией? В чем смысл? Не проще ли было как раз новичка – 113-ю сд отправить на новое место, которое они будут готовить под себя?
Замечу – это все происходит в округе, которым командует Павлов. И который уверен, что у него все отлично…
3. Им не ставилась задача быть готовыми отразить удар.
Этот пункт обвинений Жукова вообще смешон. Что это за вооруженные силы, которым СПЕЦИАЛЬНО надо ставить задачу БЫТЬ ГОТОВЫМИ к отражению нападения?
Но, тем не менее, давайте посмотрим ДОКУМЕНТЫ.
Соображения об основах стратегического развертывания Вооруженных Сил Советского Союза на Западе и на Востоке на 1940 и 1941 гг. от 18 сентября 1940г.
«Докладываю на Ваше рассмотрение соображения об основах стратегического развертывания Вооруженных Сил Советского Союза на Западе и на Востоке на 1940 и 1941 годы.
I. НАШИ ВЕРОЯТНЫЕ ПРОТИВНИКИ
Сложившаяся политическая обстановка в Европе создает вероятность вооруженного столкновения на наших западных границах.
…На наших западных границах наиболее вероятным противником будет Германия, что же касается Италии, то возможно ее участие в войне, а вернее, ее выступление на Балканах, создавая нам косвенную угрозу.
Вооруженное столкновение СССР с Германией может вовлечь в военный конфликт с нами Венгрию, а также с целью реванша - Финляндию и Румынию.
…Таким образом, Советскому Союзу необходимо быть готовым к борьбе на два фронта:
на западе против Германии, поддержанной Италией, Венгрией, Румынией и Финляндией, и на востоке – против Японии, как открытого противника или противника, занимающего позицию вооруженного нейтралитета, всегда могущего перейти в открытое столкновение.
II. ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ ВЕРОЯТНЫХ ПРОТИВНИКОВ
Основным, наиболее сильным противником является Германия.
Всего, с учетом указанных выше вероятных противников, против Советского Союза на Западе может быть развернуто:
Германией - 173 пех[отные] див[изии], 10000 танков, 13000 самолетов;
Финляндией - 15 пех[отных] див[изий], 400 самолетов;
Румынией – 30 [пехотных дивизий], 250 [танков], 1 100 [самолетов];
Венгрией - 15 [пехотных дивизий], 300 [танков], 600 [самолетов].
Всего - 253 пех[отные] див[изии], 10 550 танков, 15 100 самолетов.
… Для действий против СССР японское командование может выставить до 50 пехотных дивизий, из коих до 30 пехотных дивизий, 1200 танков и танкеток, 850 тяжелых орудий и 3000 самолетов (1500 сухопутных и 1500 морских) может быть сосредоточено к границам СССР в течение 25—30 дней.
V. ОСНОВЫ НАШЕГО СТРАТЕГИЧЕСКОГО РАЗВЕРТЫВАНИЯ НА ЗАПАДЕ
Главные силы Красной Армии на Западе, в зависимости от обстановки, могут быть развернуты или к югу от Брест-Литовска, с тем чтобы мощным ударом в направлениях Люблин и Краков и далее на Бреслау (Братислав) в первый же этап войны отрезать Германию от Балканских стран, лишить ее важнейших экономических баз и решительно воздействовать на Балканские страны в вопросах участия их в войне; или к северу от Брест-Литовска, с задачей нанести поражение главным силам германской армии в пределах Восточной Пруссии и овладеть последней.
Окончательное решение на развертывание будет зависеть от той политической обстановки, которая сложится к началу войны; в условиях же мирного времени считаю необходимым иметь разработанными оба варианта…
Первый вариант - развертывание к югу от Брест-Литовска.
Основами этого развертывания должны быть:
1. Активной обороной прочно прикрывать наши границы в период сосредоточения войск.
2. Во взаимодействии с левофланговой армией Западного фронта силами Юго-Западного фронта нанести решительное поражение Люблин-Сандомирской группировке противника и выйти на р. Висла. В дальнейшем нанести удар в общем направлении на Кельце, Краков и выйти на р. Тилица и верхнее течение р. Одер.
3. В процессе операции прочно прикрывать границы Северной Буковины и Бессарабии.
