Запах запечённой семги смешивался с ароматом дорогих лилий. У входа в банкетный зал стоял золоченый мольберт со схемой рассадки гостей.
Анна поправила воротник бордового платья. Ткань кололась. Платье она купила вчера на распродаже. Все деньги ушли на этот вечер.
Она провела пальцем по плотной бумаге. Стол номер один. Президиум. Молодожены. Родители жениха — Игорь Сергеевич и Маргарита Львовна. Родители невесты — Андрей Викторович и Виолетта.
Анна моргнула. Виолетта. Двадцатилетняя жена её бывшего мужа.
Своего имени за первым столом она не нашла. Ни за вторым. Ни за третьим.
— Вы из обслуживающего персонала? — спросила хостес в черном костюме. Девушка держала планшет с зажимом.
— Я мать невесты.
Девушка сверилась со списком.
— Анна Николаевна?
— Да.
— У вас стол номер четырнадцать. Это в конце зала, за колонной. Провести?
Анна посмотрела туда, куда указывала ручка хостес. Возле дверей на кухню стоял маленький круглый стол. Там сидел видеооператор в мятой футболке и ковырялся в телефоне.
Внутри ничего не оборвалось. Просто стало очень тихо.
— Я сама найду, — ровным голосом ответила Анна.
Она развернулась и пошла не в зал, а по коридору, к комнате невесты. Каблуки глухо стучали по ковролину.
В гримерке пахло лаком для волос и шампанским. Кристина сидела перед большим зеркалом. Визажист пудрила ей ключицы.
— Выйдите на пять минут, — сказала Анна визажисту.
— Мы еще тон не закрепили, — пискнула девушка.
— Выйдите.
Дверь захлопнулась. Кристина недовольно цокнула языком и повернулась.
— Мам, ну что начинаешь? У меня график.
— Стол номер четырнадцать, — сказала Анна. — Возле кухни. С оператором. Это что?
— Ой, ну только без трагедий.
Кристина взяла со стола бокал, сделала глоток. Её рука даже не дрогнула.
— Там хорошая видимость, мам. За президиум сажают парами. Родители Игоря — уважаемые люди. У них логистическая фирма. А папа пришел с Витой. Они смотрятся статусно.
— Статусно?
— Да. У Виты отец в мэрии работает. Нам нужны эти связи. Игорь хочет открывать бизнес. Папа обещал познакомить его с нужными людьми. А ты у нас кто? Товаровед из «Пятерочки». О чем Маргарита Львовна будет с тобой говорить? О просроченной колбасе?
Анна смотрела на дочь. На идеальные локоны. На шелковое платье, за которое Анна перевела в салон сто двадцать тысяч рублей два месяца назад.
— Я оплатила эту свадьбу, Крис.
— И спасибо тебе большое! Мы с Игорем это очень ценим.
— Девятьсот тысяч рублей. Я взяла потребительский кредит под двадцать один процент. Я работаю в две смены. А Андрей Викторович не платил алименты пять лет. И теперь он сидит за главным столом.
Кристина закатила глаза.
— Мам, ну ты опять деньги считаешь. Это мой день. Мой праздник. Неужели ты не можешь ради меня один раз потерпеть и не устраивать скандал? Будь умнее. Папа оплатил ведущего.
— За сорок тысяч.
— Это тоже деньги! Короче, твое место там. Хочешь портить мне свадьбу — пожалуйста. Можешь вообще уйти.
Дверь открылась. На пороге появился Андрей. В черном смокинге, с идеальной укладкой. Рядом с ним переминалась с ноги на ногу Виолетта — тонкая, в изумрудном платье с вырезом до бедра.
— О, Анка, — хмыкнул Андрей. — Чего стоишь тут, как бедная родственница? Иди за стол, сейчас горячее понесут.
— Мой стол возле помойного ведра, Андрюша.
— Кто на что учился, — он поправил бабочку. — Кристюша, девочка моя, ты готова? Там гости заждались.
Кристина мгновенно изменилась в лице. Она просияла, вскочила с пуфика и бросилась к отцу.
— Папочка! Спасибо, что пришел! Вита, платье просто отпад.
Виолетта жеманно улыбнулась. Анна стояла сбоку, сжимая в руках дешевую черную сумочку.
— Анка, давай на выход, не мешай молодежи, — бросил Андрей. — Нам еще фотосессию делать семейную. С родителями Игоря. Тебя там точно не надо, без обид. Фотки потом скинем.
Анна не сказала ни слова. Она просто развернулась и вышла из гримерки.
В банкетном зале играла тихая музыка. За столами смеялись гости. Официанты разносили бокалы с игристом.
Анна подошла к своему столу номер четырнадцать. Села. Стул шатался. Оператор напротив жевал бутерброд с икрой.
— Вы со стороны жениха или невесты? — спросил он с набитым ртом.
— Я мама невесты.
Оператор поперхнулся, закашлялся, вытирая губы бумажной салфеткой. Посмотрел на неё долгим, оценивающим взглядом. Ничего не сказал. Просто отодвинул от себя тарелку.
Свет в зале приглушили. Заиграли фанфары.
В центр зала выбежал ведущий с ослепительной улыбкой.
— Встречайте! Наши молодожены — Игорь и Кристина!
Зал взорвался аплодисментами. Кристина и Игорь прошли к президиуму. Они светились от счастья. Анна смотрела на них из-за колонны. Рядом грохотали тарелками официанты, заносящие салаты из кухни.
Ведущий не умолкал.
— А сейчас слово тем, без кого этот роскошный вечер был бы невозможен! Тем, кто вложил всю душу и средства в наше торжество! Приветствуем родителей жениха и невесты!
