Кратко сформулировать это можно примерно так: это такое управление федеральными или региональными финансами, которое позволяет решать определённые руководством приоритетные задачи без совсем уж катастрофических последствий для бюджетной системы. Пока, кажется, получается, хотя и не без труда.
СамолётЪ уже писал об ускоренно принятом на прошлой неделе депутатами Госдумы в законопроекте, позволяющем правительству оперативно увеличить расходы федерального бюджета и поднять лимит внутренних заимствований. Объясняя такую срочность глава думского комитета по бюджету Николай Макаров, заявил, что закон должен помочь правительству планировать бюджет в условиях, когда «цены [на нефть] летают туда-сюда», а также дать инструмент быстрого реагирования на новые санкции.
В условиях СВО, требующей всё больших финансовых ресурсов, дефицит бюджета достиг 6 трлн рублей (2,6% ВВП), что вдвое больше, чем за тот же период прошлого года, и в 1,6 раза превышает годовой план (3,8 трлн рублей, 1,6% ВВП). Министр финансов Антон Силуанов заявил, однако, что дефицит бюджета на 2026 год «несколько возрастет», но увеличение заимствований будет «не таким значительным, как в прошлом году».
На прошлой неделе бюджетные итоги прошлого года на публичных слушаниях обсуждали и депутаты Вологодского заксобрания.
Заместитель губернатора Александра Гуркина доложила, что доходы бюджета в прошлом году составили 129,8 млрд рублей. Расходы областного бюджета за 2025 год составили 168,3 млрд рублей. Простой арифметический подсчёт даёт цифру бюджетного дефицита - 38,5 млрд. Конечно, не федеральные триллионы, но тоже много.
Областной дефицит складывается из двух основных составляющих. Первая – снижение это собственных налоговых и неналоговых доходов на 10,7% до 110,1 млрд. В основном это произошло из-за уменьшения поступлений налога на прибыль организаций. По словам Александры Гуркиной, это общая тенденция для большинства субъектов страны. Прежде важнейший для регионов корпоративный налог, отметила Гуркина, уступает первенство налогу на доходы физических лиц (НДФЛ). Доля НП в бюджете области сократилась с 44% в 2023 году до 27% в 2025-м. А доля НДФЛ, напротив, возросла - 32%.
Когда бизнесу приходится тяжело, дело доходит до карманов граждан – тоже общероссийская тенденция. Это нужно помнить не только самим «физическим лицам», но и представителям власти – деньги в бюджетах, конечно, могут появляться в результате проявления финансового гения руководителей, но конечным «спонсором» всех бюджетных инициатив является рядовой гражданин, кровным рублём оплачивающий все финансовые успехи, промахи и «хотелки» государства…
Если на уровне Федерации приоритет государства сугубо военный. То на уровне Вологодской области – инфраструктурный. Наиболее бюджетоемкими, отметила госпожа Гуркина, стали нацпроекты «Инфраструктура для жизни» с объёмом финансирования 11,1 млрд рублей, «Молодежь и дети»» - 3,7 млрд, «Продолжительная и активная жизнь» - 2,6 млрд, «Семья» - 2,1 млрд рублей.
20,3 млрд рублей пошло на реализацию национальных проектов: 11,1 млрд рублей – на «Инфраструктура для жизни», 3,7 млрд – «Молодёжь и детей», 2,6 млрд – на «Продолжительную и активную жизнь», 2,1 млрд – на «Семью».
Ещё почти 50 миллиардов рублей пошло в «бюджет развития» - на ремонт и строительство дорог, медучреждений, спортивных сооружений. И финансирование «Народной программы» «Единой России» - партийные инициативы по благоустройству дворов, парков и площадок традиционно оплачиваются государством.
Сводить бюджетные «концы» региональным финансистам, по словам замгубернатора, помогают бюджетные резервы, а также улучшение налогового администрирования, особенно на муниципальном уровне. Благодаря этому удалось привлечь дополнительно 2,6 млрд рублей, а общее поступление налоговых и неналоговых доходов в бюджеты муниципальных образований области за 2025 год составило 24,5 млрд рублей.
Есть ещё безвозмездные поступления из федерального бюджета, составившие 19,7 миллиардов рублей (на 300 миллионов рублей меньше уровня 2024 года).
Главное, что при таком размере бюджетного дефицита, власти региона сохраняют оптимизм. В основе которого уверенность в том, что федеральный бюджет не даст пропасть бюджету региональному. Уверенность не беспочвенная. На прошлой неделе вместе с поправками, позволяющими правительству страны оперативно увеличить расходы федерального бюджета, Госдума ослабила правила обслуживания долга регионов, позволяя перенести погашение бюджетных кредитов с 2026 на 2030 год. Глава бюджетного комитета Госдумы Андрей Макаров сообщил, что речь идёт о сумме чуть больше 100 млрд рублей. Регионы смогут направить освободившиеся средства на расходы, связанные с СВО, включая компенсации гражданам за подписание контракта или гибель на фронте, без обязательного выделения части на ЖКХ.
Этот финансовый год предварительно должен быть полегче прошлого - доходы бюджета Вологодской области на 2026 год спланированы в объеме 129 млрд рублей, расходы - 139,2 млрд рублей, дефицит в 10,2 млрд планируется покрыть за счет бюджетных и коммерческих кредитов.
По состоянию на 1 июля 2025 года государственный долг Вологодской области увеличился на 2,4 % и составил 19 710 000 000 рублей. Отношение госдолга к налоговым и неналоговым доходам бюджета составило 16,6 %. Правда, на последний слушаниях Александра Гуркина рассказала, что по итогам прошлого года долг удалось уменьшить на 300 млн рублей.
Долг Вологодчины сравнительно небольшой всего 1,5% от ВРП. Как и госдолг самой Российской Федерации, составляющий 16,5% ВВП.
Другое дело, что обслуживание этих долгов обходится бюджетам всё дороже. По подсчётам Bloomberg Economics, только в этом году на финансирование военных расходов придется привлечь 2–3 трлн рублей, почти исключительно через механизм ОФЗ, ставки по которым остаются не ниже ключевой. Если в 2021 году на обслуживание госзаимствований приходилось 4,5% федеральных расходов, то сейчас почти 9%, это уже пятая по размеру статья расходов после обороны, национальной безопасности, социальной политики и национальной экономики.
Высокая доходность ОФЗ, которые банки охотно используют как залог в ЦБ, размывает экономические ориентиры и дестимулирует банки к инвестициям в реальную экономику. «Когда-то это должно прекратиться, — сказал Bloomberg экономист Олег Вьюгин. — Иначе со временем цена роспуска этой схемы станет очень значительной».