Марина три года делала макияж одинаково. Серые тени, кривая стрелка, помада цвета «я уже сдалась».
Подруга Лена попросила: научи.
Марина не отказала. Добрая.
Первый урок — консилер. Второй — скульптурирование. Третий — Лена смотрит в зеркало и говорит: «Ого. Это вообще я?»
Марина улыбается. Гордится.
Это её ошибка.
Через месяц они идут на день рождения Тани.
Лена заходит в зал — мужчины поворачивают головы. Не резко. Плавно. Как подсолнухи к солнцу.
Марина заходит следом.
Никто не поворачивается.
Андрей — муж Марины — смотрит на Лену две секунды дольше, чем надо.
В туалете Марина открывает сумочку. Помада. Та самая, которой она учила Лену: «Вот этот оттенок делает губы объёмнее».
Стоит. Смотрит на помаду.
Убирает обратно.
— Ты сегодня отлично выглядишь, — говорит Лена, подходя сзади.
— Знаю, — отвечает Марина.
Врёт. Но врёт красиво.
Домой едут молча. Андрей включает музыку. Марина смотрит в окно и думает об одном:
Надо было учить хуже.
А теперь ты, читатель.
Ты когда-нибудь сама себе рыла яму из доброты? Вот именно. Мы все Марины. Просто не все признаются.
Если узнала себя — поставь лайк. Дойдём до 10 — напишу продолжение: что Марина сделала с этой помадой на следующей вечеринке. Спойлер: Лена пожалела, что просила учить.
Перешли подруге, которая тоже «просто помогла». Пусть знает — она не одна.
И подпишись. Я тут такое рассказываю, что Зигмунд Фрейд бы краснел.
