Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Едва переступив порог ресторана, Грегори решительным шагом пересек весь зал и приблизился к столику, за которым сидели его друзья. Обведя собравшихся выразительным взглядом, он взял в руку бокал, наполненный ромом, одним движением осушил его до дна, шумно выдохнул и, опускаясь на стул, устало положил руки на столешницу. Андрей, наблюдая за этим появлением, закурил и с иронией отметил, что начало выглядит многообещающим.
Грегори, сделав многозначительную паузу и оглядев лица сидящих, сообщил, что ближайшие месяцы в Никарагуа ожидаются весьма жаркими. Он поведал о том, как в первых числах июня столицу Гондураса Тегусигальпу тайно посетила крайне представительная делегация во главе с самим мистером Кейси. Далее американец перечислил остальных визитеров, имена которых звучали подобно громогласному списку теневой власти: заместитель директора ЦРУ Макмагон, руководитель всего проекта «Никарагуа» Кларридж, старший аналитик Хортон, а также начальник отдела международной деятельности Роберт Маджи.
Услышав это, Уин машинально потер подбородок и заметил очевидное нарушение: Кейси со своим заместителем Макмагоном грубо попрали секретный протокол, строжайше запрещающий шефу разведки и его второму лицу одновременно покидать пределы страны. Его мучил вопрос о том, что же могло быть настолько важным, чтобы подтолкнуть директора ЦРУ к столь рискованному шагу. Грегори сухо уточнил, что вся эта компания пробыла в Тегусигальпе двое суток. Андрей же, затянувшись сигаретным дымом, поинтересовался сутью работы отдела международной деятельности. Грегори охотно пояснил, что это особое подразделение оперативного управления, заключающее за рубежом контракты, преимущественно со строительными фирмами, для создания инфраструктуры тайных операций: секретных аэродромов, причалов, мостов и дорог. Андрей мгновенно провел параллель, уточнив, что именно это подразделение отвечало за создание базы «Лас-Вегас», на что американец утвердительно кивнул.
Логическая цепочка в голове Андрея выстроилась стремительно. Он предположил, что вскоре стоит ожидать появления целой сети подобных баз, а это, в свою очередь, указывает на прогнозы ЦРУ о резком росте численности контрас в самое ближайшее время. Однако Молчун, поморщившись, отмел значимость баз, посчитав их не самым главным. Куда важнее для него был вопрос о том, какую истинную задачу Кейси поставил перед Кларриджем и Бермудесом, ведь Конгресс до сих пор продолжал тешить себя сказками о том, что контрас лишь борются с поставками оружия из Никарагуа в Сальвадор.
Тут вмешался Уин, тяжело вздохнув и констатировав, что конгрессменам уже порядком надоели россказни директора ЦРУ. Все прекрасно понимали, что реальная цель — свержение сандинистского режима, и именно поэтому к концу сентября финансовая помощь так называемым «борцам за свободу» может быть полностью прекращена. Впрочем, Уин тут же добавил, что это вовсе не означает конца существования контрас, ибо Рейган никогда не смирится с коммунистическим режимом в Никарагуа. Он неизбежно найдет иные, скрытые от глаз Конгресса формы снабжения FDN и ARDE всем необходимым. По мнению Уина, столь блестящая делегация ЦРУ летала в Гондурас совершенно за другим.
В течение этих рассуждений Грегори хранил загадочное молчание. Откинувшись на спинку кресла, скрестив руки на груди, он с легкой, едва заметной улыбкой на губах внимательно слушал друзей. Эта довольная физиономия не укрылась от зоркого взгляда Андрея, который, обведя взором присутствующих, призвал прекратить сотрясать воздух, заподозрив, что Грегори явно утаил самую лакомую часть информации. Под смех американца, который оправдывался тем, что ему было неудобно перебивать столь увлеченный поток гипотез, Молчун с надеждой уточнил, знает ли Грегори поставленную директором ЦРУ задачу. Тот отрицательно покачал головой, но, продолжая посмеиваться, заметил, что ему известно содержание обещания, которое дал Бермудес Кейси при соблюдении определенных условий.
