Кожу я нашёл в апреле, сразу после паводка.
Шёл по просеке к дальним силкам - снег уже сошёл, земля раскисла, идти было тяжело. В низине между двумя соснами что-то белело. Я подумал - пакет, мусор занесло. Подошёл.
Это была кожа.
Не звериная - я охочусь двадцать лет, видел всякое. Человеческая. Целая, от макушки до пят, как комбинезон вывернутый наизнанку. Лежала в низине аккуратно - не брошена, именно уложена. Руки вдоль, ноги вместе.
Я присел. Потрогал.
Тёплая.
Не чуть тёплая - тёплая как живая. Я отдёрнул руку. Встал. Огляделся - лес тихий, птиц нет, ветра нет. Только капает где-то талая вода.
На внутренней стороне запястья были отпечатки пальцев. Вдавленные, как на глине. Я смотрел на них и думал - пять пальцев, человеческая рука, нормальное расстояние между ними. Только слишком длинные. Каждый палец на треть длиннее чем должен быть.
Я развернулся и пошёл к деревне.
Силки не проверил.
Дома долго сидел за столом. Убеждал себя: медицинская аномалия. Разложение в особых условиях. Я не патологоанатом, не понимаю как это работает.
Тёплая кожа. В апреле. После ночи с минусом.
Позвонил Санычу - он у нас по охотхозяйству, тридцать лет в лесу. Рассказал. Он молчал долго. Потом спросил:
- В низине между соснами на просеке к дальним силкам?
- Да.
- Ты её трогал?
- Один раз.
Пауза.
- Приходи.
Саныч налил по стопке. Себе выпил сразу.
- Моя бабка называла его Линяющим, - сказал он. - Весной скидывает, как змея. Новую растит за лето. К осени уже не отличишь от человека.
Я смотрел на него.
- Ходит среди людей, - продолжал Саныч. - До следующей весны. Раз в несколько лет берёт кого-нибудь. Когда проголодается.
- Берёт - это как.
Он не ответил. Сказал только:
- Кожу ты трогал. Он теперь знает про тебя. Чувствует где ты.
Я шёл домой и думал: старый человек, тридцать лет один в лесу, насмотрелся. Бывает.
Тёплая кожа. Длинные пальцы.
Я почти убедил себя.
В мае в деревне появился новый человек.
Никто не знал откуда. Сказал - из района, работу ищет. Нина Петровна сдала комнату. Мужик как мужик: лет сорок, крепкий, немногословный. Андреем назвался.
Я увидел его на третий день у магазина.
Что-то кольнуло сразу. Лицо обычное, стоит нормально. Но что-то.
Он не моргал. Я смотрел минуту - ни разу. Смотрел в сторону леса, курил, не моргал.
Я прошёл мимо. Он повернул голову и посмотрел на меня. Кивнул.
Я кивнул и пошёл. Шея стала мокрой - не от жары, просто стала мокрой, и шаг сам собой укоротился, тело тормозило, не пускало спиной к нему.
Позвонил Санычу вечером. Рассказал. Он спросил: глаза какого цвета. Я не запомнил. Саныч сказал: посмотри при случае. Если меняются на свету - это он. И добавил: не оставайся с ним наедине. Лучше уезжай.
Я не уехал. Не знаю почему. Может не верил до конца. Может думал - посмотрю ещё.
На пятый день Андрей помогал Митьке чинить забор. Я наблюдал через улицу. Митька что-то говорил, смеялся, Андрей кивал. Нормальный мужик, нормальный разговор. Потом Митькина собака - здоровый кобель, ничего не боится - подошла к Андрею и встала. Не зарычала, не залаяла. Просто встала и начала дрожать. Андрей опустил на неё взгляд. Собака легла на землю, прижала уши и поползла под крыльцо.
Митька засмеялся - говорит, дурная собака.
Андрей не засмеялся. Смотрел под крыльцо куда уползла собака. Долго.
Я ушёл домой.
На следующий день мы столкнулись у колодца.
Он набирал воду, я подошёл. Он поднял голову.
В тени колодца глаза тёмные, почти чёрные. Он шагнул в сторону - на него упало солнце. Глаза стали жёлтые. Не карие - жёлтые, как у кошки. На секунду, потом снова тёмные.
Я не успел отвести взгляд.
Он смотрел на меня. Я смотрел на него.
Улыбнулся - медленно, зубы ровные, белые.
- Ты в лесу весной нашёл кое-что, - сказал он.
Не вопрос.
Я взял ведро - расплескал половину - и пошёл домой. Достал телефон. Набрал Саныча. Не берёт. Ещё раз. Не берёт.
Я смотрел в окно на улицу. Андрей вышел со двора Нины Петровны и пошёл к лесу. Медленно, не оглядываясь.
Я думал: вот сейчас. Пока он в лесу - собрать вещи, сесть в машину, уехать к брату.
Потом подумал про Саныча. Про то что Саныч живёт на краю деревни, один, у самого леса. Про то что не берёт трубку уже полчаса.
Я взял ружьё Саныча - он давал мне ключ от сарая ещё зимой, я чинил там крышу. Его ружьё надёжнее моего, я знал где патроны. Зашёл, взял, зарядил. Пошёл к нему.
Дом Саныча стоит на отшибе, огород упирается в лес. Я шёл быстро. В лесу за огородом трещало - ветки, тяжело, ритмично, как будто что-то большое ходит близко к опушке.
Дверь открыта.
Я вошёл. В доме темно. Нашёл выключатель.
Саныч сидел за столом. Дышал - я видел. Но смотрел в стену и не реагировал. Я тряс его за плечо - ничего. Глаза открыты, в глазах пусто.
На полу от порога до стола - следы. Грязь, лесная, влажная. Кто-то прошёл от двери прямо к Санычу. След узкий, длинный. Пальцы на следе длиннее чем должны быть.
Я достал телефон.
За спиной скрипнула половица.
Андрей стоял в дверях. Смотрел на меня жёлтыми глазами - теперь не мигая, не меняясь, постоянно.
Я поднял ружьё и выстрелил.
Он остановился. Посмотрел на дыру в груди. Потом на меня.
И улыбнулся.
- Ты трогал кожу.
Все персонажи и события вымышлены, совпадения случайны.
Так же вы можете подписаться на мой Рутуб канал: https://rutube.ru/u/dmitryray/
Или поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/dmitry_ray
Одноклассники: https://ok.ru/dmitryray
#мистика #хоррор #страшныеистории #рассказысемейные