— Лен, ну ты опять считаешь каждую копейку, — Артём отодвинул чашку и откинулся на спинку стула. — Это уже похоже на манию, честное слово.
— Я не считаю каждую копейку, — она поставила перед ним тарелку и присела напротив. — Я просто пытаюсь понять, куда у нас уходит то, что мы зарабатываем.
— У «нас», — он усмехнулся, ковыряя вилкой. — Красивое слово. Только зарабатываю в основном я, а распоряжаешься ты.
— Хорошо, давай разберёмся спокойно, — Лена сложила руки на столе. — Я ведь не ругаюсь. Я предлагаю сесть и вместе посмотреть.
Артём фыркнул и потянулся за солью, хотя солить было нечего.
— Знаешь, в чём твоя проблема? Ты из мухи делаешь не слона даже, а целого мамонта. У всех нормальных людей бюджет как бюджет, а ты устроила тут проверку.
— Я ничего не устраиваю, — мягко ответила она. — Просто в прошлом месяце мы не смогли отложить ни рубля. И в позапрошлом тоже. А до этого ты говорил, что нам вот-вот станет легче.
— И станет! — он повысил голос, но тут же сбавил. — Просто сейчас такой период. Везде дорого. Ты что, новостей не смотришь?
Лена кивнула, будто соглашаясь, но в глазах у неё застыл вопрос, который она не торопилась задавать.
— Я смотрю, Артём. И я вижу, что у нас всё дорого, а у тебя новые часы. Это ведь не от телевизора зависит.
— Подарили, — он отвёл взгляд. — Коллега подарил, на день рождения.
— Какой щедрый коллега, — она улыбнулась почти ласково. — Надо познакомиться. Может, и мне что-нибудь подарит.
— Очень смешно, — буркнул он. — Тебе бы в цирке выступать.
— Я подумаю над предложением, — Лена поднялась и убрала свою тарелку. — Но пока давай всё-таки про деньги. Я нашла твою старую расчётку. Там сумма больше, чем ты приносишь домой.
Артём замер на секунду, потом резко махнул рукой.
— Это разовая выплата была. Один раз дали и забыли. Чего ты привязалась к бумажке годичной давности?
— Хорошо, — она снова кивнула, терпеливо, без нажима. — Значит, разовая. Я просто хочу понять, чтобы у меня в голове сложилась картинка.
— У тебя в голове, — он постучал пальцем по виску, — слишком много свободного места, вот и складываешь всякие картинки. Займись чем-нибудь полезным.
— Я займусь, — пообещала Лена, и в её голосе мелькнуло что-то острое. — Обязательно займусь.
— Марин, я не сошла с ума? — Лена грела ладони о большую кружку, сидя напротив подруги за угловым столиком. — Скажи мне честно, я не придумываю себе?
— Лен, ты самый трезвомыслящий человек из всех, кого я знаю, — Марина перегнулась через стол. — Если ты что-то чувствуешь, значит, оно есть. Рассказывай по порядку.
— Деньги исчезают, — Лена говорила тихо. — Он приносит домой определённую сумму. Всегда одну и ту же, до рубля. А расходы у него растут. Часы, рубашки, какие-то поездки «по работе» на выходных.
— Так, — Марина прищурилась. — А что он сам говорит?
— Что я устроила проверку. Что делаю из мухи мамонта. Что у меня в голове свободного места много.
— Какая прелесть, — Марина фыркнула. — То есть он не просто прячет, он ещё и тебя выставляет ненормальной.
— Получается, так, — Лена опустила взгляд в кружку. — Самое обидное я ведь не из-за денег. Деньги — это просто… цифры. Я из-за того, что он смотрит на меня, как на дурочку.
— Вот это уже разговор, — Марина накрыла её руку своей. — Деньги отрастают, Лен. А вот когда человек тебя в грош не ставит — это другая история.
— Что мне делать? — Лена подняла глаза. — Скандалить? Я не умею. Я начинаю говорить, а он перекручивает всё так, что виноватой оказываюсь я.
— А ты не говори, — Марина пожала плечами. — Ты покажи. Слова он перекрутит, а вот бумагу с цифрами уже не перекрутишь.
— Какую бумагу?
— Лен, ну ты же взрослая, — Марина чуть наклонилась. — У него есть счёт. На счёт что-то падает. Если он прячет премию, она же не растворяется в воздухе, она где-то лежит. Или куда-то уходит.
— Я не хочу копаться в его телефоне, — Лена поморщилась. — Это унизительно.
— А жить с человеком, который держит тебя за идиотку, — не унизительно? — Марина приподняла бровь. — Я не предлагаю читать его переписку. Я предлагаю посмотреть, куда уходят общие деньги. Это вообще-то и твоё право.
— Знаешь, есть хорошая фраза, — Лена слабо улыбнулась. — «Правда не перестаёт существовать оттого, что её игнорируют». Я её игнорировала почти год.
— Вот именно, — Марина откинулась назад. — Хватит игнорировать. Один раз посмотри в лицо тому, что есть. Хуже не будет.
