Лариса не могла спать этой ночью. Она лежала в темноте, прислушиваясь к каждому шороху, к каждому вздоху, доносившемуся из гостиной, где на диване и раскладных креслах спала семья.
Дети сопели ровно и спокойно, взрослые изредка переворачивались, скрипели пружины — и снова тишина. Она ждала, когда Марк поднимется и направится к сейфу.
Начало истории:
Но он спал на удивление спокойно — действительно устал на работе
Эта ночь, которая была рубежной для Ларисы, для него была совершенно обычной. Он не знал, что откладывать перемещение статуэтки больше не сможет.
Он встал как обычно, в семь.
Умылся, прошёл на кухню выпить кофе. Лариса осталась лежать в постели, делая вид, что спит. Она не пошла за ним, чтобы сварить ему кофе. Пусть сам.
Когда входная дверь за ним закрылась, Лариса встала. Она ещё вчера предупредила Глеба, что на работе появится не раньше обеда. «По семейным обстоятельствам» — она произнесла эту формулировку механически, а потом подумала: вот бы Глеб удивился, если бы узнал, по каким именно семейным обстоятельствам.
Когда Лариса в халате пила на кухне кофе, позвонила Наталья. Она ехала к судебным приставам.
— Лариса, не сможет ли Катя принять участие в следственных действиях в качестве второго понятого?
— Сейчас спрошу и перезвоню, — сказала Лариса
Из гостиной она уже слышала, что Катя и Леня проснулись и собирали диван и кресла. В ванной шумела вода — дети умывались. Через минуту все были на кухне. Лариса попросила Катю помочь — выступить в роли понятого.
Катя округлила глаза. Слишком необычно это прозвучало на фоне обычного семейного утра, в котором есть место для сборов на работу и в школу, но следственные действия остаются за рамками этой обыденности.
— А что случилось? — спросила Катя.
— Я объясню позже, — сказала Лариса. — Мы обязательно поговорим, и я расскажу всё. А сейчас нужно просто решить принципиально — да или нет.
— Да, — сказала Катя. — Я согласна. Вот только детей в школу отведу и сразу обратно.
Лариса перезвонила Наташе, чтобы передать, что Катя согласна. Она вышла из кухни в гостиную, чтобы говорить спокойно. Из кухни слышались обычные утренние звуки: звон посуды, голоса детей, смех. А у Ларисы от напряжения дрожали пальцы.
Наташа сказала, что они с приставом уже едут
Приехали довольно быстро — Катя ещё не успела вернуться. Пристав, невысокий крепкий мужчина, достал бумаги и попросил показать ему сейф. Они прошли в пустую гостиную. Лариса нажала секретную кнопку, картина бесшумно отъехала в сторону, открывая дверцу тайника.
— Замок несложный, но сами мы не справимся, — сказал пристав. — Нужно вызывать профессионала из службы вскрытия замков.
Он нажал кнопку вызова на телефоне. Закончив разговор, пристав обратился к Наташе:
— Наталья Анатольевна, если вы хотите не терять времени, я предлагаю не ждать, а привезти специалиста вместе с инструментом.
Наташа кивнула и вышла. Лариса пригласила всех на кухню, чтобы попить кофе, пока Наталья не вернётся. Пристав вежливо отказался, и они с вернувшейся со школы Катей отправились на кухню вдвоем.
Ставя чашку перед Катей, Лариса сказала:
— Да, так бывает, Катя. После тридцати лет брака жена вскрывает сейф мужа в присутствии понятых. Слишком дорого для меня то, что он пытается там спрятать.
И Лариса рассказала всю историю с пропажей статуэтки. Катя молчала, слушала, не перебивая.
— А зачем ему инсценировать пропажу такой дорогой для вас вещи? — спросила она, наконец.
— Когда Марк разыгрывал кукольный спектакль для детей, он рассказал о своём отце. А рассказ о матери оставил на потом. Но роль матери в воспитании сына была главной, — сказала Лариса. — Белла Аркадьевна была очень болезненной женщиной. В перерывах между больницами, когда она была дома, она всегда говорила сыну:
«Ты должен всё время следить за балансом, Марк. Все эти комсомолы, друзья-товарищи, девушки — хотят от тебя что-то получить. И если ты будешь им всем это давать, ничего не получая взамен, ты очень быстро раздашь всё. Запомни: ты должен получать обратно столько же, сколько отдаёшь. А лучше — больше».
Лариса перевела дыхание.
— По этому принципу Марк и живёт. Он считает, что ваше появление в его доме даст мне возможность иметь мнение о семье его сына, о детях — его внуках. Это получу я. А что взамен получит он? Ничего…Вот он и решил убрать вас отсюда любым способом.
— Обвинив в краже? — Катя потрясённо смотрела на неё. — Но ведь он мой родственник, он отец Лени! Как же так можно? Вот это помощь! Именно такой нам и не хватало.
В дверь позвонили. Лариса пошла открывать
На пороге стояли Наташа и молодой мужчина с большим ящиком инструментов.
— Проходите, — сказала Лариса.
Мужчина прошёл в гостиную, поставил ящик на журнальный столик и подошёл к сейфу. Потом отошёл, разложил на столике какие-то инструменты, взял длинную тонкую железку, поковырялся в замке — и сейф открылся.
— Вот это да! — воскликнула Лариса. — А Марк, наверное, думает, что замок очень надёжный.
— Пусть думает, — ответил парень.
Пристав открыл сейф и передал Ларисе главное его содержимое — драгоценную статуэтку. Лариса прижала её к груди, чувствуя прохладный гладкий фарфор, и разрыдалась. От напряжения, от облегчения, от того, что всё наконец-то кончилось. Плечи её тряслись, она прижимала фигурку к себе и не могла остановиться.
А пристав продолжал осмотр сейфа
Рядом со статуэткой на стол легла пачка бумаг. Наталья подняла первый лист, пробежала глазами, потом подняла второй, третий — и вдруг присвистнула.
— Ого, — сказала она тихо, но так, что все обернулись. — А у вашего мужа есть тайна, которую он хранит больше тридцати лет. Смотрите!
Она протянула бумаги Ларисе. Та неуверенно взяла протянутые документы, взглянула на верхний лист и замерла.
Катя стала понятой, увидела сейф и узнала, что свекор хотел обвинить ее в краже. Изменится ли теперь её отношение к нему? Напишите комментарий!