Под вчерашним текстом про ассиметрию в терапевтических отношениях на другой платформе появилась пачка комментариев о том, что на самом деле всё написанное — враньё, потому что психологи только и делают, что притворяются в том, что любят клиентов. Ради денег притворяются. И ради нескончаемого потока клиентов.
Маркетологи некоторые вот тоже регулярно обещают нескончаемый поток.
А я вот смотрю на список тех, с кем я сейчас работаю. Двое пришли больше пяти лет назад. Ещё трое — почти четыре года назад. Один — три года назад. Ещё пятеро — два года назад. Пятеро со мной уже полтора года. Трое пришли минувшей осенью и четверо — зимой. С двумя мы относительно недавно завершились, пройдя вместе два и три года.
Бывает, конечно, и так, что по каким-то причинам мы расстаёмся с клиентами спустя десять-пятнадцать встреч, так и не совпав, к примеру, по времени, закрыв ситуативный запрос и не найдя необходимости продолжать дальше. Или не начинаем совместную работу, потому что человек, очевидно, ищет не то, что я могу ему дать.
Каждое расставание мне нужно переварить. Отгрустить. Подвести итоги, помимо тех, что были подведены совместно. Завершения никогда не являются чем-то простым и лёгким. Это же связь. Ещё сложнее с обрывами, которые случаются порой, когда у клиента резко меняются жизненные обстоятельства, из-за которых приходится прерваться, но нет возможности как-то встретиться и обсудить, потому что не успели мы дойти до такой степени смелости и открытости. Или из-за невозможности пройти какой-то этап. В таких случаях я месяцами потом вспоминаю о клиенте, возвращаясь периодически к кейсу в супервизиях. Хорошо, что сталкиваться с таким приходится редко. Раз в год примерно. Незавершённое помнится дольше. А чем дольше длились отношения, тем больше времени необходимо на хорошее завершение. Невозможно за одну сессию подвести итоги нескольких лет. Невозможно и позлиться, и погрустить, и успеть сказать всё важное.
Появление новых людей — тоже история непростая. Невозможно для меня сейчас взять в один день сразу двоих или троих новых в работу. Потому что для каждого должно найтись место не только в расписании, но и в моём внутреннем пространстве. Нужно время, чтобы найти это место, разместить там образ человека. Это не происходит мгновенно. Это требует времени на мысли о человеке, на воспоминания о нем, на то, чтобы прожить мою впечатлённость от случившейся встречи. Это занимает обычно даже не дни, а недели.
С группами легче. Там есть какая-то предсказуемость. Люди собираются заранее, завершение начинается задолго до финальной встречи. Но тоже непросто.
Я не знаю, каково это — работать с потоком. И не хочу знать. Я могу взять клиента на одну сессию или на две-три. Собрать из острого состояния, рассмотреть внимательно одну небольшую актуальную ситуации из жизни. Могу взять на десять встреч, чтобы поддержать в актуальном кризисе или остром горе. Но если честно, такого почти не бывает. И даже такие случаи для меня не становятся краткосрочными кейсами. Для меня это всегда истории, которые не случились. Очень редкие истории. За год таких случается две или три.
Я не отрицаю необходимости в краткосрочной помощи, в экстренной. Но я так не работаю. А если работаю, то для меня это всегда часть большой истории. Случившейся или нет.
Что же про чувства? Я не знаю, как возможно работать и не любить при этом клиента. Но это точно особый вид любви, какого не бывает в обычной жизни. Я не знаю, как можно говорить другому о тех или иных своих чувствах, если этих чувств нет. Ну, то есть как технически сказать, я знаю, но ведь если за словами нет переживания, слова ощущаются фальшивыми. Сопереживание моё не зависит от денег, которые мне платят . Как и невероятная сложность с тем, чтобы найти внутри себя сопереживание, тоже не зависит. От денег зависит существование той рамки, в которой возможен этот особый вид связи между мной и другим. Не будь это моей работой, мы бы не встретились. Это правда.
Я в терапии у нынешнего терапевта шесть лет.
Иногда я её ненавижу, часто я на неё злюсь, регулярно мы друг друга не понимаем, порой я вижу, что она рядом со мной боится, злится, бывает так, что на протяжении двух-трёх встреч подряд я никак не могу получить того, в чём нуждаюсь, а иногда и понять не могу, в чём. Уходить в обозримом будущем я не планирую. Наша связь не рвётся от того, что бывает ни разу не просто. Она как раз на этом и строится — на способности оставаться, даже когда хочется сбежать.
Терапия для меня начинается с установления связи. Как в фильме «Аввтар», наверное. Не на уровне слов, на уровне каких‑то тончайших нитей, что тянутся друг к другу и наконец сплетаются. И в этой связи рождается не «я тебя сейчас спасу», а «я тебя вижу». «Я вижу тебя здесь. Ты имеешь значение. Твой опыт имеет значение».
Как-то так.
И да, у меня есть два свободных места сейчас.
mar4iks@yandex.ru;
МАХ/WhatsApp: +79527963828;
Telegram: +79217102857;
