Удивительная у Вадима Туманова судьба. Друг Высоцкого. Сидел при Сталине. Мыл золото на Севере. Шесть побегов из лагерей. Его артель добыла золота больше, чем любое предприятие отрасли в истории СССР. А в перестройку гонения на него были сильнее, чем при Брежневе: против Туманова был сам Горбачев, а помогли ему ненавидимый сегодня Егор Гайдар и его отец-адмирал Тимур.
Удар Туманова
В молодости Туманов боксировал за сборную Тихоокеанского флота, и феноменальный удар не раз пригодился ему в жизни, вообще: умение давать сдачи спасало ему жизнь. Был краснофлотцем, летом 1945-го участвовал в войне с Японией. А в 1948-м, третьим помощником капитана парохода «Уралмаш», был арестован по 58-й статье — как сам говорил, «за любовь к Есенину».
Так началась удивительная взрослая жизнь. В заключении сроки добавляли по уголовным статьям; по лагерям прокатилась «сучья война», в которой погибли тысячи. Туманова сломать не смогли: за семь лет — шесть побегов. Однажды при всех кулаком пробил кирпичную печь — чтобы доказать, что проломил голову блатному кулаком, а не кастетом.
В разговоре с Высоцким Туманов часто вспоминал лагерь, рассказывал про тамошний «беспредел»
(есть запись, где, услышав слово «беспредел» из уст Туманова, Высоцкий среагировал: «Что? Слово такого не слыхал…»).
500 тумановских тонн
Спасли Туманова не только крепкие кулаки, но и крепкий характер, а еще «не советские» мозги.
После смерти Сталина в лагерях он создал свою первую бригаду из зэков, где с первого дня ликвидировал зоновскую иерархию.
Артель Туманова работала так производительно, что его заключенные зарабатывали больше начальника «Дальстроя». Был огромный конкурс на то, чтобы стать старателем тумановской команды. А уже в 1956-м его дело пересмотрели со снятием судимости — он добился освобождения и своих ребят. Но остался работать на Северах.
Человек без экономического образования, Туманов интуитивно понимал в реальной экономике больше партийных теоретиков и дипломированных начальников.
Выбором стала артельная форма труда — хоть и коллективная, но не подавлявшая личность. Его старатели установили непобитый в СССР рекорд — добыли более 500 тонн золота, и это только то, что признали официально. Неофициально, по словам Туманова, достали еще больше.
Как это работало: трудились вахтовым методом, без выходных, по 10–12 часов, и при строжайшем сухом законе. Но жили, «как короли»: в теплых домах, с баней и круглосуточной столовой и врачом на каждом участке — и это в эпоху советских лагерей!
Туманов был уверен: дай советским людям возможность зарабатывать по труду — и судьба страны сложилась бы иначе. Но это и тогда звучало наивно, и сейчас так же звучит. Известно и горько: когда Туманов в 80-90-х, про которого писали книги, пытался предложить реформы, это всерьез никто и никогда не рассматривал.
Посмотрите в сети, видео есть, где уже на пенсии Туманов трогательно пытается донести мысли об идеальной организации труда…
«Непоющий» Высоцкий
В артель «Лена» в 1976-м приезжал Высоцкий. Но познакомились они за три года до этого. Дружба продлилась семь лет — столько, сколько было суждено еще прожить Высоцкому — и годы эти были для него самые тяжелые.
Станислав Говорухин вспоминал: Туманов был самой яркой личностью в окружении Высоцкого, тот слушал его ночами напролет и писал о нем песни. А писатель Карякин назвал Туманова «непоющим Высоцким»: «Володя пел за него».
Под влиянием рассказов Туманова о сталинской системе менялись и взгляды Высоцкого: если в анкете 1970 года он назвал самой замечательной личностью Ленина, то позже они вместе с Тумановым внесли Ленина в список ста «самых несимпатичных людей» — рядом с Гитлером, Мао, Кастро.
После ввода советских войск в Афганистан Высоцкий увидел по новостям сюжет о гибели молодоженов от советской ракеты. Он рвался к Сахарову и иностранным журналистам, но Туманов удержал его: «Ты и так делаешь не меньше, чем Сахаров и Солженицын». Потом жалел.
Ночные разговоры Высоцкого и Туманова записывались на пленки, которые Туманов до смерти не хотел обнародовать: много нецензурного, ну а как еще иначе говорить о страшных вещах?
Кстати, песня «Побег на рывок» Высоцкого описывает реальный побег Туманова. Новым сроком за побег он довел свой «стаж» до 25 лет. Как уже говорилось, дело в итоге было пересмотрено.
Пробрало! - телогрейка
Аж просохла на мне
Лихо бьет трехлинейка
Прямо как на войне!
Как за грудки, держался я за камни
Когда собаки близко - не беги!
Псы покропили землю языками
И разбрелись, слизав его мозги
Приподнялся и я
Белый свет стервеня
И гляжу - кумовья
Поджидают меня
Пнули труп: "Эх, скотина!
Нету проку с него
За поимку полтина
А за смерть - ничего"
<...>
Я сначала грубил
А потом перестал
Целый взвод меня бил
Аж два раза устал
Зря пугают тем светом
Тут - с дубьем, там - с кнутом
Врежут там - я на этом
Врежут здесь - я на том
Травля и прощание с «Печорой»
Самым тяжелым периодом Туманов считал перестройку.
В 1987-м началась кампания против артели «Печора»: его обвиняли в эксплуатации старателей и жажде наживы. Старатель сам хорошо понимал, в чем причина травли:
«Министерство в отчаянных усилиях на скромные проценты едва-едва повышает экономическую эффективность. И тут мы отличаемся разительно. Производительность труда в «Печоре» более чем втрое выше средней по отрасли… Только дискредитируя те пока еще немногочисленные предприятия, где полный, последовательный хозрасчет, зависимость доходов каждого от конечного результата, демократизм внутрипроизводственной жизни становятся нормой, чиновники могли доказать необходимость жесткого административного управления».
Вступился за Туманова отец ненавидимого сегодня Егора Гайдара, Тимур Аркадьевич. Принес министру обороны Язову архивный список экипажа, где значилось имя Туманова как участника войны с Японией 1945 году. Травлю Туманова вели всесильный Егор Лигачев и министр Дурасова. Первого Туманов люто ненавидел всю оставшуюся жизнь.
Производительность «Печоры» была втрое выше средней по отрасли, но именно это и мешало чиновникам, ведь успешный хозрасчет дискредитировал административное управление.
В защиту Туманова публично выступали Говорухин, Евтушенко, Федоров, Шмелев; письмо в «Коммунисте» инициировали Гайдар и Лацис. Статья вышла, хотели и дальше рассказывать про эффективность артелей —но позвонил Горбачев: «Защищаете не того человека, которого надо защищать».
Травля задела и семью: жену Римму, звезду пятигорского телевидения, вынудили уйти после 25 лет работы, она перенесла два инфаркта.
...«Печору» ликвидировали, но Туманов подал в суд на «Социндустрию» и выиграл.
Позже создал новую артель — «Строитель», бригады которой проложили тысячи километров дорог, державшихся без ремонта более двадцати лет.
И так в работе Туманов прожил 96 лет. Но умер непонятым.