Ида Рубинштейн перешагнула границу художественной формы, создала, по заветам эстетических принципов эпохи модерн, произведение искусства из собственной жизни. Она не ограничивалась только одной ролью, вся Ида — пример мира женского с мужской решимостью. Мира на сломе эпох.
Ида решает стать актрисой. Это не прихоть, это осознанное желание и цель — сделаться драматической актрисой. Эта идея вызывает интенсивное сопротивление со стороны родственников. Потому что одно дело — покровительствовать театру и искусствам: это понятная и одобряемая схема поведения богатой женщины. Но совсем другое дело — быть актрисой самой. Ситуация накаляется до такой степени, что в определённый момент тогда ещё очень юную Иду направляют на консультацию к врачу, подозревая у высокой, странно сложенной и очень волевой девочки психическое расстройство. И Ида находит весьма интересный способ избавиться от опеки родни.
Обычно история учит нас тому, что творческая стезя — это некий выбор на всю жизнь, то есть если ты решаешь быть художником, ты учишься этому всю жизнь, ты живёшь этим или, если ты выбираешь путь, допустим, танцовщицы, это тоже какая-то очень большая, определяющая тебя навсегда история. Мы имеем дело с рубежом веков, и, в принципе, мы уже привыкаем к тому, что именно актрисы, именно танцовщицы становятся, как бы мы сейчас сказали, светскими львицами и теми, на которых все смотрят.
Однако — и было бы лицемерием скрывать этот факт — женщины эти занимают определённую нишу, и благосостояние их напрямую очень зависит не только от «художественной востребованности», но и от востребованности у поклонников. С Идой все иначе. Ида и так очень богата, ей ничего не нужно. Она сама выбирает этот путь. Заниматься искусством ради самого искусства — это слишком большая роскошь, как оказывается. Но «Ида Львовна жила одной только мыслию — сделаться трагической артисткой», — говорил о ней её учитель Погодин.
Впервые Ида дебютирует на сцене под псевдонимом в апреле 1904 года в роли Антигоны. Дебют её был раскритикован. Самыми лестными были замечания в духе «…было ясно, что это только даровитая ученица», в остальном — только критика. Сама же Ида десятилетие спустя вспоминала свой дебют иначе: «Трудно передать вам, с какой радостью и вместе с тем гордостью я вспоминаю об этом первом моем выступлении». Критика не охладила любовь Иды к театру, а главное — в этой постановке она обратилась для создания костюмов к Льву Баксту, и начался их долгий творческий союз.
У Иды большой финансовый ресурс — и это действительно важно: она может себе позволить брать уроки танца у Михаила Фокина, у того знаменитого Фокина, который ставит балеты, в том числе Дягилева. У неё есть возможность заказывать костюмы к своим выступлениям. В сотрудничестве с Бакстом она придумывает несколько спектаклей. В них она сама исполняет главную роль.
Самой первой (и самой скандальной) станет для Иды, а ей в ту пору всего 24 года, постановка «Саломеи» Оскара Уайльда. На собственные средства она организовывает антрепризу пьесы, которая долгое время была запрещена цензурой. Чтобы добиться разрешения на постановку, идут на хитрость: предоставляют цензуре исправленный вариант пьесы. Постановка обещает быть роскошной, все костюмы придумывает и создаёт Бакст. Но буквально накануне премьеры спектакль все-таки запрещают. Ида терпит убытки. Причём речь не столько о материальном — хотя о нем тоже, одних только костюмов и декораций было создано на многие тысячи. Главное — это были бы творческие потери, если бы спектакль так и не увидел своего зрителя.
Но выход был найден. Ловко и изящно. От спектакля остался танец — тот самый прекрасный танец семи покрывал. Спектакль схлопнулся в один номер, и в центре этого номера была Ида, Ида в костюмах Бакста.
И выступление прошло с феноменальным успехом. Газета «Речь»: «С противоположной стороны сцены выходит закутанная в покрывало Саломея и начинает свой танец. Это г-жа Рубинштейн. Танец её очень красив. Невольницы развевают перед ней дорогое полупрозрачное покрывало. Она то танцует под ним, то покидает его. Танец все ускоряется. Покрывало одно за другим ниспадают, и царевна танцует в драгоценных украшениях с ниспадающей по торсу бахромой из жемчуга. Наконец, утомлённая, она приникает к земле и застывает в неподвижной позе. Фигура г-жи Рубинштейн очень красива, костюм чрезвычайно стильный и богатый. Движения красивы и пластичны».
В июне 1909 года Ида дебютирует в «Русских сезонах» Сергея Дягилева, в главной роли в спектакле, поставленном Фокиным — «Клеопатре». Спектакль был новаторский — помимо танца, история Клеопатры была рассказана с помощью пантомимы. Это смешение жанров или новый жанр — не так важно, успех был ошеломительный.
Это был уникальный случай, единственный спектакль, единственная роль, и Ида сразу захватила собой Париж. О ней писали все газеты, её портреты были повсюду, это была слава, настоящая слава. Париж получил, наконец, идеальную диву.
Успех, который открывает для Иды сольную карьеру, — она сама делает свой театр. Теперь ей, уставшей от уже отыгранной и прожитой восточной темы, хочется поставить драматургию.
Книга Елены Охотниковой «Семь женщин, изменивших искусство» (16+) рассказывает о выдающихся художницах, чьи идеи, талант и смелость оставили заметный след в истории искусства. Каждая из них шла своим путём — преодолевая сомнения, общественные ограничения и жизненные трудности, но не отказываясь от права творить и быть услышанной. Это вдохновляющие истории женщин разных эпох, которые доказали, что настоящая преданность своему делу способна менять не только судьбу человека, но и целые направления в искусстве.
Узнать больше о книгах редакции «ОГИЗ» вы можете по ссылке: https://go.ast.ru/a00g94t