— А если я узнаю что-то совсем плохое? — голос Лены дрогнул.
— Тогда ты хотя бы будешь знать, с чем имеешь дело, — твёрдо сказала Марина. — Бороться вслепую нельзя. А вот когда видишь карту — уже можно ходить.
— Ладно, — Лена выдохнула и решительно поставила кружку. — Ты права. Хватит ходить вокруг да около. Я разберусь. Сама.
— Вот это моя Ленка, — Марина улыбнулась. — Только обещай мне одно.
— Что?
— Что не будешь его жалеть раньше времени. Жалость — это потом. Сначала факты.
*
— Куда мы едем? — Артём не отрывался от телефона, держа его так, чтобы Лена не видела. — Ты же сказала, по делам.
— По делам, — она спокойно вела машину. — Заодно поговорим. В дороге хорошо говорится, никто не отвлекает.
— У меня вообще-то планы на вечер, — он недовольно поджал губы. — Могла бы и предупредить.
— Какие планы? — она бросила быстрый взгляд. — Расскажи, может, и мне интересно.
— Тебе всё интересно, — буркнул он. — С друзьями встречаюсь. Мужской вечер. Тебе не понять.
— Постараюсь дорасти, — она улыбнулась уголком губ. — А друзей как зовут? Может, я кого знаю.
— Да какая разница, — он раздражённо повернулся к ней. — Лен, ты опять? Что за допрос на ровном месте?
— Я просто поддерживаю беседу, — невинно ответила она. — Ты же сам говорил, что я молчунья. Вот, исправляюсь.
— Лучше бы молчала, — процедил он. — От твоей беседы голова пухнет.
— Артём, — она чуть сбавила скорость. — А что у нас с деньгами на отпуск? Мы же хотели летом куда-нибудь.
— Нет денег, — отрезал он. — Я тебе сто раз говорил. Кризис, всё дорого. Какой отпуск.
— Странно, — она задумчиво постучала пальцами по рулю. — А твой друг рассказывал, что вы вместе на выходные ездили. На базу какую-то, с рыбалкой. Это же тоже деньги.
— Какой друг? — он напрягся. — Кто тебе что рассказывал?
— Мир тесен, — она пожала плечами. — Люди разговаривают. Так что, ездили?
— Один раз, — он сглотнул. — За чужой счёт. Меня пригласили.
— Тебя везде приглашают, — она тихо засмеялась. — Прямо нарасхват человек. Часы дарят, на рыбалку возят. Тебе цены нет.
— Лен, тебе что от меня надо? — он повернулся всем корпусом. — Говори прямо, хватит ходить кругами.
— Хочу прямо? — она остановилась на светофоре и посмотрела на него в упор. — Хорошо. Куда уходит твоя премия, Артём?
— Нет никакой премии, — он отвернулся слишком резко. — Сколько можно про эту премию.
— Ни разу за год? — она держала ровный тон. — За весь год — ни рубля сверху?
— Ни разу, — он стиснул челюсти. — Загнали зарплату по минимуму и держат. Радуйся, что хоть это есть.
— Я радуюсь, — она тронулась с места, когда загорелся зелёный. — Очень радуюсь. У меня просто хорошая память, понимаешь? Я помню всё, что ты говоришь. Каждое слово.
— Это диагноз, а не достоинство, — огрызнулся он.
— Возможно, — согласилась она. — Зато удобно. Когда придёт время сверять, у меня всё будет записано.
— Какое ещё время сверять? — он нервно дёрнулся. — Ты меня пугать, что ли, вздумала?
— Я? — Лена искренне удивилась. — Я тебя люблю, Артём. Разве любящая жена может пугать? Я просто веду беседу. Ты сам просил.
*
— Кристина, можно? — Лена вошла в небольшую съёмную квартиру, дверь в которую ей открыла молодая женщина. — Я ненадолго. Я жена Артёма.
— Я… вы… — Кристина отступила, придерживая дверь. — Я не понимаю, о чём вы.
— Понимаете, — мягко сказала Лена. — По лицу вижу, что понимаете. Я не кричать пришла. Я пришла поговорить как взрослый человек со взрослым человеком.
— Нам не о чем говорить, — Кристина вздёрнула подбородок, но пальцы у неё подрагивали. — Если вы что-то себе придумали…
— Вот эта квартира, — Лена обвела взглядом прихожую. — Кто её оплачивает?
— Это не ваше дело, — отрезала Кристина.
— Уже моё, — Лена улыбнулась без злости. — Потому что оплачивает её мужчина, который по документам делит со мной всё пополам. Так что косвенно — я. Получается, я ваша квартирная хозяйка.
— Вы… — Кристина растерялась. — Это он сказал, что у вас всё кончено. Что вы давно чужие люди. Что вы его контролируете и не даёте дышать.
— Какая знакомая песня, — Лена тихо рассмеялась. — Контролирую, не даю дышать. Он и про деньги так говорит, что я их прячу. Талантливый человек, что тут скажешь.
— Прячете? — Кристина нахмурилась. — Он говорил, что вы сидите на его шее и тянете из него последнее.