С места поднялись отец Игоря, Андрей и Виолетта. Мать Игоря поправила бриллиантовое колье. Андрей взял микрофон первым.
— Дорогие дети! — голос бывшего мужа дрожал от наигранной эмоции. — Мы с мамой… то есть с Витой, — он хохотнул в микрофон, зал вежливо засмеялся. — Мы с Игорем Сергеевичем постарались сделать для вас сказку. Свадьба — это дорогое удовольствие. Но для любимой доченьки отец ничего не жалеет. Живите богато. И ни в чем себе не отказывайте. Мы всё оплатим.
Зал зааплодировал. Кристина послала отцу воздушный поцелуй.
Анна сидела ровно. Её руки лежали на коленях. Сумка лежала рядом. В сумке лежал подарочный конверт с пятьюдесятью тысячами рублей — её последний вклад в этот день. И еще там лежал договор.
Банкетный менеджер Артем проходил мимо четырнадцатого стола, когда Анна тронула его за рукав.
— Анна Николаевна? — шепнул он. — Вам что-то принести? Воды?
— Артем. Подойдите ближе.
Менеджер наклонился.
— В договоре указано, что вторая часть оплаты за банкет вносится до подачи горячего блюда. Это так? — спросила она.
— Да, всё верно.
— Сумма остатка — четыреста двадцать тысяч рублей.
— Да. Но вы можете внести её в конце вечера, вы же наша основная заказчица.
— Нет, — Анна открыла сумку и достала свернутый договор. — Я не буду ничего вносить. Я аннулирую свою часть заказа. С этой минуты.
Артем побледнел.
— В смысле аннулируете? Анна Николаевна, у нас через полчаса вынос горячего. Осетр запеченный. И торт. И алкоголь по бару.
— Отменяйте осетра. Отменяйте торт. Или несите счет тем, кто сидит за президиумом.
— Но договор на вас!
— В пункте 4.2 сказано, что заказчик имеет право отказаться от услуг в любой момент с удержанием уже оплаченного аванса. Аванс шестьсот тысяч я внесла. Он сгорает, я понимаю. Остальное я не плачу. Обед окончен.
Менеджер вытер лоб.
— Это скандал. Я вынужден остановить обслуживание.
— Останавливайте.
Анна встала. Взяла свою сумочку. Зал шумел, звенели бокалы, ведущий проводил какой-то конкурс.
Она пошла прямо к главному столу. Медленно. Никто не обращал на нее внимания, пока она не подошла вплотную к президиуму.
Кристина увидела её первой. Улыбка сползла с лица дочери.
— Ты что тут делаешь? — процедила она сквозь зубы. — Тебе же сказали не подходить.
Андрей отложил вилку.
— Анка, ты пьяная, что ли? Иди за свой стол. Не позорь нас перед людьми.
Мать жениха брезгливо сморщила нос.
— Кристина, это кто?
— Это… — Кристина замялась. — Это женщина из ресторана.
Анна посмотрела на дочь.
Женщина из ресторана.
Сзади уже подошел бледный Артем с папкой-счетом.
— Простите за беспокойство, — громко, четко, чтобы слышали ближние столы, сказала Анна. — Андрей Викторович. Вы ведь для любимой доченьки ничего не жалеете?
— Ты чего несешь? — зашипел Андрей, оглядываясь на гостей.
— Я аннулировала договор с рестораном. Аванс в шестьсот тысяч, который я брала в кредит, оплатил холодные закуски и аренду зала. Остаток по счету — четыреста двадцать тысяч. За горячее, торт и работу официантов.
За столом повисла мертвая тишина. Мать жениха перевела взгляд с Анны на Андрея.
— Вы же папа, — Анна улыбнулась. Холодно и очень спокойно. — Вы же статусный. Оплатите счет прямо сейчас. Иначе горячего не будет. А торт увезут обратно.
Андрей покраснел. Его рука инстинктивно дернулась к карману пиджака, но тут же замерла.
— Какие четыреста тысяч? — хрипло выдавил он. — Ты с ума сошла? Я ни за что платить не буду! Это твоя обязанность!
— Моя обязанность сидеть возле помойного ведра, — ответила Анна. — А платить — удел успешных мужчин.
Кристина вскочила. На её глазах блестели слезы. Но не от раскаяния. От злости.
— Мама! Ты мне всю свадьбу разрушила! Как тебе не стыдно! Перед Игорем, перед его родителями! Ты психованная!
Анна посмотрела на неё. Идеальный макияж, дорогая укладка. Чужая девочка.
— Игорь Сергеевич, — Анна повернулась к отцу жениха. Тот сидел с открытым ртом. — Ваша невестка стесняется сказать, но я её мать. И это я работаю в две смены товароведом, чтобы оплатить этот банкет. Была рада познакомиться.
Она повернулась к менеджеру.
— Артем. Чек на стол номер один. Всего доброго.
Анна развернулась и пошла к выходу. За её спиной нарастал гул голосов. Она слышала, как Кристина начала истерично рыдать. Как закричал на официанта Андрей. Как громко возмутилась мать жениха, требуя объяснить, что здесь происходит и кто на самом деле оплачивает свадьбу.
Анна толкнула тяжелые двери ресторана и вышла на улицу. Воздух был прохладным. Пахло дождем и мокрым асфальтом.
Она открыла сумочку, нащупала подарочный конверт с пятьюдесятью тысячами. Вытащила телефон.
— Такси на улицу Ленина, пожалуйста. Да, эконом.
Дома ждала тишина. Огромный долг в банке никуда не делся. Но когда она закрыла за собой дверь и скинула колючее платье, дышать стало на удивление легко.
А как бы вы поступили на месте Анны: проглотили бы унижение ради дочки или тоже оставили бы их за главным столом с неоплаченным счетом?