Представьте себе тускло освещенный зал Наумбургского собора. Полночь. Из темноты, шурша тяжелым бархатом, величественно выступает Злая Королева. Ее бледное лицо застыло в надменной маске, а воротник мантии высоко вздымается над головой, словно крылья летучей мыши. Она пришла сюда, ведомая слухами, чтобы уничтожить еще одну соперницу.
Листаем карусель:
Но у алтаря она замирает. На нее смотрит... она сама. Точно такой же резной воротник, укутывающий шею. Тот же холодный, пронзительный взгляд из-под короны. Тонкие пальцы, изящно придерживающие ворот плаща. В каменной нише стоит Ута фон Балленштедт, маркграфиня Мейсенская, жившая без малого тысячу лет назад.
Между ожившей анимацией великого Диснея и холодным камнем разгорается яростный спор, который я, автор канала «Не учебник истории» просто не могла не подслушать.
«Ты украла мое лицо!»: Спор о красоте и воровстве
— Как ты посмела принять мой облик, жалкая каменная глыба?! — Королева из «Белоснежки и семи гномов» в ярости сжимает кулаки. — Я — прекраснейшая из всех! Мой силуэт создавали лучшие аниматоры студии Уолта Диснея в 1937 году! Они сочетали черты лица голливудских див Джоан Кроуфорд и Марлен Дитрих, чтобы получить этот идеальный, величественный образ!
Каменная статуя едва заметно, но бесконечно гордо приподнимает подбородок:
— Милая моя, умерь гордыню. Когда твой создатель, Уолт Дисней, летом 1935 года путешествовал по Германии, он увидел мою статую. Он был настолько заворожен моим силуэтом, что просто скопировал его для тебя. Мой плащ, мой воротник, моя строгая посадка головы — всё это принадлежало мне за тысячу лет до того, как твой Дисней взял в руки карандаш. Искусствоведы называют меня «самой красивой женщиной немецкого Средневековья». Так кто из нас воровка?
Королева кривит губы в язвительной усмешке:
— Красавица? Из тебя сделали бездушный монумент! Наверняка при жизни ты была такой же жестокой, отравляла падчериц и требовала их сердца в шкатулках!
— Ошибаешься, — эхом отзывается камень. — Моя реальная история не имеет ничего общего с твоими экранными злодействами.
Непридуманная история Уты: Бездетность, политика и святость
Реальная Ута фон Балленштедт родилась на рубеже тысячелетий — около 1000 года. Она происходила из древнего и могущественного дома Асканиев. Ее детство прошло в суровом замке в регионе Гарц, а образование она получила в женском монастыре Гернроде. Там юную аристократку учили не колдовству и зельеварению, а латыни, грамоте, истории и игре на музыкальных инструментах.
— Меня выдали замуж в 1026 году по тонкому политическому расчету, — спокойно рассказывает Ута. — Моим мужем стал Эккехард II, маркграф Мейсенский — суровый военный правитель, который был значительно старше меня. Думаешь, я плела интриги? Нет. Пока муж воевал на границах Священной Римской империи, я управляла замком Наумбург, варила целебные настойки из трав и помогала беднякам и больным. Местные жители почитали меня как святую.
— Но у тебя не было главного — наследника! — торжествующе восклицает Диснеевская Королева. — Ты не оставила после себя ничего!
В соборе наступает тяжелая тишина. Это правда: брак Эккехарда и Уты остался бездетным. Когда в 1046 году маркграф внезапно скончался, Ута отказалась от пышной мирской жизни. Она ушла в монастырь к своей сестре-настоятельнице Хацехе. А всё свое колоссальное состояние и земли бездетные супруги завещали церкви — именно на эти деньги позже был возведен великолепный собор Святых Петра и Павла.
Каменное бессмертие: Тайна Наумбургского мастера
— Если ты умерла в XI веке, откуда взялся этот образ? — Королева недоверчиво оглядывает безупречные складки каменного плаща. — В те времена людей так не ваяли!
— О, в этом и кроется величайшая загадка, — улыбается Ута. — Настоящая я превратилась в прах за два столетия до того, как появилась эта статуя. В XIII веке собор достроили, и анонимный гений, которого историки называют просто Мастером из Наумбурга, решил увековечить 12 главных донаторов — основателей храма.
Листаем карусель:
Он никогда не видел меня живой. Скульптор ваял идеализированный образ великой женщины прошлого. В эпоху жесткой, плоской средневековой пластики он сотворил чудо: вдохнул в известняк невероятный реализм, психологизм и ту самую кинематографичную гордость, которую вы, голливудские выскочки, посчитали «злодейской».
— И все же, мир запомнил твое лицо как маску зла! — не сдается Королева.
— Мое лицо пережило слишком многое, — тихо отвечает маркграфиня. — В XX веке нацисты использовали мою статую в своей пропаганде как эталон «истинной арийской красоты», сделав меня символом того, к чему я никогда не была причастна. А Дисней превратил меня в тебя. Но посмотри внимательнее: я не прячу яд в складках плаща. Я просто защищаюсь от холодного ветра вечности, прикрывая шею воротником.
Две женщины — реальная историческая фигура, ставшая шедевром готического искусства, и вымышленная злодейка, изменившая мир мультипликации, — расходятся в темноте ночного собора. Одна осталась символом чистой, благородной памяти, а вторая — вечным напоминанием о том, как легко внешняя красота может скрывать уродливую душу.с
Две женщины — реальная историческая фигура, ставшая шедевром готического искусства, и вымышленная злодейка, изменившая мир мультипликации, — расходятся в темноте ночного собора. Одна осталась символом чистой, благородной памяти, а вторая — вечным напоминанием о том, как легко внешняя красота может скрывать уродливую душу.
Листаем карусель:
А как вам кажется?
- Должен ли Дисней указывать в титрах реальных исторических личностей, чей облик они заимствуют для своих персонажей?
- Справедливо ли, что образ благочестивой и доброй маркграфини Уты теперь навсегда ассоциируется с главной злодейкой кинематографа?
Делитесь своим мнением в комментариях! И если вам интересна настоящая, «живая» история без скучных школьных штампов — обязательно подписывайтесь на канал «Не учебник истории». Впереди еще много нераскрытых тайн!