Раздосадованный Молчун выдохнул, пытаясь подобрать для друга подходящее негрубое название, чтобы уши Мари не свернулись от брани. Грегори, с наигранным вздохом предложив заказать ему выпить в качестве извинения, дождался, пока Молчун подзовет официанта. Тот принес бутылку темно-янтарного «Flor de Cana» и пять бокалов, убрал пустую посуду и бесшумно удалился. Молчун собственноручно разлил ром. Грегори, закурив, слегка пригубил напиток и, глядя на напряженные лица друзей, признался, что детали беседы Кейси с Бермудесом ему, к сожалению, неизвестны, однако суть обещания такова: командующий FDN заявил, что при выполнении определенных условий силы контрас способны войти в Манагуа уже в декабре этого года. Это заявление вызвало на лице Андрея выражение неподдельного изумления; он переспросил о серьезности намерений, и американец с твердым кивком подтвердил услышанное. По его словам, Бермудес предоставил Кейси разведывательные данные о том, что в настоящий момент на базах в Гондурасе и Никарагуа сосредоточено восемнадцать тысяч коммандос. Для решающего удара не хватало лишь вооружения и боеприпасов, и Кейси пообещал обеспечить всем необходимым, наладив бесперебойный канал снабжения.
Мари, не сдержавшись, фыркнула, немедленно извинившись перед друзьями за свою несдержанность, но тут же сделала вывод, что все газетные вопли о прекращении финансирования «борцов за свободу» — не более чем отвлекающий маневр, дымовая завеса, призванная усыпить бдительность никарагуанского правительства и отвлечь мировую политическую арену. Андрей, пригубив из своего бокала, усомнился в том, что сандинисты верят пустым заявлениям Вашингтона, как и в саму возможность FDN взять столицу, пусть даже имея на руках любое необходимое оружие. Он предложил перейти к анализу и обобщить все имеющиеся разрозненные данные.
Получив одобрение Молчуна, Андрей напомнил присутствующим о старом плане расчленения Никарагуа с севера на юг, проекте отделения Селайи, который предусматривал создание временного правительства. Формально план оставался лишь на бумаге, к его реализации так и не приступили, но, судя по рассказу Грегори, забывать о нем никто не собирался. Развивая свою мысль и закуривая новую сигарету, Андрей пояснил, что Рейган подкрепляет свои нападки на Никарагуа громкими, но голословными заявлениями, из-за чего Конгресс, выступающий категорически против открытого вмешательства, требует прекратить помощь. Но в случае хотя бы частичной реализации плана по отделению Восточного побережья у президента на руках окажется весомейший козырь, который позволит переломить волю сенаторов.
Уин, отодвинув бокал и положив руки на стол, скептически поморщился, напомнив, что попытки захвата Пуэрто-Кабесас уже предпринимались дважды, и обе завершились полным и сокрушительным разгромом. Андрей, призывая друга не торопиться, предостерегающе покачал указательным пальцем. Он связал грядущие события с тем фактом, что в начале лета в ЦРУ было принято решение вернуться к ранее отвергнутому из-за скандала плану минирования акваторий никарагуанских портов. Молчун, одним глотком осушив бокал, уточнил, неужели оба плана будут реализовываться одновременно. Ответная усмешка Андрея была полна мрачного торжества: общий замысел, по его мнению, включал и еще одну операцию — удар по экономически важному департаменту страны. Когда Грегори, затушив сигарету в пепельнице, предположил, что речь идет о попытке захватить Чинандегу и Леон, Андрей с твердой уверенностью подтвердил догадку, добавив в уравнение и Эстели. Он обрисовал картину, при которой одновременный захват этих ключевых точек фактически лишает Никарагуа всего экспорта; для катастрофы контрас даже не нужно удерживать города, достаточно пары часов, чтобы уничтожить портовую инфраструктуру и склады с продукцией. После такого сокрушительного удара можно будет смело приступить к осуществлению плана по отделению Селайи. И даже несмотря на публичные протесты Пасторы, который кричит, что никогда не будет действовать заодно с FDN, его полевые командиры сделают всё сами — не зря же Робело летал в Тегусигальпу на встречу с Калеро. Одновременные атаки на Восточном побережье и минирование портов окончательно добьют экономику, и тогда контрас без особого труда поставят истерзанную страну на колени.
