Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Александр Харабарин. Парк, мост и спокойная смена времени

В Арт Галерее-студии «Наш XXI век» у Александра Харабарина легко заметить одну вещь: он умеет писать место так, что зрителю хочется задержаться в самой погоде, в этом едва уловимом состоянии дня. Парк, берег, мост, весенний сумрак, зима среди деревьев — всё это у него держится на внимании к свету, воздуху и паузе. Вроде бы перед нами обычные мотивы, зато каждый из них сохраняет свою температуру.
Открытые источники называют Александра Павловича Харабарина вологодским художником. В материалах Cultinfo к его выставке в арт-галерее говорится, что он родился в Вологде 16 июля 1947 года, создал большой корпус живописных работ, участвовал в персональных выставках, а среди значимых для себя наставников называл Владимира Корбакова и Генриха Асафова. Вологодская пресса также писала о его крупной фресковой работе и о выставочных проектах в «Нашем XXI веке». Эти факты важны ровно настолько, насколько помогают смотреть: перед нами художник, который долго и настойчиво держит разговор с местом, с городской и природной средой, с тихой человеческой мерой пейзажа.
«Весенние сумерки» я бы поставил первым входом в эту подборку. Работа небольшая по сравнению с некоторыми другими вещами Харабарина, но

В Арт Галерее-студии «Наш XXI век» у Александра Харабарина легко заметить одну вещь: он умеет писать место так, что зрителю хочется задержаться в самой погоде, в этом едва уловимом состоянии дня. Парк, берег, мост, весенний сумрак, зима среди деревьев — всё это у него держится на внимании к свету, воздуху и паузе. Вроде бы перед нами обычные мотивы, зато каждый из них сохраняет свою температуру.

Открытые источники называют Александра Павловича Харабарина вологодским художником. В материалах Cultinfo к его выставке в арт-галерее говорится, что он родился в Вологде 16 июля 1947 года, создал большой корпус живописных работ, участвовал в персональных выставках, а среди значимых для себя наставников называл Владимира Корбакова и Генриха Асафова. Вологодская пресса также писала о его крупной фресковой работе и о выставочных проектах в «Нашем XXI веке». Эти факты важны ровно настолько, насколько помогают смотреть: перед нами художник, который долго и настойчиво держит разговор с местом, с городской и природной средой, с тихой человеческой мерой пейзажа.

«Весенние сумерки» я бы поставил первым входом в эту подборку. Работа небольшая по сравнению с некоторыми другими вещами Харабарина, но в ней хорошо слышна его интонация: день ещё держится, вечер уже подступает, и между ними появляется тонкая зыбкая полоса. Цвет здесь не кричит. Он как бы собирается в глубине: холодная зелень, приглушённая земля, светлые просветы, которые не дают картине уйти в темноту.

В сумерках вообще легко ошибиться и сделать пейзаж слишком красивым или слишком печальным. Харабарин удерживает середину. Его весна спокойная, сыроватая, ещё только привыкающая к новому теплу; в ней видна земля после долгой зимы, осторожный свет и медленное движение воздуха. Поэтому в работе есть спокойствие, но оно не сонное. Внутри него чувствуется движение.

-2

«Весна в парке» написана иначе. Здесь уже важнее вертикали, просветы между стволами, ощущение прогулочного пространства, где человек может пройти сквозь картину почти без усилия. Парк у Харабарина не сделан декорацией. Он чуть неровный, живой, с теми участками, где краска то сгущается, то отпускает взгляд дальше.

Мне нравится, что художник оставляет в парке простую вологодскую будничность: земля ещё не стала летней, деревья не закрыли всё листвой, дорожки и свет видны сквозь воздух. В такой работе держит именно доверие к малому мотиву. Стоит задержаться, и становится понятно, что весна у Харабарина приходит тихо, через постепенное изменение всей поверхности.

