Она появилась в июне.
Пришла утром, часов в семь, когда я только закончила дойку. Два негромких стука в ворота. Я вышла.
Женщина лет пятидесяти, может старше. Платок, тёмное платье старого покроя, холщовая сумка. Лицо деревенское, загорелое, в морщинах. Спросила: молоко продаёте?
Я сказала: продаю, три литра в день могу давать.
Она говорит: беру. Деньги достала сразу - за неделю вперёд. Взяла банку и ушла.
Я смотрела ей вслед. Шла ровно, неторопливо. Свернула за угол.
Я не видела откуда пришла.
Приходила каждое утро. Ровно в семь, два стука. Брала молоко молча, платила без разговора. Иногда говорила: хорошее молоко. Или: коровы здоровые.
Дочка Катька однажды вышла со мной - ей двенадцать, любопытная. Авдотья посмотрела на неё. Потом протянула сдачу.
Вечером Катька говорит: мам, у тётки монеты холодные были. Ледяные прямо.
Я говорю: руки у людей разные бывают.
Катька говорит: не руки. Монеты. Как будто она их из ледяной воды достала.
Я не придала значения.
В июле начала считать.
Три литра в день. За месяц - девяносто литров. Я спросила осторожно: семья большая? Она говорит: нет семьи. Я говорю: одна живёте? Кивнула.
Одинокая женщина. Девяносто литров в месяц.
Я спрашивала в деревне - никто не знал Авдотью. Соседка Люба не видела. Магазинщица не видела. Фельдшер не видела. Никто не знал где она живёт и откуда приходит.
Деньги платит. Молоко берёт. Я молчала.
В августе не спалось.
Лежала, слушала ночь. Часа в три услышала шаги во дворе - тихие, медленные, уверенные. Встала. Подошла к окну.
Авдотья шла через двор к коровнику.
В темноте - не спотыкалась, не замедлялась. Как будто видела в темноте так же как днём. Дошла до коровника, подняла засов - я не запираю на ключ - и зашла.
Я стояла у окна. Взялась за ручку - выйти, окликнуть. И услышала изнутри коровника звук.
Не мычание. Не возня. Что-то ровное, низкое - как будто Авдотья говорила, очень тихо, и коровы ей отвечали таким же низким звуком. Все три разом. В унисон.
Я отпустила ручку. Осталась стоять.
Через двадцать минут она вышла. Прошла через двор. Ушла за ворота. Руки пустые - ничего не взяла.
Я спустилась в коровник. Коровы стоят, смотрят на меня. Здоровые, спокойные. На полу ничего. Только запах - сладкий, нездешний, полевой. Не коровий и не сенной. Через час выветрился.
На следующий день купила замок. Ключ на ночь клала под подушку.
Утром она пришла как обычно.
Я вынесла молоко. Смотрела на её руки когда брала банку - Катька была права, от пальцев шёл холод даже когда я просто стояла рядом. Как от открытого погреба в жару.
Спросила напрямую:
- Авдотья, вы ночью приходили. В коровник.
Она не удивилась.
- Проверяла.
- Что проверяла.
- Коровы. Смотрела как они.
Я говорю: зачем ночью. Она помолчала. Потом:
- Ночью лучше видно что внутри.
Я не поняла что это значит. Спросила: будете ещё приходить ночью?
Она посмотрела на коровник.
- Замок поставили, - говорит. Не вопрос - просто факт. - Хорошо. Значит не надо больше.
Взяла банку и ушла.
В сентябре заболела Катька.
Температура, горло - обычная простуда. Фельдшер посмотрел, сказал пройдёт. Мы никуда не выходили, я никому не говорила.
Утром пришла Авдотья. Я шла через двор с банкой - она уже стояла у ворот. Спросила прежде чем я открыла рот:
- Дочка заболела?
Я остановилась.
- Откуда вы знаете.
Она смотрела не на меня - на дом. На Катькино окно на втором этаже.
- Вижу, - говорит.
- Что вы видите.
Она перевела взгляд на меня. Помолчала.
- Жар. От окна идёт.
Я смотрела на Катькино окно. Закрытое. Занавеска задёрнута.
Я отдала молоко. Зашла в дом. Села на кухне.
Думала: она говорит что видит жар от закрытого окна с занавеской. Но замок на коровнике увидела сразу - сказала "замок поставили" без удивления, как будто знала заранее. Значит она видит что хочет видеть. Или то что ей нужно.
Я не знала что делать с этим пониманием.
Авдотья приходила и в октябре. И в ноябре.
Катька поправилась быстро - за три дня, хотя фельдшер говорил неделю минимум. Коровы здоровы. Удой вырос на полтора литра в день и держится.
Я думала: надо перестать продавать ей молоко. Надо не открывать ворота.
Думала и открывала.
Потому что однажды утром в октябре она пришла и сказала - просто так, без предисловий:
- У средней вашей коровы нога к весне заболит. Я посмотрю.
И всё. Взяла банку и ушла.
Я стояла у ворот и понимала что она сказала не угрозу. Она сказала что придёт и посмотрит. Что это в её силах - посмотреть и сделать что-то. Что средняя корова это знает - иначе откуда тот унисонный звук в коровнике ночью, тот ответ который я слышала через дверь.
Декабрь. Она приходит каждое утро.
Ровно в семь. Два негромких стука.
И я открываю ворота.
Все персонажи и события вымышлены, совпадения случайны.
Так же вы можете подписаться на мой Рутуб канал: https://rutube.ru/u/dmitryray/
Или поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/dmitry_ray
Одноклассники: https://ok.ru/dmitryray
#мистика #страшныеистории #деревня #необъяснимое