В её жизни было всё: от завтраков икрой до ужасов войны.
Моя прапрабабушка Варвара в детстве осиротела. Мы знаем, у неё была сестрёнка, чьи следы затерялись, поскольку Варвару удочерила и воспитала как родную дочь хорошая семья, а вторую девочку — нет.
Очень рано у Варвары проснулся талант к шитью — она могла играючи создать любой фасон без выкройки: сразу чертила на ткани мелом! Помните историю про знаменитую юную художницу Надю Рушеву, которой не нужны были наброски, девочка рисовала иллюстрации по линиям, что на листе видела лишь она? У прапрабабушки был схожий дар — только к созданию одежды.
Варвара рано устроилась работать в ателье и воплощала любые фантазии дам по их рассказам и эскизам, а иногда придумывала и собственные наряды, чем приводила окружающих в неописуемый восторг. Если у вас были родственники, которые обшивались к балам, они, скорее всего, обращались к Варваре Васильевне, зададавшей моду в столице.
Вскоре ателье стало её собственным, а на работы Варвары смотрели как на маленькие рукотворные чудеса!
До сих пор у нас хранятся созданные прапрабабушкой кружева и обрезки платьев придворных дам.
Биография Варвары Васильевны могла бы стать историей успеха: помимо блестящей карьеры, она вышла замуж по любви, родила двух дочек. Бывшая когда-то бесправной сиротой женщина могла позволить себе икру на завтрак.
Её сказку сломала революция. И голод в Москве, что был после.
Вместо балов в столице царствовала аномальная засуха, разруха и болезни. Вместо модных фасонов в спросом пользовались продовольственные талоны.
Муж, опасаясь за жизнь Варвары и дочек, уговорил семью перебраться к его родственникам, в Смоленск. Там Варвара снова шила, но уже не из золотой парчи — она бралась за любой заказ, даже за наволочки и пододеяльники, благодаря чему и покормила семью. Варвара не жаловалась, лишь по ночам украдкой разглядывала уцелевшие кружева — весточку из прошлой жизни.
Со временем быт наладился, дочери выросли. Родился единственный сын, а дело приносило стабильный доход... Началась вторая мировая.
Семья успела сбежать из Смоленска до прихода немцев, но заплатила за спасение страшную цену: по пути Варвара потеряла мужа — он вышел из поезда на одной из станций и не вернулся назад. С тех пор мужчину никто не видел. Её маленький сын не пережил дорогу — его тело похоронили где-то возле железнодорожных путей.
Оставшиеся в живых перебрались на Камчатку. Казалось, после стольких потерь жизнь Варвары должна была быть разрушена. Но она продолжалась.
Взрослые дочери вышли замуж. После войны вновь проснулся интерес к модной одежде, гениальный модельер, швея и дизайнер в лице прапрабабушки начал пользоваться бешеным спросом.
Слово голод осталось для Варвары лишь на страницах истории, во время нереста на Камчатке икры было столько, что она вновь с завидной регулярностью появлялась на тарелках прапрабабушки во время завтрака.
Бабушка говорит, на Камчатске Варвара смогла опять стать счастливой.
Напротяжение всей жизни при ней были великолепные кружева для бальных платьев — символ переменчивости судьбы.