Вступление
Мемуары маршала Матвея Васильевича Захарова «Генеральный штаб в предвоенные годы» занимают особое место в историографии Великой Отечественной войны. Завершенные автором в 1971 году, они увидели свет лишь в 1989-м, в разгар перестройки. Долгое время считалось, что причина задержки – «неудобные» для партийной номенклатуры факты. Однако рассекреченные протоколы Секретариата ЦК КПСС позволяют взглянуть на эту историю с документальной точностью.
Согласно записи от 28 сентября 1971 года (РГАНИ, ф. 4, оп. 44, д. 8, л. 20), издание рукописи было признано «нецелесообразным». Решение, курируемое идеологом Михаилом Сусловым, было продиктовано не столько военными, сколько политическими мотивами: Захаров слишком смело ставил под сомнение непогрешимость руководства страны в довоенный период.
Личность автора: профессионал против системы
М.В. Захаров — фигура уникальная. Выходец из питерских рабочих, красногвардеец, он прошел путь от начальника штаба Ленинградского ВО до начальника Генштаба Вооруженных Сил СССР в 1960-х. Его назначения на ключевые посты, включая утвержденные Сталиным в годы войны, говорят о высочайшем профессионализме.
Особый интерес представляет его деятельность 21 июня 1941 года. Будучи начальником штаба 9-й армии (сформированной на базе Одесского ВО), Захаров, опираясь на данные разведки округа, отдал приказ о приведении войск в боевую готовность до получения знаменитой телефонограммы из Москвы. Хотя формально он превысил свои полномочия, этот риск спас тысячи жизней, позволив армии встретить удар организованно.
Позже, на посту начштаба Северо-Западного направления, он столкнулся с некомпетентностью главкома К.Е. Ворошилова. Оперативность и аналитический склад ума Захарова, принимавшего решения в отсутствие главкома, привели к конфликту. Итогом стало не отстранение Ворошилова (политический вес которого был огромен), а перевод самого Захарова. Это яркий пример приоритета политической лояльности над военной эффективностью в начале войны.
Чем ценны мемуары?
Главное достоинство книги – честность, граничащая с вызовом. Захаров дает объективные оценки репрессированным командирам (Тухачевский, Уборевич), не возвеличивая «липовых» героев, угодных брежневскому Политбюро. Именно эта объективность, по всей видимости, и вызвала недовольство Суслова.
Пересмотр мифов о «внезапности» и роли Сталина
Один из ключевых тезисов Захарова опровергает миф о том, что советское руководство якобы исключало вариант «вероломного» нападения без ноты.
В своей книге Захаров ссылается на разработанную Генштабом еще в предвоенные годы рукопись «Истории войн и военного искусства». Ее авторы на основе Испании и Китая прогнозировали, что война начнется внезапно, без объявления, массированными ударами авиации и мотомехчастей. Более того, в Генштабе изучали доктрины Германии, где упор делался на «ошеломляющий эффект неожиданности».
«Основной характерной чертой современных войн является внезапность нападения... Система нот заменяется системой налетов» — писал Генштаб задолго до 22 июня. Значит, военные специалисты знали о характере угрозы. Однако политическое руководство в лице Сталина игнорировало эти разработки, рассматривая Генштаб скорее как технический аппарат, а не орган стратегического прогнозирования.
Захаров приводит характерную беседу Шапошникова со Сталиным. В ответ на жалобу о загруженности вождь заметил, что начальнику Генштаба достаточно тратить на текучку 4 часа, а остальное время «лежать на диване и думать о будущем». Это анекдотичное, по сути, указание выдает глубинное непонимание Сталиным рутинной, но колоссальной работы штаба по управлению войсками в мирное время.
Вопрос о «Директиве от 19 июня»
В ходе дискуссий о начале войны часто всплывает миф о секретной директиве от 19 июня 1941 года, якобы уничтоженной Хрущевым. Захаров дает на это косвенный, но убедительный ответ.
Да, с 14 по 19 июня шло переформирование округов во фронты (в Одесском ВО были развернуты управления 9-й и 18-й армий). Но это было организационное развертывание (полевых штабов), а не боевое приведение войск в готовность.
Приказ о выводе штаба 9-й армии в Тирасполь от 14 июня, подписанный Жуковым, касался лишь передислокации управленческого звена. Именно эту бюрократическую подготовку часто выдают за «приказ о готовности». Реальное же боевое распоряжение было отдано Захаровым 21-го числа на свой страх и риск, на основе радиоперехвата, что подтверждает его личную проницательность и отсутствие четкой директивы из Центра.
Заключение
Книга М.В. Захарова — это не просто мемуары, а профессиональный анализ катастрофы 1941 года, данный человеком, стоявшим у руля штабного механизма. Запрет книги в 1971 году доказывает, что даже спустя 30 лет после войны правда о просчетах высшего партийного руководства была опасна для режима. Сегодня этот труд остается одним из самых достоверных источников для понимания того, как цена политических амбиций измерялась жизнями солдат и неготовностью армии к реальной войне.
(Продолжение следует)
