«Киров» появился у берегов Норвегии в 1980 году. Натовские самолёты облетели его несколько раз и передали в штабы одно слово: большой. Потом добавили: очень большой.
Советский тяжёлый атомный ракетный крейсер «Киров» — корабль который в западной классификации не имел аналогов. Не авианосец — авиации нет. Не линкор — орудий главного калибра нет. Не эсминец — слишком велик. Натовцы создали отдельную категорию: battlecruiser. Линейный крейсер. Термин из Первой мировой — для советского корабля 1980 года.
Что он представлял собой
«Киров» — головной корабль проекта 1144 «Орлан». Водоизмещение — около 28 000 тонн в полном грузу. Длина — 252 метра. Ядерная силовая установка — два ядерных реактора КН-3 плюс два резервных паровых котла. Скорость — 32 узла.
Вооружение: 20 пусковых установок противокорабельных ракет П-700 «Гранит» — каждая ракета весит около 7 тонн и летит на 550 километров со скоростью 2,5 Маха. 12 вертикальных пусковых установок зенитных ракет С-300Ф — морская версия того же комплекса что стоит на земле. Ещё несколько зенитных систем ближнего боя. Торпеды. Вертолёты.
Американский авианосец класса «Нимиц» в 1980 году стоил около 2–3 миллиардов долларов. «Киров» — примерно 1,5–2 миллиарда по западным оценкам. Почти столько же. Но авианосец нёс 80+ самолётов. «Киров» — ни одного.
Зачем такой корабль?
Логика советского командования
Советские адмиралы объясняли концепцию «Кирова» так: американские авианосцы — главная угроза. Одна авианосная группа может уничтожить любой советский надводный корабль. Значит — нужна машина которая может уничтожить авианосную группу до того как авиация с авианосца доберётся до неё.
Двадцать «Гранитов» — это двадцать ракет которые летят одновременно к цели, обмениваются данными в полёте, сами выбирают приоритетную цель и распределяют между собой кто за кем идёт. Одна ракета несёт боеголовку 750 кг обычной или ядерную. Двадцать ракет одновременно — это проблема для любой корабельной ПВО.
«Киров» не должен был сопровождать флот — он сам был флотом. Автономная боевая единица способная действовать независимо в любом океане неограниченно долго благодаря ядерной установке.
Американские аналитики признавали: против «Кирова» с полным боекомплектом у авианосной группы нет лёгкого решения. Нужно либо держаться за пределами дальности «Гранитов» — а это 550 километров — либо атаковать первым и массированно.
Что стоило как авианосец — и не было им
Разница между «Кировым» и авианосцем — принципиальная и стоила много споров среди западных военных аналитиков.
Авианосец — это платформа для самолётов. Самолёты делают всё: атакуют, разведывают, прикрывают флот, уничтожают подводные лодки. Сам авианосец почти безоружен — его защищают корабли охранения и свои же самолёты.
«Киров» — это платформа для ракет. Ракеты делают одно: уничтожают конкретные цели на большой дальности. Других задач у него немного.
Американский адмирал Стансфилд Тёрнер написал в закрытом аналитическом документе 1981 года — он был рассекречен позже: советский «Киров» демонстрирует принципиально иную военно-морскую философию. Американский флот строится вокруг универсальности авианосца. Советский — вокруг специализированной угрозы. Оба подхода рациональны в рамках своей стратегии.
Это была точная оценка. «Киров» был не хуже авианосца. Он просто был другим ответом на другой вопрос.
Как выглядел «Киров» изнутри
700 человек экипажа на корабле длиной 252 метра — это большое хозяйство. Несколько столовых, медицинский блок, мастерские, офицерские каюты, кубрики для личного состава.
Ядерная установка размещалась в центральной части корпуса в специально защищённом отсеке. Персонал который с ней работал — операторы ядерной энергетической установки — имел специальную подготовку схожую с подводниками. Не каждый технический специалист флота мог работать с корабельными реакторами.
Вахты в машинном отделении — 4 часа. В реакторном отсеке — по специальному регламенту с дозиметрическим контролем. Нормы облучения персонала — строгие, проверялись регулярно.
Боевой пост ракетного дивизиона — отдельная работа. Двадцать «Гранитов» в постоянной готовности к пуску. Каждая ракета — сложная система с собственным бортовым компьютером. Регламенты обслуживания — строгие и регулярные.
Офицер который проходил службу на «Кирове» в середине 1980-х рассказывал: корабль производил ощущение силы которую трудно описать. Когда идёшь по нему — понимаешь что это не просто корабль, это оружие. Весь он — оружие от носа до кормы.
Что думали союзники
«Киров» за рубежом произвёл впечатление. Британская разведка составила подробный анализ по фотографиям с воздуха и данным радиоперехватов. Вывод: советский ВМФ создал корабль способный действовать автономно против авианосной группы. Это принципиально новая угроза.
Китай в 1980-е следил за «Кировым» с особым интересом — не как потенциальный враг, а как потенциальный покупатель будущих технологий. Когда в 1990-е Россия начала продавать военные технологии — китайская сторона интересовалась в том числе концепцией тяжёлого крейсера.
Результатом отчасти стал китайский проект тяжёлых крейсеров Type 055 — самые крупные крейсеры в мире на сегодняшний день. Прямой преемственности с «Кировым» нет, но направление мысли — схожее: мощный надводный корабль без авианесущей функции как самостоятельная ударная единица.
При всей мощи «Кирова» в реальной эксплуатации возникали проблемы о которых советская военная пресса не писала.
Ядерная силовая установка давала неограниченную дальность хода — но требовала специализированного обслуживания которое не всегда было доступно. Плановые работы на реакторах выполнялись на базе — в море ряд операций был невозможен.
Ракеты «Гранит» требовали сложного обслуживания. Двадцать ракет в постоянной готовности — это постоянный технический персонал, регламенты, проверки. На учениях это работало. В длительном автономном плавании — создавало напряжение.
Экипаж — более 700 человек. Это сложная логистика. Большой экипаж требует много всего — и даже при ядерной установке запасы провианта, воды, расходников конечны.
Технический офицер Северного флота рассказывал уже в 2000-е: «Киров» производил впечатление. Но знавшие его изнутри говорили что это была очень сложная машина которая требовала постоянного внимания. Любая пауза в обслуживании давала о себе знать.
Что с ним стало
«Киров» прослужил с 1980 по 1990 год — формально. Реально в ходе 1980-х он неоднократно вставал на ремонт, в том числе из-за проблем с реакторами. В 1990 году выведен в резерв. До сих пор стоит у причала в Северодвинске — ни действующий, ни списанный. Средства на ремонт выделяются и не выделяются, решение принимается и откладывается.
Три его систершипа — «Фрунзе», «Калинин» (переименованный в «Адмирал Нахимов») и «Адмирал Ушаков» — в разных стадиях той же неопределённости.
На мой взгляд история «Кирова» — это честная история о том что создать исключительный корабль и содержать его в боеспособном состоянии — разные задачи разной стоимости. Советский ВМФ умел делать первое. Со вторым — сложнее.
Знал кого-то кто служил на крейсерах проекта 1144 — «Кирове», «Фрунзе», «Калинине»? Что рассказывали о службе на таком корабле?