Февраль 1943 года. Малая земля. Крошечный плацдарм под Новороссийском, который морпехи удерживали уже который день. Немецкая авиация не давала поднять головы. Бомбы ложились всё ближе к позициям. Казалось, что корректировщики видят каждый метр.
И тут один из матросов вдруг поднялся. Он понял то, о чём остальные не подумали: кто-то же наводит эти самолёты. Сидит где-то рядом, в окопе, с оптикой и рацией. И пока он там — бомбёжка не кончится.
Матрос прыгнул в траншею и пошёл вперёд. Один. Без патронов.
Двое в окопе
Через несколько минут он наткнулся на них. Два немецких корректировщика. Оборудование, карты, связь. Они даже не ожидали, что кто-то сунется сюда во время налёта.
Патронов у морпеха не осталось. В сапоге торчал нож, но в горячке он про него даже не вспомнил. Да нож ему и не понадобился.
Ещё до войны Владимир Кайда был известен своей нечеловеческой силой. На спор мог завалить кулаком молодого бычка. Один удар — и животное падало.
Первого фрица он ударил прямо в каску. Тот отключился мгновенно, рухнул на дно окопа. Второй попытался вскинуть автомат — не успел. Удар в челюсть. Хруст костей. Тишина.
Чисто. Без единого выстрела.
Собрав документы и сорвав награды, Кайда остался ждать своих. А немецкие бомбардировщики, потеряв целеуказание, развернулись и ушли.
Сигнальный пистолет
При высадке на Малую землю десантников прижали к земле пулемётом из ДЗОТа. Ни подняться, ни продвинуться. Гранат нет.
Кайда выхватил сигнальный пистолет. Прицелился в амбразуру. Выстрелил. Горящая ракета влетела внутрь укрепления. Там началась паника. А наши рванули вперёд. Огневую точку уничтожили.
Бескозырка
Ещё в 1942-м, до десанта, Кайда служил мотористом на катере. Налёт. Осколок пробил маслопровод. Течь надо было закрывать немедленно.
Он сорвал бескозырку. Заткнул дыру. Прижал голой рукой. Держал, пока катер не дошёл до порта. Ладонь обожгло так, что кожа слазила потом неделями. Но экипаж и судно уцелели.
Где только не был
В 1944-м — Балтика. Перегонял транспорты по ленд-лизу. Корабль торпедировали. Вода ледяная. Тонул. Его зацепили багром с английского корабля. Вытащили. Откачали.
За войну — тринадцать ранений. После каждого возвращался.
Две Красных Звезды. Орден Отечественной войны. После Победы ещё два года служил на тральщике, чистил Балтику от мин.
В 1970-м переехал в Новороссийск. Работал с молодёжью. Умер в 1984-м. Ему было 63.
Кстати, два памятника в Новороссийске — Неизвестному матросу и защитникам Малой земли — лепили с него. С Владимира Кайды. Человека, который валил бычков кулаком, а фашистов — тем более.
Что, по-вашему, самое невероятное в этом человеке?