Марина узнала об измене мужа в среду, в половину одиннадцатого утра, когда стояла в очереди к кассе с пакетом молока и хлебом.
Телефон Сергея остался на кухонном столе. Он вибрировал три раза подряд — Марина подняла, собираясь отнести. И увидела имя на экране. Не имя — просто «Катя». Но следом выскочило сообщение в предпросмотре: «Сереж, ты сказал, что поговоришь с ней. Я жду уже два года.»
Марина поставила телефон обратно. Взяла свою сумку. Вышла из квартиры.
Молоко и хлеб она так и оставила на прилавке.
Лида, узнав, сразу сказала:
— Я тебе говорила. Ещё год назад говорила — что-то не то.
— Ты говорила, — согласилась Марина.
— И что теперь?
Марина пожала плечами. Она и сама не знала. Пока что она просто сидела у подруги на кухне и пила чай, который давно остыл.
Сергей звонил четыре раза. Она не брала.
— Объяснения слушать будешь? — спросила Лида.
— Нет.
— Правильно. Там нечего слушать.
Они помолчали. За окном шёл дождь — мелкий, ленивый, как будто тоже не мог решить, надо ли стараться.
— Лид, а ты знаешь... мне три месяца назад звонил незнакомый номер. Женский голос. Говорит — сходите к врачу, вы плохо выглядите. Я тогда решила — ошиблась номером или чудачка какая. И не пошла.
— А потом?
— Потом перезвонила ещё раз. Через неделю. Снова то же самое. Я разозлилась, сказала — не ваше дело. А она — «простите, но я вас видела в «Магните», вам очень плохо было. Пожалуйста, проверьтесь».
Лида смотрела на неё.
— Я всё-таки пошла, — сказала Марина. — Нашли кое-что. Вовремя.
— Это хорошо, что вовремя.
— Хорошо. — Марина помолчала. — А потом Сергей как-то обмолвился про одну знакомую. Катя, говорит, работает там-то. И голос у него стал другой. Вот тогда я и начала думать. А сегодня — всё сошлось.
Лида молчала.
— Понимаешь, Лид. Если бы она не позвонила... — Марина не договорила.
И не нужно было.
Сергей пришёл вечером. Марина открыла дверь — она уже знала, что скажет, и удивилась, как легко это оказалось.
— Марина, послушай...
— Не надо.
— Я хочу объяснить.
— Сергей. — Она посмотрела на него спокойно. — Ты был им полгода назад. И два года назад тоже. Объяснять нечего. Подавай на развод или я подам.
— Ты сейчас на эмоциях.
— Нет, — сказала она. — Я сейчас очень спокойна.
Он стоял в дверях и, кажется, не понимал, что дальше делать. Раньше она всегда давала ему время — разобраться, успокоиться, объяснить. Раньше она ждала.
Но сейчас Марина просто придержала дверь.
— Иди, Серёжа.
Развод оформили через два месяца. Без скандала, без дележа — квартира была её, вещи его.
Однажды Марина нашла тот номер в телефоне. Незнакомый. Не решилась сразу, потом всё-таки написала: «Это Марина. Я думаю, мы знакомы через одного человека. Спасибо вам. Серьёзно.»
Ответ пришёл через день.
«Я не знала, что делать. Мне очень жаль. Всё жаль.»
Марина подумала немного. Написала: «Всё хорошо. Правда.»
И убрала телефон в карман.
За окном уже была весна — нормальная, с солнцем и грязным снегом по краям тротуара. Марина шла на очередной приём к врачу, и врач уже третий раз говорил, что всё идёт как надо.