Телефон завибрировал ровно в 14:30. На экране высветился незнакомый номер, а следом пришло СМС с текстом: «Галина Ивановна, ваш долг перед МФО передан коллекторам». Оксана вытерла мокрые руки о кухонное полотенце. Она медленно осела на табуретку. Какая МФО? Мама третий месяц лежит в реабилитационном центре после тяжелого инсульта.
Она схватила старенький мамин смартфон. Этот аппарат лежал в комоде с самого октября. Галина Ивановна не могла даже ложку держать, не то что брать кредиты. Оксанка разблокировала экран. Пальцы дрожали.
Она зашла в приложение сообщений. В папке «Спам» висело сорок непрочитанных писем.
«Вам одобрен займ на 50 000 рублей. Введите код…»
«Перевод 80 000 рублей успешно выполнен».
«Срочно погасите задолженность!»
Оксана начала считать. Одно МФО, второе, пятое. Шесть контор. Общая сумма с процентами перевалила за 350 000 рублей! Даты оформления били прямо в лоб. Пятнадцатое октября. Семнадцатое октября.
В голове Ксюши щелкнул тумблер. Семнадцатого октября Денис пригнал во двор сверкающую черную «Киа К5».
— Взял потребкредит! — гордо заявил тогда муж. — И у пацанов занял. Зато теперь ездим как люди!
Оксана уставилась на остывающий суп. Гробовая тишина давила на уши. Денис знал пин-код от маминого телефона. Он сам отвозил вещи Галины Ивановны в больницу.
Оксана набрала номер конторы из последнего СМС. Гудки шли целую вечность.
— Алло! Служба взыскания, — рявкнул грубый мужской голос.
— Здравствуйте. Тут на имя моей мамы висит долг… — Ксюша сглотнула подступившую тошноту. — Галина Ивановна ее зовут.
— И что? Будете платить, Галина Ивановна? Или приехать описать ваши телевизоры?
— Она инвалид! Она физически не могла взять этот кредит! Вы куда смотрели?
— Девушка, займ оформлен онлайн! — голос в трубке стал наглым. — Код из СМС введен? Введен. Карта для перевода привязана? Привязана. Деньги ушли на карту некоего Дениса Сергеевича. Вопросы?
Оксана сбросила вызов. Денис Сергеевич. Ее муж. Отец ее ребенка.
Она вскочила с табуретки. Открыла шкаф в прихожей. Там висела куртка Дениса. Оксана вывернула карманы. Пусто. Заглянула в верхний ящик комода, где Ден хранил свои документы.
Под стопкой старых квитанций лежал белый конверт. Ксюша разорвала его. Внутри лежала новенькая сим-карта и бумажка с паролями от личного кабинета Госуслуг мамы.
Оксана прикусила губу до крови. Ее родной муж. Ее Дениска. Он обчистил парализованную тещу, чтобы купить себе тачку.
Входная дверь щелкнула. Повернулся ключ в замке. Оксана замерла посреди коридора с маминым телефоном в руках.
— Ксюш, я дома! — Денис скинул кроссовки и бросил ключи на тумбочку.
Он светился от счастья. Румяный, довольный. В руках пакет с пивом и чипсами.
— Чего стоишь в темноте? — муж включил свет и улыбнулся. — Жрать есть че? Я голодный как собака.
Оксана смотрела на него. Десять лет брака. Ипотека. Ремонт своими руками.
— Ден, а где ты взял деньги на машину? — тихо спросила она.
Денис замер. Улыбка сползла с его лица. Он поставил пакет на пол.
— Я же говорил. Кредит. Плюс у Сереги занял. Чего ты начинаешь опять?
— У Сереги? — Оксана шагнула вперед. — А Серега в курсе, что он теперь микрофинансовая организация?
Муж моргнул.
— Ты о чем вообще?
Оксана бросила мамин телефон прямо в него. Денис рефлекторно поймал аппарат. Экран засветился, показывая открытое сообщение от коллекторов.
— Шесть микрозаймов, Денис! Триста пятьдесят тысяч! На имя парализованной женщины! — голос Ксюши сорвался на крик.
Денис посмотрел на экран. Лицо его пошло красными пятнами. Он бросил телефон на комод.
— И че? Ты в ее телефон лазила?! Кто тебе право давал?!
— Ты нормальный вообще?! — закричала Оксана. — Ты на больную мать кредитов навешал! Это статья!
Денис нервно усмехнулся. Он сунул руки в карманы и прислонился к стене.
— Ой, да не ори ты так! Соседей перебудишь. Ничего твоей Гале не будет!
Оксана опешила. Она ожидала оправданий. Извинений. Страха. Но только не этой ледяной наглости.
— Чего не будет? К нам завтра коллекторы придут! — выдохнула она.