Мари с неподдельным интересом взглянула на Андрея, спросив, когда, по его мнению, начнется реализация этого чудовищного замысла. Андрей честно признался, что не знает точной даты, но предположил, что спусковым крючком может послужить некое загадочное событие, обещанное Пасторой. Уин в ответ лишь фыркнул, посетовав, что знать бы, что именно это будет. Грегори же внезапно занервничал, потер шею и сказал, что, если отталкиваться от этой логики, у них почти не остается времени. Он предложил срочно вылетать в Тегусигальпу и попытаться как можно быстрее выйти на встречу с Бермудесом и Кларриджем. Если же встреча не состоится, это и станет сигналом к тому, что в ближайшие часы или дни начнут разворачиваться поистине серьезные события. Андрей, поддержав идею, рассмеялся и призвал Молчуна не тянуть и лететь в Тонконтин, полностью отказавшись от первоначальных планов путешествовать по стране. Молчун, скрепя сердце, согласился терпеть полет, предупредив, что делает это в самый последний раз, на что Мари, засмеявшись, напомнила ему никогда не говорить «никогда». В ответ на его вздох и шутливую просьбу о поддержке девушка, привстав, нежно поцеловала его в щеку, добавив, что морально она полностью на его стороне.
Вернувшийся от барной стойки Грегори, успевший узнать расписание рейсов, присел к столу и с улыбкой сообщил, что они летят ночью, проведут в Сан-Хосе лишь пару часов и прибудут в Тегусигальпу к восьми утра, если, конечно, ничего не случится. Молчун тут же выразительно посмотрел на друга, смерив его упрекающим взглядом за столь дурную примету, но Грегори лишь пожал плечами, сославшись на возможную нелетную погоду, и перевел разговор в мирное русло, предложив поесть, так как у него разыгрался зверский аппетит. Молчун со смехом признал, что это первая умная мысль за всё время.
Тем временем, пока они ожидали заказ, Андрей с Уином вернулись к обсуждению предстоящих боев. Уин поинтересовался, будет ли действительно их разрешение на действие, если начнутся открытые столкновения. Андрей полагал, что свобода действий сохранится лишь до определенного момента, но ситуация крайне опасна, ведь с ними Мари. Он напомнил о творившемся в семьдесят восьмом году в Леоне. На замечание Уина об отсутствии у контрас самолетов, Андрей парировал, что у самих контрас действительно много чего нет, но вот у Гондураса авиация имеется, и, если они правы, генерал Эрнандес уже получил прямой приказ от Кейси. Молчун, потирая ухо, согласился, что выделенные на перевооружение четыреста тысяч долларов нужно отрабатывать, и предположил, что сандинистам в таком случае придется очень тяжело. Впрочем, Андрей, поморщившись, отмел идею о переодевании гондурасских солдат в униформу FDN, назвав такой риск для генерала чрезмерным. Он предположил, что бои будут полномасштабными и фронтальными, но поддержка артиллерией и авиацией наступления контрас, с наемниками за штурвалами, вполне реальна. Мари, наблюдавшая за этим мрачным анализом, тяжело вздохнула, заметив, что разговор рисует картину полноценной войны. Андрей с тяжелым сердцем подтвердил, что в этот раз будет именно так, обе стороны понесут колоссальные потери, но даже после этого контрас не успокоятся, ибо пока Соединенные Штаты будут вливать деньги, эта война не прекратится никогда.
Полную версию и другие произведения читайте на Boosty, подписка платная всего 130 рублей месяц.
На площадке Author Today можно приобрести и скачать в формате FB2 электронные книги: «Пикси», «По прозвищу Змей», «Серж» (6 книг), «Сашка» (пока 7 книг).