4. Активными действиями Северо-Западного и Западного фронтов сковать большую часть сил немцев к северу от Брест-Литовска и в Восточной Пруссии, прочно прикрывая при этом Минское и Псковское направления.
Удар наших сил в направлении Краков, Братислав, отрезая Германию от Балканских стран, приобретает исключительное политическое значение…
Непосредственно на Западе развернуть три фронта - Северо-Западный, Западный и Юго-Западный…
Северо-Западный Фронт - основные задачи:
1. Обороняя побережье Балтийского моря, совместно с Балтфлотом, не допустить высадки морских десантов противника.
2. Прочно прикрывать Минское и Рижско-Псковское направления и ни в коем случае не допустить вторжения немцев на нашу территорию.
… 4. По сосредоточении войск, ударом в общем направлении на Инстербург, Аленштейн, совместно с Западным фронтом сковать силы немцев в Восточной Пруссии.
… Западный Фронт - основная задача - прочно прикрывая Минское направление, по сосредоточении войск, одновременным ударом с Северо-Западным фронтом, в общем направлении на Аленштейн, сковать немецкие силы, сосредоточивающиеся в Восточной Пруссии. С переходом армий Юго-Западного фронта в наступление, ударом левофланговой армии в общем направлении на Ивангород, способствовать Юго-Западному фронту разбить Люблинскую группировку противника и, развивая в дальнейшем операцию на Радом, обеспечивать действия Юго-Западного фронта с севера.
… Юго-Западный Фронт - основная задача - прочно прикрывая границы Бессарабии и Северной Буковины, по сосредоточении войск, во взаимодействии с 4 армией Западного фронта, нанести решительное поражение Люблин-Сандомирской группировке противника и выйти на р. Висла. В дальнейшем нанести удар в направлениях на Кельце - Петроков и на Краков, овладеть районом Кельце - Петроков и выйти на р. Пилица и верхнее течение р. Одер.
… при настоящей пропускной способности железных дорог юго-запада сосредоточение главных сил армий фронта может быть закончено лишь на 30 день от начала мобилизации, только после чего и возможен будет переход в общее наступление для решения поставленных выше задач.
Прервемся ненадолго. Как видно из документа, план предусматривал ПРИКРЫТЬ мобилизацию наших войск, не допуская вторжения противника на территорию СССР, и только после отмобилизования - нанесение удара по вероятному противнику. Вопрос - кто бы дал нам эти необходимые 30 дней на "сосредоточение главных сил армий фронта" остается без ответа.
Второй вариант - развертывание к северу от Брест-Литовска.
Основами этого развертывания должны быть:
1. Прочное прикрытие направлений на Минск и Псков в период сосредоточения войск.
2. Нанесение решительного поражения главным силам германской армии, сосредоточивающимся в Восточной Пруссии, и захват последней.
3. Вспомогательным ударом от Львова не только прочно прикрыть Западную Украину, Северную Буковину и Бессарабию, но и нанести поражение группировке противника в районе Люблин, Грубешов, Томашев.
Разгром немцев в Восточной Пруссии и захват последней имеют исключительное экономическое и прежде всего политическое значение для Германии, которое неизбежно скажется на всем дальнейшем ходе борьбы с Германией.
При решении этой задачи необходимо учитывать:
1. Сильное сопротивление, с вводом значительных сил, которое во всех случаях безусловно будет оказано Германией в борьбе за Восточную Пруссию.
2. Сложные природные условия Восточной Пруссии, крайне затрудняющие ведение наступательных операций.
3. Исключительную подготовленность этого театра для обороны и особенно в инженерном и дорожном отношениях.
Как вывод - возникают опасения, что борьба на этом фронте может привести к затяжным боям, свяжет наши главные силы и не даст нужного и быстрого эффекта, что в свою очередь сделает неизбежным и ускорит вступление Балканских стран в войну против нас.
… Северо-Западный фронт - основная задача - по сосредоточении войск, атаковать противника с конечной целью, совместно с Западным фронтом нанести поражение его группировке в Восточной Пруссии и овладеть последней.
… Западный фронт - основная задача - ударом севернее р. Буг, в общем направлении на Аленштейн, совместно с армиями Северо-Западного фронта, нанести решительное поражение германским армиям, сосредоточивающимся на территории Восточной Пруссии, овладеть последней и выйти на нижнее течение р. Висла.
