Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Ужастик: Голос с волны 88,7

Часть цикла «Раздел 1:01» на ЯПисатель.рф В Норильске полярная ночь — это не два месяца темноты. Это два месяца особенного света: фонари, снег, отражающий фонари, и небо, которое будто кто-то накрыл серым ватником. К декабрю привыкаешь. Я живу здесь восемь лет. Работаю ночным диктором на «Норд-FM», волна 88,7. Эфир с двух до шести. Студия — на улице Богдана Хмельницкого, в полуподвале старого ДК. Окна заложены пенопластом. Внутри тепло, пахнет старым кофе из автомата и табаком — хотя курить запрещено, я курю в форточку котельной. Игорь, звукорежиссер, делает вид, что не замечает. Слушают меня вахтовики, дальнобойщики на трассе Норильск–Дудинка и, как говорит редактор, «те, кому совсем хреново». Программа простая: ставлю старые записи, читаю прогноз, иногда принимаю звонки. Темы любые. Лишь бы не политика и не похороны. Люблю свою работу. Профдеформация — могу час говорить ни о чем. Это полезно. И еще умею молчать в эфире так, чтобы слушателю казалось — это часть передачи. Игорь шутит:
Голос с волны 88,7
Голос с волны 88,7

Часть цикла «Раздел 1:01» на ЯПисатель.рф

В Норильске полярная ночь — это не два месяца темноты. Это два месяца особенного света: фонари, снег, отражающий фонари, и небо, которое будто кто-то накрыл серым ватником. К декабрю привыкаешь. Я живу здесь восемь лет. Работаю ночным диктором на «Норд-FM», волна 88,7. Эфир с двух до шести.

Студия — на улице Богдана Хмельницкого, в полуподвале старого ДК. Окна заложены пенопластом. Внутри тепло, пахнет старым кофе из автомата и табаком — хотя курить запрещено, я курю в форточку котельной. Игорь, звукорежиссер, делает вид, что не замечает.

Слушают меня вахтовики, дальнобойщики на трассе Норильск–Дудинка и, как говорит редактор, «те, кому совсем хреново». Программа простая: ставлю старые записи, читаю прогноз, иногда принимаю звонки. Темы любые. Лишь бы не политика и не похороны.

Люблю свою работу. Профдеформация — могу час говорить ни о чем. Это полезно. И еще умею молчать в эфире так, чтобы слушателю казалось — это часть передачи. Игорь шутит: «Ты единственный, у кого паузы звучат лучше слов».

В тот вторник, в три двенадцать ночи, в эфир пришел звонок.

Голос мужской. Спокойный. С ровным, чуть скрипучим тембром — будто человек двадцать лет работал учителем химии. Я даже про себя подумал: химик. Откуда я взял — не знаю.

«Здравствуйте. Я бы хотел поставить песню».

«Слушаю», — ответил я.

«Виктор Цой, „Звезда по имени Солнце“. Если можно».

Я кивнул сам себе — частая просьба. Поставил.

«И спать ложатся, и просыпаются с пеной у рта, Земля...»

Пока шел проигрыш, мужчина говорил. Тихо, в трубку.

«Я ее вожу. Вторая ночь. Между Кайерканом и старым ГРС. Я устал».

«Простите, — сказал я. — Вы о чем?»

«О работе, — ответил он. — У вас же тоже работа».

И повесил.

Я посмотрел на Игоря через стекло. Игорь пожал плечами — типа, очередной чудак, у нас таких в смену по три.

Песня кончилась. Я дочитал прогноз. В четыре пятнадцать — звонок снова.

Тот же голос.

«Поставьте, пожалуйста, еще раз».

«Уже ставили».

«А мне нужно еще».

Я помолчал. Потом сказал: «Ладно». Читать далее ->

Подпишись, ставь 👍, Толстой бы не успел!

#Норильск #радио #полярная_ночь #Цой #трасса