Конец 1990-х. Иркутск. Город, где утро начиналось не с кофе, а с разбора «крыш». Здесь слово «смотрящий» значило больше, чем губернатор, а автомат Калашникова был главным аргументом в споре.
В центре этого ада оказались два человека. Один – кристальной трезвый спортсмен и «криминальный мэр» города Павел Киселёв по кличке Кисель. Другой – матерый «вор в законе» Сергей Бойцов, которого все звали Боец.
Их противостояние длилось недолго. Но он закончилась так, что Иркутск до сих пор вздрагивает при упоминании Дворца спорта на стадионе «Труд».
Кто такие Кисель и Боец?
Чтобы понять масштаб трагедии, нужно познакомиться с героями.
Павел Кисилев, или просто Кисель, в середине 90-х вернулся в Иркутск из мест не столь отдаленных и быстро занял пост неформального «криминального мэра» - «смотрящего» за городом. Это бы не пьющий, не курящий фанат тренажерного зала. Он учредил свое ЧП «Киселев», которое якобы помогало бизнесу с кредитами, а на деле – «крышевало» половину города. Оперативники УБОП шептались, что за его спиной – десятки заказных ликвидаций.
А над Киселем стоял другой – Сергей Бойцов, он же Боец. Вор в законе. Фигура более высокого полета. Жил он в обычной многоэтажке на улице Трилиссера. И именно этот адрес станет роковым.
Взрыв, который разбудил город
26 декабря 1998 года. Восемь вечера. К подъезду дома Бойца на Трилиссера подъезжает Toyota-Crown. Внутри все было готово к тому, чтобы ликвидировать Бойца. Заказчиком выступил Боец.
Но судьба сыграла злую шутку: Бойцова рядом не оказалось. Он отделался испугом. Но, погибли простые прохожие. Это покушение стало точкой невозврата.
Воры в законе не прощают такие ошибки. Но Бойцову не суждено было мстить лично. В феврале 1999 года, спустя чуть больше месяца, Сергея Бойцова ликвидировали в Москве. Официально – киллеры неизвестны. Но оперативники сразу же вспомнили про несостоявшееся покушение в Иркутске. Имя Киселева всплыло снова.
Побег, суд и шокирующее оправдание
Кисель, понимая, что после гибели Бойца на него начнется охота, рванул за границу. В сентябре 1999-го его задержал Интерпол в Праге – как героя боевика, в шикарном костюме, с пачкой наличных. Его выдали России. Семь членов группировки – тоже за решеткой.
Следствие предъявило им 11 статей: бандитизм, организация заказных ликвидаций, вымогательство. Прокурор требовал для Киселя 18 лет строгача. Город замер в ожидании приговора. И тут случилось невероятное.
28 февраля 2002 года Иркутский областной суд встал и объявил: «Оправдать за недоказанностью». Киселя и всех его подельников выпустили прямо в зале суда. Прокуратура рвала и метала, но Верховный суд подтвердил оправдание. Кисель вышел на свободу. И вышел на гибель.
Как позже скажет губернатор Иркутской области Борис Говорин: «Государство не проявило волю – тогда начали действовать другие институты, которые обеспечивают правопорядок».
Фатальный вечер 14 декабря 2002 года
14 декабря. Холодный зимний вечер. Кисель, чувствуя себя неузявимым, приехал со своей женой в спорткомплексе на стадионе «Труд». Он – качать железо, она – на фитнес.
В семь вечера они вышли к машине. Компания подобралась примечательная: сам Кисель с супругой, ее подруга и 15-летний Михаил Соломинский – сын ликвидированного ранее «вора в законе» по кличке Солома. Все расселись в Toyota Mark-2. За ними на «восьмерке» ехали пятеро вооруженных охранников из ЧОП «Гром».
Колонна выехала со стадиона и свернула на узкую дорогу, огибающую трибуну. И тут – глухая стена. Дорогу перегородил Nissan, замерший поперек.
Засада была профессиональной. Двое мужчин в масках выскочили из Nissan. Водитель Toyota попытался сдать назад – поздно. Киллеры профессионально выполнили свою миссию.
Охранники в «восьмерке» выхватили пистолеты и попытались оказать сопротивление – безуспешно. Их также ликвидировали.
Когда киллеры скрылись, во дворе медуниверситета нашли их машину – в салоне валялись маски и два автомата Калашникова. Итог был таков:
· Все, кто находился в Toyota – ликвидированы
· В машине охранников двое выжили: у одного киллера кончились патроны, у второго заклинило затвор.
Спорткомплекс фактически превратился в поле боя.
Почему ликвидировали Киселя? Версия изнутри
Официальная версия от замначальника УБОП Фёдора Чернышова звучала жестко: «Киселя ликвидировали из мести – он организовывал покушения на Бойца».
Но криминальные хроники сохранили другую, более циничную версию.
К тому моменту, когда Кисель вышел на свободу в 2002-м, Иркутск уже поделили без него. Посты «смотрящих» заняли бывший друг Киселя – Вячеслав Гамерник по кличке Гамера. А над Гамерой стояли два монстра Приангарья: вор в законе по кличке Тюрик и лидер Братского ОПГ Михаил Скрипник (в народе – просто «Человек).
Кисель попытался вернуть власть. Сначала рванул в Сочи к грузинским ворам в законе («лаврушникам») – просить поддержку и «корону». Грузины отказали. Потом полетел в Москву на аудиенцию к Тюрику – но его даже не приняли.
Как шептались осведомители, к тому моменту Гамерник и Скрипник уже «переговорили» с Тюриком. И Тюрик дал «добро». Мол, уберите Киселя.
Заказ лег на плечи Михаила Скрипника – главаря самой жестокой банды региона. Исполнителей привезли из Братска. Они несколько дней жили на съемных квартирах в Иркутске, изучали маршруты. И когда Кисель поехал в спортзал – нанесли удар.
Что стало с героями этого противостояния?
Судьба раскидала участников этой драмы по-разному, но почти никого не пощадила:
· Павел Киселев (Кисель) – вскоре был ликвидирован.
· Вячеслав Гамерник (Гамера) – недолго радовался победой. Его ликвидировали в Москве 19 июля 2003 года на следующий день после того, как он организовал покушение на бизнесмена Эдуарда Кирса.
· Михаил Скрипник («Человек») – арестован в 2003-м. В 2005-м начался суд. Ему вменили создание ОПС, бандитизм и ликвидацию Киселя. Приговор? Тюрьма.
· Вадим Моляков, правая рука Скрипника, получил 25 лет за бандитизм и ликвидацию заместителя прокурора Братска.
Эпилог. О чем молчат полицейские сводки
В сухих протоколах это противостояние выглядит как разборки «крыш» и передел собственности. Но за одной строкой «погибло 7 человек» стоят лица.
Криминальный Иркутск рубежа веков – это не только громкие клички вроде Киселя и Бойца. Это сотни «не тех людей в не то время не в том месте», заплативших слишком высокую цену за чужие разборки.
Противостояние Киселя и Бойца давно закончено. Но на стадионе «Труд» до сих пор старожилы избегают той самой парковки у трибуны.