Владимир Спектор — поэт, публицист, литературный критик. Редактор литературного альманаха и сайта «Свой вариант». Автор более двадцати книг
стихотворений и очерковой прозы, изданных в Луганске, Донецке, Москве.
Лауреат нескольких литературных премий, в том числе имени Юрия
Долгорукого, имени Арсения Тарковского, имени Владимира Даля. Почётный
председатель Межрегионального союза писателей. В 2022 году стал
обладателем «Гран-При» международного литературного конкурса «Лучшая
книга года на русском языке»...
И еще очень важно добавить: он, — хоть и
живет сейчас далеко от родного города: — луганчанин. Выпускник 20-й
школы и машиностроительного института. Долгие годы проработал в компании «Лугансктепловоз», став автором более 20-ти изобретений, был главным редактором телекомпании «Эфир-1», заместителем директора радио
«Скайвэй», редактором журнала «Трансмаш». Сегодня Владимир Спектор, в
день своего 75-летия, отвечает на вопросы о родном Луганске, литературе и
культуре, прошлом и даже о будущем…
Луганская журналистка Ольга Григорьева:
«Луганск — это город хороших людей» — Ваше утверждение не хочется
опровергать, наоборот, думаю, луганчане с ним согласны. Давайте и начнем беседу с воспоминаний о Луганске вашего детства, о том, как развивался город на глазах поколений, родившихся после страшной войны.
Владимир Спектор:
Я жил на улице Франко,
и время называлось «Детство».
С 20-й школой по соседству.
Всё остальное — далеко.
Взлетал Гагарин, пел Муслим,
«Заря» с Бразилией играла,
и, словно ручка из пенала,
вползал на Ленинскую «ЗИМ».
В «Луганской правде» Бугорков
писал про жатву и про битву.
Конек Пахомовой, как бритва,
вскрывал резную суть годов…
Я действительно жил на улице Франко,
бывшей в 50-е годы почти окраиной города. На наших глазах он превращался
в современный, стильный областной центр со своим «лица необщим
выраженьем». Оно проявлялось в широких, просторных улицах в центре, в
парках, скверах, фонтанах. А также в новых сооружениях стадиона, театров
и кинотеатров, цирка и вокзалов, школ, библиотек, филармонии, дома
творческой интеллигенции, телевизионной вышки… Это было похоже на чудо. И в нём отразилась деятельность руководства области и города. Секретарь
обкома Владимир Шевченко был тогда для Луганска, как Петр Первый для
России. И под стать ему был председатель горисполкома Георгий Петров.
Они любили свой город, и это ощущалось в их деятельности. Хорошо, что
сегодня ощущается преемственность поколений. Луганск вновь хорошеет,
обретая столичные черты.
Детство пахнет цветами-майорами,
что росли на соседнем дворе.
И вишневым вареньем, которое
розовело в саду на костре…
Это запах детства. Рядом была 20-я школа,
недалеко — завод с вечно ухающими прессами и молотами. И главное, рядом
был дедушка, с которым я оставался каждый день, и он мне читал детские, и
не очень детские, книги. И ещё — рядом два портрета моих дядей, которые
погибли очень молодыми. Но на фото они были веселыми и бравыми. Мне так
казалось. И эти их улыбки, их бритые головы под пилотками —
незабываемы. Наверное, главным воспитательным фактором в моем детстве
были книги, которые я стал читать очень рано.
Кто из писателей более всего вас изменил, покорил, удивил?
Повезло, что среди первых прочитанных книг
был чудно изданный томик Пушкина, и в нем — не только сказки, но и
стихи, которые запомнились на всю жизнь. А еще:
избранное Лермонтова,
«Буратино» Толстого,
«Незнайка» Носова,
«Приключения Карика и Вали» Ларри…
Потом читал все книги, которые были в
домашней библиотеке плюс те, что брал в библиотеках школьной и
городской. Мне казалось, что плохих книг просто не бывает… У нас был
прекрасный учитель русской литературы Алексей Михайлович Ушаков, бывший офицер-фронтовик, сумевший свою влюбленность в великую русскую
литературу передать и нам, своим ученикам. Вообще все учителя были
замечательными, и знания мы получили достойные. Все, кто хотел, поступил
в институты. И потом стали известными врачами, инженерами. И не только.
Александр Харютченко был знаменитым композитором, Владимир Мицык и Юрий Скорченко стали учеными, преподавателями Далевского университета. А Сергей Мокроусов — и сейчас возглавляет крупное предприятие. И пишет
интересные, талантливые стихи.
А как вы оказались в Межрегиональном союзе писателей?
В 94-м году незабвенный Олег Бишарев, с
которым мы дружили ещё со времён литобъединения, предложил стать членом недавно образованного писательского союза. Когда я узнал, что у истоков стоят Михалков, Бондарев, Гамзатов, что организация входит в
Международное сообщество писательских союзов, понял, что это — серьёзно.
