Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Жизнь советского человека

Как изобретательность спасла группу студентов-геодезистов от провала. Что придумали они на практике?

Для тех, кто думает, что геодезия – это только цифры и строгие отчёты, значит, вы не проходили полевую практику в советском вузе. Там, в бескрайних полях, среди мошкары и палаток, рождались легенды. Одна из них – про ночное дерево, которое спасло целую группу от пересдачи. Дело было в конце августа. Группа из пяти человек уже вторую неделю жила в палатках у небольшой деревушки. Дни напролёт они проводили с теодолитами, рейками, отмеряя километры ходьбы по пересечённой местности. Основная съёмка была сделана, оставалась самая кропотливая часть – «отрисовка»: перенести сотни пикетов на лист ватмана, вычертить рельеф и подписать горизонтали. Эта работа требовала железного терпения и твёрдой руки, а времени почти не оставалось. Сроки поджимали неумолимо. Преподаватель, суровый полевик с хроническим недоверием к студенческой аккуратности, назначил сдачу на утро. Предпоследняя ночь выдалась бессонной. При тусклом свете керосиновой лампы ребята корпели над планшетом; глаза у всех слипались, р

Для тех, кто думает, что геодезия – это только цифры и строгие отчёты, значит, вы не проходили полевую практику в советском вузе. Там, в бескрайних полях, среди мошкары и палаток, рождались легенды. Одна из них – про ночное дерево, которое спасло целую группу от пересдачи.

Дело было в конце августа. Группа из пяти человек уже вторую неделю жила в палатках у небольшой деревушки. Дни напролёт они проводили с теодолитами, рейками, отмеряя километры ходьбы по пересечённой местности. Основная съёмка была сделана, оставалась самая кропотливая часть – «отрисовка»: перенести сотни пикетов на лист ватмана, вычертить рельеф и подписать горизонтали. Эта работа требовала железного терпения и твёрдой руки, а времени почти не оставалось.

Геодезисты идут в маршрут
Геодезисты идут в маршрут

Сроки поджимали неумолимо. Преподаватель, суровый полевик с хроническим недоверием к студенческой аккуратности, назначил сдачу на утро. Предпоследняя ночь выдалась бессонной. При тусклом свете керосиновой лампы ребята корпели над планшетом; глаза у всех слипались, руки дрожали от усталости и бесконечного крепкого чая. И тут случилось непоправимое. Один из студентов, самый ответственный в группе, работал с тушью и тонким рейсфедером. Он на секунду задремал прямо за столом, рука дрогнула – и чёрная жирная капля шлёпнулась в центр планшета, туда, где должен был быть ровный луг у небольшого оврага.

В палатке повисла тяжёлая тишина, а следом грянул взрыв отчаяния. Все поняли, что теперь им грозит пересдача. Первым делом кто-то попытался снять кляксу лезвием – стандартный приём чертёжников. Однако бумага поседела, но тушь въелась глубоко, и осталось только белое матовое пятно, которое невозможно было ни закрасить (цвет бы не совпал), ни зачистить (иначе получилась бы дыра). Перерисовывать заново лист А1 – а это почти полквадратного метра! – означало просидеть всю оставшуюся ночь без сна. К тому же тушь в сырой палатке легла бы неровно, и итоговое качество работы стало бы совсем не тем, чего требовал преподаватель.

Отчаяние дошло до предела. Это был настоящий провал всей работы! Кто-то предлагал приклеить сверху кусочек ватмана, кто-то – схитрить с белилами, но их в полевом хозяйстве не оказалось. И тогда самый спокойный парень в группе, которого за глаза звали «Топограф», внимательно посмотрел на планшет и задал неожиданный вопрос: что же именно они здесь нарисовали? Ему ответили хором, что это луг, и самый обыкновенный, ровный. На что он возразил, указав, что клякса имеет круглую форму с рваными краями – идеальная крона дерева.