— Пусть приходят, — отмахнулся Ден. — Она овощ, Ксюш. Давай смотреть правде в глаза. Галина Ивановна уже не встанет. У нее ни собственности, ни денег. Квартира на тебя оформлена. Пенсия копеечная. Ну будут приставы у нее с пенсии по тысяче рублей удерживать. Нам-то что?
Оксана почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Ты это сейчас серьезно?
— Абсолютно! — Денис повысил голос. — Зато я на нормальной тачке езжу! Я на ней тебе продукты вожу! Я на ней к твоей же мамаше в больницу мотаюсь! Или мне на автобусе надо было трястись?
Оксана схватилась за голову.
— Ты украл ее паспортные данные… Ты ввел коды…
— Да я семье помог! — заорал Дениска. — Мы полтора года копейки считали! Твоя мать всё равно в кредитной истории уже не нуждается! На тот свет с чистой совестью собралась?
В воздухе повисла тяжелая пауза. Оксана посмотрела на мужа так, словно видела его впервые в жизни.
— Собирай вещи, — тихо сказала она.
— Чего? — Денис скривился. — Ксюш, не неси бред. Я за ипотеку плачу.
— Собирай вещи и пошел вон из моей квартиры! Сейчас же!
Денис злобно пнул тумбочку.
— Да пошла ты! Сама потом приползешь, когда жрать нечего будет!
Он схватил куртку, громко хлопнул дверью и ушел. Оксана сползла по стене на пол.
Утром Ксюша не пошла на работу. Она заварила крепкий кофе и села за кухонный стол. В голове крутился четкий план. Никаких слез. Никакой истерики.
Она достала из шкафа папку с документами. Нашла договор на их однокомнатную квартиру. Квартира покупалась в браке. Денис тогда вложил свои восемьсот тысяч от продажи дедовской дачи, а остальное они взяли в ипотеку. Ипотеку закрыли год назад. Половина квартиры по закону принадлежала ему.
Оксана открыла ноутбук. Зашла на сайт МВД. Открыла форму подачи заявления по факту мошенничества. Вписала все данные. Номера кредитных договоров. Даты переводов. Фамилию мужа. Прикрепила скрины с телефона мамы.
Она сохранила заявление в черновики. Затем открыла бланк дарственной на долю в квартире. Заполнила пустые поля.
В 12:00 замок щелкнул. Денис вернулся. Помятый, с запахом перегара.
Он прошел на кухню, налил воды в стакан и выпил залпом.
— Остыла? — хмыкнул Ден, садясь напротив жены. — Давай забудем этот цирк. Я сегодня первую выплату сам внесу, если тебя так парит этот долг.
Оксана молча пододвинула к нему распечатанную бумагу и ручку.
— Что это? — Денис нахмурился.
— Дарственная. На твою половину квартиры. Переписываешь ее на меня. Прямо сейчас едем в МФЦ и подаем документы.
Денис рассмеялся в голос.
— Ты с дуба рухнула, Оксанка?! Я в эту хату восемьсот кусков своих кровных вложил! Щас разбежался!
Ксюша невозмутимо развернула к нему экран ноутбука. На мониторе светилось заполненное заявление в полицию по статье 159 УК РФ.
— Нажимаю кнопку «Отправить», и к вечеру за тобой придут. Семь лет, Денис Сергеевич. Посидишь, подумаешь о семье.
Муж побледнел. Смех оборвался. Он уставился на экран.
— Ты блефуешь… Ты мужа родного не посадишь.
— Мужа не посажу. А вора, который обокрал мою маму — с удовольствием.
— Ксюша! — голос Дениса дрогнул. — Это же моя единственная жилплощадь! Ты меня бомжом оставить хочешь из-за сраных трехсот тысяч?! Квартира три миллиона стоит! Это неравноценно!
— А ты не торговался, когда на мать долги вешал, — отрезала Оксана. — Подписывай. Или я жму Enter.
Денис заметался по кухне. Он схватился за волосы. Начал орать, что она не имеет права, что это шантаж. Оксана сидела неподвижно.
— Десять секунд, Ден. Девять. Восемь…
— Тварь! Какая же ты тварь! — процедил муж.
Он подлетел к столу, схватил ручку и злобно чиркнул свою подпись на бланке.
— Подавись! Подавись своей хатой и своей мамашей! — орал Денис.
Оксана аккуратно забрала документ.
— А теперь бери свои сумки. Они уже собраны в коридоре. И чтобы духу твоего здесь не было. С кредитами своими сам разбирайся.
Денис вылетел из квартиры через пять минут. Ксюша закрыла за ним дверь на оба замка. Вечером она позвонила свекрови и сообщила, что Денис переезжает к ней на неопределенный срок. Без доли в квартире. Без денег. Но зато на крутой тачке. Свекровь прокляла Оксану в трубку и назвала мошенницей, которая отобрала у мужика последнее жилье.
А как вы считаете, Оксана поступила слишком жестоко, отжав у мужа квартиру за чужой долг, или он заслужил остаться на улице?