Война
Проснулся возле палатки, кушать охота, пошёл по поминушкам, время раннее, мне досталось только с одной (рюмка водки, огурец, сигаретка и холодец, запечатанный в брикет). Я выпил, закусил, вернулся к палатке и сообразил, что холодец нужно спрятать в тёмное место, чтобы не таял, положил его в траву повыше неподалёку. Очнулся от шороха, я понял, что кто-то похищает холодец.
Подкравшись, как хищник, раздвинул заросли и увидел огромный колючий комок возле недоеденного холодца. При попытке шевельнуть его, он фыркал выпучивал иглы. Не с тем связался. Я рос в Крыму и с детства знал, как надо обращаться с такими. Я взял обеими руками, отчерпывая грунт под ним и, обнаружив мягкое место, просунул туда все четыре пальца.
Ёж съёживался, я размотал его, как шар для кегельбана, зашвырнул далеко в болото, прокричал в след: «Больше не возвращайся!»
Ночью я услышал, как тот ёж доедает холодец – это война.
*** Ночью
Я проснулся в своём бунгале ночью. Курить охота, а спичек нет. Выхожу на улицу, смотрю, стоит мужик возле машины. В два часа ночи, я до сих пор удивляюсь. Зачем он туда приехал? Главное он к могиле не подошел, на перекресток поставил машину, музыка тихонечко играет: «дум-дум».
А у меня спичек не было, курить охота вообще ни спичинки. Пошел на перекресток, где двенадцатый сектор, подхожу сзади, получилось, что потихоньку подошел. Он спиной стоит дверка открыта. Он один, я подошел на расстоянии двух метров.
– Извините пожалуйста, огоньку не найдется? – спрашиваю.
– Нету у меня ничего! – заорал он, аж подпрыгнул.
– Вы не пугайтесь я сторож, я вот со сторожки, – говорю, а сторожа тогда не было.
– Нету у меня ничего! – такой голос истерический, упал в машину.
– У вас же прикуриватель есть? – спрашиваю у него.
– Нету! Нету! – как по газам дал, рикошетом, по дороге, щебень полетел, дрифтанул. Я думал он ворота снесет, улетел.
У меня тоже вопрос: «Чего он там делал, глубокой ночью, не возле могил, на перекрестке, встал тупо и стоит, тоже загадка природы? Почему он так напугался? Не боялся же он туда приехать.
*** Сороки и вороны
Смотрю на сорок и ворон, как они себя ведут на кладбище и поражаюсь над схожестью их действий с человеческими. Они, как и я, заметив, что где-то возле могилы, стоят люди с пакетами, долго ждут, чтобы поживиться. Даже свою ежедневную экскурсию я называю облёт.
Возвращаюсь с облёта, довольный тем, что с предыдущего захода набрал пол рюкзака сладостей. Он висит на гвозде в бунгало возле дверей. На подходе вижу: сидит возле входа сорока, головой вертит туда-сюда, как локатор. Увидела меня, начала кричать. Наблюдаю, как из бунгало, вылетают не одна, а десятки сорок, каждая в клюве что-то несёт. Захожу рюкзак расстёгнут, из него торчат, разорванные пакеты и их содержимое рассыпано по полу. Даже моя соседка, полевая мышь испугано смотрит на меня из своей щели в плинтусе.
До сих пор удивляюсь над складом ума этих птиц. Ведь чтобы произвести кражу, они позаботились обезопаситься, поставив дозорного.
Знаете, я именно после этого случая стал оставлять половину из найденных на могилке конфет, булочек и даже если нет никого рядом кричал: «Это вам, главное спиртное не проливайте, сигареты не исклёвывайте!» – Но всё тщетно, видимо не я один, огорчал их, расхищая их еду, с могилок.
Они не успокаиваются, мстят, расклёвывают сигареты, опрокидывают открытый пузырь. Вороны и сороки смотрят на нас пристально и не совсем добро. Слышал по телевизору о талантах этих птиц, а то что они проявляют эмоции, как месть, зависть, для меня – это нонсенс.
*** Как я пришел на кладбище
Год спустя, иду домой, после очередной попытки выбить зарплату, за два месяца тяжёлого труда, на производстве тротуарной плитки пластиковой черепицы. Как оказалось – это новое направление, нерентабельно с учётом цен, на затрачиваемое электричество, продукция не оправдывает вложений.
Иду пешком, так как цех, в котором работал находится за полтора километра от конечной остановки.
Пришёл домой, встретил обнадёживающие взгляды жены и матери. Собрал в себе остаток сил, объявил, что деньги будут только в конце месяца. Супруга поставила на стол, сваренные на воде рожки и чай, я с огромной благодарностью, за понимание, приступил к трапезе.