Достаточно дорисовать ствол – и получится ива, которая часто растёт у оврагов. В палатке снова стало тихо: идея была безумной, но до гениальности простой. За полчаса они аккуратно дорисовали ствол и ветки, подписали вид – «ива козья», – и карта засияла прежней чистотой.

Установка палатки для лагеря
Установка палатки для лагеря

Но Топограф пошёл дальше и высказал ещё одну мысль. Преподаватель, Иван Петрович, был на этом участке годом ранее и прекрасно помнил, что там не росло ни одного дерева. Если он решит проверить координаты, студенты неминуемо провалятся. Однако если дерево на том месте появится, доказать подделку станет невозможно. Решение пришло мгновенно: взяли лопату, ведро, фонарь и отправились на точку.

Это казалось полным безумием – ночь, холодный ветер, полная неизвестность. Однако студенты – народ изобретательный. Лопата у них была своя, для закапывания геодезических центров, ведро – тоже. А саженец нашли в лесополосе, тянувшейся вдоль дороги, метрах в двухстах от лагеря. Выкопали ивовый прут с комом земли, прихватили воды и двинулись в путь. Координаты точки они знали точно – те же самые, что сами и вычислили.

Шли при свете одного фонаря, стараясь не шуметь; боялись не столько преподавателя, сколько случайных местных жителей, которые могли принять их за браконьеров. Копали быстро, но аккуратно, посадили саженец, заровняли яму, присыпали травой и полили. Все следы постарались замести, словно в шпионском фильме, и, еле живые от усталости, вернулись в лагерь.

Утром настал час защиты. Иван Петрович долго водил циркулем по листу, проверял углы, промеры и сличал координаты – всё сходилось до миллиметра. Карта выглядела безупречно. Преподаватель молча поставил зачёты, и студенты уже начали сворачивать палатки, готовясь к отъезду.

Работают геодезисты / Советский геодезист со стажем
Работают геодезисты / Советский геодезист со стажем

Но тут произошло неожиданное: Иван Петрович поднялся и попросил их подождать, сказав, что сейчас вернётся. Он взял свой старый планшет, сделанный в прошлом году, и, не проронив больше ни слова, зашагал в сторону оврага. Ребята переглянулись – у них похолодело внутри. Они поняли, что он отправился на проверку.

Вернулся преподаватель только через сорок минут. Он был красным от быстрой ходьбы, но ещё больше – от возмущения. Подойдя к группе, Иван Петрович долго и с чувством их отчитывал, называя гениями бюрократической мысли. Он сказал, что ещё вчера там не было ни одной ветки, а сегодня уже стоит молодая ива.

Земля была присыпана травой, но дёрн оказался нарушен – старый полевик заметил это сразу. Он признал, что они замечательно справились с картой и зачёты заслуженно получили, но при этом строго предупредил: их задача – подгонять карту под реальность, а не наоборот. Однако, усмехнувшись, он добавил, что ива там теперь действительно есть, так что формально они правы, и пусть уже собираются.

Ребята выдохнули с облегчением и, не сговариваясь, переглянулись с улыбкой. В зачётку эта история не попала, но в легенды кафедры вошла навсегда. Говорят, долгие годы выпускники, оказавшиеся в тех краях, специально сворачивали к тому оврагу, чтобы проверить – жива ли та самая «студенческая ива». И она ещё долго стояла, напоминая о том, что даже в самой серьёзной профессии всегда есть место бесшабашным, но креативным решениям.

Саженец ивы козьей
Саженец ивы козьей

Полную подлинность этой истории подтвердить невозможно – устные байки со временем обрастают новыми деталями, и каждый рассказчик добавляет что-то от себя. Однако, учитывая изобретательность студентов и ту самую смесь отчаяния и куража, которая рождается в последнюю ночь перед сдачей, она вполне могла случиться. Во всяком случае, на одном из старых геодезических форумов ветераны до сих пор спорят, в каком именно регионе это произошло. Автору осталось лишь пересказать то, что нашёл в архивах полевого фольклора.

Дорогие друзья, спасибо за ваши лайки и комментарии, они очень важны! Читайте другие интересные статьи на нашем канале.