Одновременно, ударом левофланговой армии, в общем направлении на Ивангород, совместно с армиями Юго-Западного фронта, нанести поражение Ивангородско-Люблинской группировке противника и также выйти на р. Висла.
… сосредоточение армий закончится на 20 день от начала мобилизации, дивизии резерва фронта и Главного Командования сосредоточатся в первые дни операции.
В течение 20 дней сосредоточения войск и до перехода их в наступление армии - активной обороной, опираясь на укрепленные районы, обязаны прочно закрыть наши границы и не допустить вторжения немцев на нашу территорию.
(......)
НАРОДНЫЙ КОМИССАР ОБОРОНЫ СССР
МАРШАЛ СОВЕТСКОГО СОЮЗА [С. ТИМОШЕНКО]
НАЧАЛЬНИК ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА К.А.
ГЕНЕРАЛ АРМИИ [К. МЕРЕЦКОВ]»
Итак, что мы имеем?
В случае объявления мобилизации, войска западных округов должны (в зависимости от выбранного нами варианта) в течение 20-30 дней обеспечить обороной границ СССР проведение этой самой мобилизации, после чего перейти в решительное наступление и разбить врага на его территории.
На сегодня это единственный известный официальный документ подобного характера, который был подписан и утвержден Сталиным.
Судить о характере этого плана - оборонительный он или наступательный - в настоящий момент не представляется возможным, т.к. этот характер целиком и полностью зависит от оснований объявления мобилизации. Если мобилизация объявляется в ОТВЕТ на агрессивные действия Германии - план сугубо оборонительный, если наоборот - наступательный.
А вот знаменитые Соображения от 15 мая 1941 г, по которым план становился ОЧЕВИДНО НАСТУПАТЕЛЬНЫМ, Сталиным утверждены не были, о чем Жуков впоследствии ОЧЕНЬ СОЖАЛЕЛ:
«Идея предупредить нападение Германии появилась у нас с Тимошенко в связи с речью Сталина 5 мая 1941 г. перед выпускниками военных академий, в которой он говорил о возможности действовать наступательным образом. Это выступление в обстановке, когда враг сосредотачивал силы у наших границ, убедило нас в необходимости разработать директиву, предусматривавшую предупредительный удар.
Конкретная задача была поставлена А.М. Василевскому.»
Странно, но Александр Михайлович, когда писал «Дело всей жизни», НИ СЛОВОМ об этом поручении не обмолвился.
«15 мая он доложил проект директивы наркому и мне. Однако мы этот документ не подписали, решили предварительно доложить его Сталину.»
И вновь странность – Тимошенко с Жуковым пошли к Сталину с ЧЕРНОВИКОМ, где НАКОРЯБАНО И ПЕРЕЧЕКНУТО так, что глаза поломаешь, читая??? И Василевский тоже ДОКЛАДЫВАЛ проект директивы НАЧАЛЬСТВУ по бумажке из серии – здесь читаем, здесь не читаем, здесь рыбу заворачивали?
«Но он прямо-таки закипел, услышав о предупредительном ударе по немецким войскам. «Вы что, с ума сошли, немцев хотите спровоцировать?» - раздраженно бросил Сталин. Мы сослались на складывающуюся у границ СССР обстановку, на идеи, содержащиеся в его выступлении 5 мая... «Так я сказал это, чтобы подбодрить присутствующих, чтобы они думали о победе, а не о непобедимости немецкой армии, о чем трубят газеты всею мира», - прорычал Сталин. Так была похоронена наша идея о предупредительном ударе...». (Из интервью Г.К. Жукова военному историку В.А. Анфилову, май-июнь 1965 г.)
И хотя «предупредительный удар» Сталин, по версии Жукова, отверг, тем не менее, УТВЕРЖДЕННЫЙ ДОКУМЕНТ, по которому наши войска должны были действовать в случае войны, СУЩЕСТВОВАЛ!
И войска разрабатывали СВОИ планы на основе именно этого ПЛАНА, утвержденного высшим военным и политическим руководством страны.
А вот как это было в реальности организовано на местах - об этом мы и поговорим дальше.
Продолжение следует…