Зазвонил дверной звонок. Открыла мама, сказала, что пришёл мой начальник. Я вышел, вижу взгляд у него не добрый. Попросил, он меня, проехать с ним на работу. На мой вопрос, зачем, сказал, что я там всё узнаю.
В конторе, встретили меня оперативники, обвинили в краже денег, обыскали. Пояснили, что в бухгалтерии, оставил начальник, барсетку, в момент, когда они отлучились, кочегар видел, как я туда зашёл.
Иду, после допросов, по той же дороге. Сосед с нижнего этажа встретил, предложил выпить. Я согласился, снять стресс, посвятил соседа в свои проблемы. Он предложил, пойти с ним на работу, которая может мне, по моральным принципам, не понравиться. Оказалось – эта работа копать могилы, расчёт давали сразу. Я согласился.
На следующее утро, я стоял на кладбище, в окружении крестов и памятников, с фотографий, на меня смотрели незнакомые люди.
Мой сосед ловко размечал могилу. Лом оставил яркое впечатление из-за своих размеров. После двух трёх ударов им, об звенящую мерзлоту, мышцы забивались, появлялась дикая одышка и боль в плечах и пояснице.
После получаса такой работы, видя, совсем незначительный результат я убедился, что выкопать такую яму просто нереально. Сосед смеялся над моим пессимизмом, постоянно обещая, что вот-вот скоро пойдёт мягкая земля.
Через полтора часа упорной борьбы, с мерзлотой, лопата пошла в мягкую землю. Данное обстоятельство совсем не радовало, поскольку, после каждого копка, лопату приходилось чистить от налипшей глины, которая намазывалась словно пластилин, моментально замерзала на околевшей стали.
Привезли покушать и выпить. Я мечтал, чтобы мой кошмар быстрей закончился. Мне хватило сил, чтобы помочь донести гроб до могилы и опустить. Когда родственники попрощались мы начали закапывать. В глазах замерцали круги, тело онемело, я упал промеж соседних оградок.
Когда я очнулся, то увидел, что заказчики помогают закапывать могилу. Попытался встать, но меня остановил незнакомый мужчина, на мои попытки объяснить, что я не пьяный и выпил всего два стакана. Он успокоил меня, что всё нормально, главное то, что мы вовремя выкопали могилу.
Мы съездили в контору за зарплатой. В душе глубокое убеждение, что такая работа не для меня. Никогда я на такое больше не подпишусь. Пока ждали бухгалтера, познакомился с остальными работниками организации, та водка которую мы не допили, как раз пригодилась.
Я зашёл домой с пакетами продуктов и свалился спать.
Утром, раздался звонок в дверь. Сосед предложил копать.
*** Стук
Копаем могилы на бомжах, три ямы в ряд. Напротив, через дорогу работает, наш коллега. К нему, на похороны, приедут родственники. Я делаю ему замечание:
– Зачем, грунт, так далеко раскидываешь?! – А он в ответ:
– Мне сказали, что закапывать своими силами будут!
Как обычно привезли гробы раньше, чем мы выкопали. Выгружаем, тащим, а с них зеленая слизь течёт, вонь страшенная, вдохнуть невозможно. Я, раз пять, бегал до кустов.
Мне самый вонючий попался, на крышке мухи ковром скопились, а мне ещё два штыка копать. На последнем зелёная вода пошла, с соседних могилок.
Я вдох сверху делаю, не дыша пару лопат выкину, а сверху смрад от гроба ещё хлеще.
В это лето, вышли холодильники из строя, а безродных двадцать четыре дня держат, по закону.
Я докопал, отошёл в сторону, чтобы отдышаться, жду. Подъезжает джип. Из него выходят две женщины и два амбала и идут в сторону моей могилы. Номерок на кресте посмотрели, он, говорят. Тут бабы, зарыдали. Одна женщина обратилась ко мне:
– Открой крышку, я напоследок на него посмотрю. – Мне пузырь суёт. Как потом пацаны сказали, я чуть ли не воплем закричал:
– Не надо!
Они водки нам оставили, денег заплатили и уехали. Мы дружно закопали две из трех могил.
Начали третью, где-то на половине слышим стук: «Тук, тук, тук». – Мы все оцепенели (неужели из гроба живой стучит?) Сели вокруг молчим, слушаем: «Тук, тук». – тут Ерема закричал:
– Эй, мужик! Ты что живой там?! – В ответ: «Тук-тук, тук-тук».
Стали решать откапывать его или нет. Я убедил всех, с точки зрения физики, давление грунта, его массы, на гроб, сшитый гвоздями, вызывает этот звук, поскольку гвозди выходят постепенно. Все согласились, мы закопали могилу.
Этот день я запомнил на всю жизнь. На кладбище, какая-то история, да происходит, об этом знает только узкий круг людей.