«Средняя стоимость литра мёда в январе–мае достигла 868 рублей, что на 16% выше показателей предыдущего года» .
Вот она, главная сладость нашей экономики. Сахарозаменитель. Пчелиный труд, превращённый в роскошь. Пока инфляция жужжит, как разозлённый рой, цены на мёд взлетают, и мы, вместо того чтобы мазать его на хлеб, просто тихо закрываем холодильник и идём за сахаром.
За первые пять месяцев 2026 года продажи мёда рухнули на 7–8% . В прошлом году падение было ещё более громким — минус 10% . Аналитики «Чек Индекса» делают руки в боки и докладывают: падение объёмов — прямое следствие цен . Люди не перестали любить мёд. Они просто перестали его покупать.
Цифры не врут (в отличие от некоторых продавцов).
- Средняя цена за литр: 868 руб.
- Рост к прошлому году: +16%
- Цена за килограмм в мае (по данным Росстата): 694,7 руб.
- Рост за год: +12,5%
Выручка продавцов выросла на 18%, но это не «золотые горы». Это «ценовое давление». Денег стало больше, а мёда — меньше. Парадокс, который можно объяснить только одним: мы не покупаем мёд. Мы покупаем «эффективное ценообразование».
Почему пчёлы решили устроить забастовку?
Всё просто: сезон 2025 года был катастрофой. Зимовка пчёл провалилась. Поголовье сократилось на 20–25%. Часть медоносов просто погибла . Пчеловоды сами сидят на голодном пайке.
По данным участников рынка, себестоимость производства мёда взлетела на 40% . А розничные цены поднялись всего на 20%. Чувствуете разницу? Производители несут убытки, а ритейл ровно перекладывает издержки на нас. Некоторые популярные сорта вообще исчезли с полок — производители не смогли договориться с сетями о новых закупочных ценах .
Глава Союза пчеловодов России Валерий Михеев предупреждает: до конца года мёд подорожает ещё на треть . Причины, как всегда, солидные: рост цен на энергию, повышение ставки НДС — всё идёт в топку .
Ирония мёда: почти весь — наш, но нам не по карману
В АКОРТ бодро рапортуют: почти 99% мёда на прилавках — отечественного производства . Мы — лидеры по пчеловодству. В Поволжье собрали 19 345 тонн . В Башкортостане — рекордные 5664 тонны, на 12,2% больше, чем в 2024-м .
И что? Это «изобилие» не делает мёд дешевле. Каждая баночка мёда из Башкортостана несёт в себе государственный патриотизм, но ценник говорит: «Отечественное — значит, дорогое».
Качество vs цена: где истина?
Мы платим больше, но не факт, что получаем больше. Роскачество проверило мёд с онлайн-площадок и обнаружило признаки фальсификации почти в половине образцов . В продукцию подмешивают сахарные сиропы. Под видом «липового» продают «дешёвый сахарный сироп с ароматизатором».
В «Гипер Ленте» признали: даже при стабильном ассортименте доля продукции с подтверждёнными сертификатами на рынке сокращается .
Есть ли свет в конце улья?
РСХБ прогнозирует, что производство товарного мёда в 2026 году вырастет почти на 2%, до 66,1 тыс. тонн . Восстановятся объёмы сбора. Но кто сказал, что это снизит цены? Никто.
P.S. Мёд — не просто еда. Это лакмус нашей экономики.
В США наш мёд закупают почти на 300 тысяч долларов . В Сербию, Китай, Казахстан, Словакию его везут тоннами . Из Башкортостана за границу ушло 103,7 тонны — почти в 4 раза больше, чем в 2024-м .
За границей наш мёд ценят. У нас — дорожают, продаются хуже и подделываются. Граждане пьют чай без мёда. Потому что он стал непозволительной сладостью. Дорогой. И, как выясняется, ещё и ненадёжной.
Мёд — один из главных продуктов России, а мы его не покупаем. Потому что не на что. Потому что дорого. Потому что беднеем. Каждая банка мёда на полке — это напоминание о том, как мы богаты ресурсами, но бедны возможностями.
Пчёлы работают, пасечники стараются, а результат мы видим в ценниках. Это не «сладкая жизнь». Это «горькое осознание». И главная сладость в нашей жизни — это когда цена на что-то не растёт. Но такой сладости, увы, уже не осталось. Только мёд. Который мы не можем себе позволить.