Кстати, слово «Межрегиональный» для названия предложил я, и рад, что
оно теперь неотделимо от нашего писательского союза. Возглавляет его
сейчас талантливый писатель и организатор Наталия Морозова-Мавроди, и
это ее заслуга, что в столь трудное и непредсказуемое время союз не
только выжил, но и укрепился, появились региональные организации в
нескольких областях России, в 10-ти странах мира. И по-прежнему Исполком
МСПС высоко ценит деятельность Межрегионального союза писателей, с
уважением относится к организации и ее свершениям.
Знаю, что ваши телепрограммы одно время снимались в нескольких странах.
Да, был такой счастливый случай, когда нас
пригласили делать передачи «Высший класс», а их транслировали по
центральным каналам.
В каких странах проводились съёмки?
В четырнадцати странах, среди которых —
Италия, Франция, Испания, Греция, Турция, Сингапур… В памяти остался
трагикомичный случай на Кипре, куда мы приехали в пасхальную неделю
(когда планировали поездку, об этом не подумали). Всё закрыто. А нам
нужно снять музеи, старинный амфитеатр… Водитель машины, которую нам
выделили для съемок, предложил поехать в амфитеатр на свой страх и риск.
Ограда там невысокая, можно перелезть и поснимать всё, что нужно. Так и
сделали. Приехали, я с водителем остался у машины, а дочь Ира, которая
была ведущей этих программ, с оператором Леонидом Филем перелезли через действительно невысокий заборчик и занялись съемками. Через несколько минут вихрем подлетает полицейский джип, и я с ужасом ощущаю дуло пистолета у своего виска. Двое двухметровых полисменов английской
полиции, которая контролирует остров, смотрят на нас без всякой доброты и
спрашивают: «Где они»? На английском, конечно. Они,
оказывается, следили за нашей машиной и пришли к выводу, что мы —
какие-то воры или шпионы. Вспомнив все слова на английском, которые знал
и не знал, объясняю, что снимаем телепередачу, никаких дурных намерений
не имеем. Просто всё закрыто — Пасха.
Полицейский командует водителю: «Беги за ними, веди нарушителей сюда».
Находившийся в полуобморочном состоянии водитель (конфликты с
английскими полицейскими там не рекомендуются от слова совсем) срывается с места и, по-моему, в режиме мирового рекорда перепрыгивает через забор. Это оценили все, даже полисмены. Через минуту появляются Ира с оператором. Она говорила на английском, и начала объяснять стражам
порядка, что мы — хорошие, что у нас есть аккредитация, а в голове у нас
только добрые мысли. Тем временем один полицейский достает протокол и
начинает заполнять. Водитель, видя это, просто теряет сознание. И тут я
вспоминаю, что в салоне автомобиля лежат сувениры — флажки «Победитель соцсоревнования» и значки «Ударник коммунистического труда». Ими меня снабдили сердобольные друзья в заводском профкоме.
Пятясь, я просовываю руку в салон и достаю груду значков и флажки.
Протягиваю их полисменам и говорю трагически-дрожащим голосом: «Презент для вас». И тут происходит чудо. Здоровенный полицейский, присмотревшись к сувенирам, видит изображение вождя мирового пролетариата Владимира Ильича Ленина и восклицает: «О!!! Грэйт мен!!! ЛЕНИН!!!»
Оказывается, он член коммунистической партии Великобритании, и к Ленину
относится с огромным почтением. Он рвет протокол на клочки, которые
предусмотрительно прячет в карман кителя. Разговор переходит в дружеский
тон. Водитель вновь обретает дар речи и постепенно становится похожим
на живого человека. Прощание было теплым и почти приятельским.
Напоследок полицейский попросил больше не прыгать через стены (видимо,
обращаясь к водителю). И добавил: «Вот когда я приеду в гости в Москву, то не буду прыгать через кремлевскую стену».
— Мы одобрительно кивали головами и с облегчением махали руками на
прощание. Значки и флажки поехали в полицейское отделение, как дорогие
подарки. Водитель на радостях отвез нас на базу с космической скоростью,
по пути решил показать пляж и застрял в песке, поломав сцепление. Но
даже эта неудача не испортила ему настроение. Главное — всё обошлось без
протокола. Выручил нас Владимир Ильич. Спасибо профкому!
Что бы вы хотели пожелать читателям и авторам...
В первую очередь, быть здоровыми, и чтобы
здоровыми были родные. Это самое главное. Чтобы был мир, и ничто не
мешало нормальной жизни. Чтобы получалось максимально реализовать свои способности. И наконец, чтобы свой вариант жизни и творчества приносил благополучие и успех. Но, наверное, главное — мир, здоровье и реализация своих планов. Одним словом — счастье.