-3

«Начало весны» шире и плотнее. Здесь уже больше земли, больше внутренней тяжести, больше разговора между холодом и светом. В начале весны пейзаж часто кажется неустроенным: снег ушёл не до конца, земля открылась не вся, вода и воздух ещё помнят зиму. Харабарин пишет это состояние без спешки. Он не торопит картину к зелёному празднику, даёт ей время.

В этой работе особенно хорошо видно, как художник пользуется коричневыми, серыми, охристыми переходами. Такие цвета легко сделать глухими, но у Харабарина они сохраняют дыхание. В них есть влажность, рыхлая земля, свет после холодных месяцев. Сезон здесь читается через то, как меняется сама плотность воздуха.

-4

«Подвесной мост» добавляет в подборку человеческий ход. Мост в пейзаже всегда держит обещание перехода: с одного берега на другой, из одного состояния в другое, от наблюдения к движению. Но у Харабарина это обещание звучит тихо. Мост не превращается в символ с большой буквы, он остаётся вещью на своём месте — деревянной, чуть зыбкой, связанной с водой и берегами.

Здесь стоит смотреть на ритм. Вертикали, горизонтали, свободные пятна, линия перехода — всё вместе собирает пространство, где пейзаж уже связан с человеком, даже если человек не стоит в центре. В таких работах Харабарин особенно точен: он умеет показать след присутствия без лишней повествовательности. Мы понимаем, что кто-то ходит по этому мосту, помнит его скрип, знает угол берега, но художник оставляет этот опыт открытым.

-5

«Зима в парке» замыкает круг. После весенних работ и мостового перехода зима дает другой способ видеть пространство. Парк становится строже, воздух суше, контрасты заметнее. Деревья держат вертикали, снег или холодный свет собирает поверхность, и взгляд начинает двигаться медленнее.

У Харабарина зима не выглядит пустой. В ней есть порядок, внутренняя тишина и немного суровой ясности. Может быть, поэтому рядом с весенними картинами она помогает лучше понять художника. Он пишет смену времени как живой опыт места: ранний свет, влажную землю, мост, холодный парк, ту самую северную паузу, в которой многое виднее.

В этой подборке нет громкой биографии и нет желания объяснить Харабарина одним словом. Скорее, перед нами несколько спокойных остановок. Художник смотрит на парк, мост и весенний воздух так, будто знает: местность раскрывается не сразу. Её нужно увидеть несколько раз, в разное время года, при разном свете. Тогда знакомый мотив перестаёт быть фоном и становится частью памяти.

Арт Галерея-студия «Наш XXI век» приглашает посмотреть работы Александра Харабарина вживую. На экране видны композиция и общий цветовой ход, зато рядом с самой работой лучше читается поверхность, размер, густота масла, движение кисти и та северная сдержанность, которая у Харабарина держит пейзаж без лишнего шума.

Источники и фактологическая опора

Cultinfo: материал о выставке Дианы Тевс и Александра Харабарина в Арт Галерее-студии «Наш XXI век», биографические сведения и выставочный контекст — https://cultinfo.ru/news/index.php?CODE=khudozhnik-aleksandr-kharabarin-u-menya-ot-zhivopi Cultinfo: анонс совместной выставки Дианы Тевс и Александра Харабарина в галерее «Наш XXI век» — https://cultinfo.ru/news/2022/6/kartiny-moskvichki-diany-tevs-i-vologodskogo-khudo Vologda BezFormata / NewsVo: выставка работ Дианы Тевс и Александра Харабарина, 2022 — https://vologda.bezformata.com/listnews/diani-tevs-i-aleksandra-harabarina/106914191/ Vologda Poisk / BezFormata: материал о фресковой работе Александра Харабарина — https://vologda.bezformata.com/listnews/osobogo-naznacheniya-aleksandr-harabarin/102968749/ Локальная папка изображений галереи: Google Drive `Картины 2026/картины для таблицы/Харабарин АП`.