— Конечно, говорил, — Лена кивнула. — А вам он говорил, что у него каждый месяц приличная премия, о которой я якобы не знаю?
— Какая премия? — Кристина побледнела. — Он мне жаловался, что денег мало. Что вы его обираете. Что эту квартиру он еле тянет.
— Вот это поворот, — Лена прислонилась к стене. — Получается, он и вам пел про бедность. Интересно у вас двоих устроено. Я плачу, вы живёте, а он рассказывает обеим, что нищий.
— Этого не может быть, — Кристина мотнула головой. — Он подарки делал. Часы себе, мне сумку…
— Часы я видела, — спокойно сказала Лена. — Дома он сказал, что подарил коллега. Видимо, очень душевный коллега. Прямо родной человек.
— Вы врёте, — голос Кристины сорвался. — Вы пришли, чтобы меня запутать!
— Я пришла, чтобы перестать путаться самой, — ответила Лена. — Мне от вас ничего не нужно, честное слово. Живите как хотите. Я только одно хочу понять: вы знали, что он женат, когда всё начиналось?
Кристина молчала, кусая губу.
— Значит, знали, — Лена выпрямилась. — Ну что ж. Тогда у меня к вам нет вопросов. И знаете, мне даже не обидно за вас. Обидно на него.
— Почему? — тихо спросила Кристина.
— Потому что вас он обманывает так же, как меня, — Лена пошла к двери. — Вы думали, что особенная. А вы просто вторая в списке тех, кому он рассказывает про свою бедность. Грустная компания подобралась.
— Подождите, — Кристина шагнула следом. — Если он и про деньги врал… то получается, он и мне врёт?
— Получается, — Лена обернулась на пороге. — Но это уже ваша история. Разбирайтесь сами. У меня своя, и я её сегодня закрою.
*
— Лен, ну наконец-то ты дома, — Артём развалился на диване. — Где тебя носит? Я голодный как зверь.
— Сейчас всё будет, — Лена прошла на кухню и положила на стол несколько листов. — Только сначала ужин для души.
— Это что? — он лениво приподнялся. — Опять твои расчёты?
— Это выписка, — она села напротив и спокойно сложила руки. — С твоего счёта. За год. Каждое поступление, каждая трата.
Артём сел резко, лицо у него вытянулось.
— Ты лазила по моим документам? — он повысил голос. — Совсем берегов не видишь? Это вообще-то личное!
— Вор не я, это ты прячешь деньги от семьи, — он ткнул пальцем в её сторону, уже почти срываясь на крик. — Это ты вечно темнишь, считаешь, перекладываешь, а потом говоришь, что денег нет!
Лена пододвинула к нему лист бумаги и тихо спросила:
— Продолжим?
Он опустил взгляд на цифры, и слова застряли у него в горле.
— Это… это не то, что… — он сглотнул. — Это рабочее. Это не моё. Это…
— Премия за январь, — Лена провела пальцем по строчке. — Премия за февраль. Март. И так двенадцать месяцев. Ни разу не «один раз», ни разу не «загнали по минимуму». Каждый месяц, Артём. Стабильно.
— Откуда ты вообще, — он задохнулся, — откуда у тебя это?!
— Тебя поймали не на том, что я залезла в бумаги, — мягко заметила она. — Тебя поймали на том, что цифры не врут, а ты врал. Это, как говорится, две большие разницы.
— Ты следила за мной! — он вскочил. — Ты влезла куда не просили! Какая же ты…
— Договаривай, — она не двинулась с места. — Какая же я? Внимательная? Памятливая? Да, есть такой грех.
— Ты не понимаешь! — он метался от стены к столу. — Это мои деньги! Я их заработал! Имею право тратить как хочу!
— Имеешь, — неожиданно согласилась Лена. — Полностью. Свои — на что хочешь. Вопрос в другом: зачем ты при этом каждый день говорил мне, что мы нищие? Зачем смотрел на меня, как на дуру, которая сама всё спустила? И требовал, чтобы я перекрывала эту дыру в нашем бюджете.
— Я… — он осёкся. — Ну, чтобы ты не транжирила.
— Чтобы я экономила на нас, — кивнула она, — пока ты оплачивал чужую квартиру и дарил чужие сумки. Логично. Стройная схема.
Артём побелел.
— Какую квартиру… о чём ты…
— Я сегодня пила чай не с Мариной, — Лена смотрела на него ровно. — Я заходила в гости. К Кристине. Милая квартира, между прочим. Ты неплохо вложился.
— Ты ходила туда?! — его голос подскочил почти до визга. — Ты с ума сошла! Ты понимаешь, что ты наделала?!
— Я навела порядок, — спокойно сказала она. — В голове сначала. Теперь и в остальном. Кстати, ей ты тоже плакался про бедность. Бедный-бедный Артём, его жена обирает. Артистично. Я даже немного впечатлена.
— Это всё неправда! — он схватился за голову. — Она тебе наврала! Это не то, что ты думаешь, Лен, послушай…
— А я ничего и не думаю, — она встала и аккуратно собрала листы обратно в папку. — Я просто читаю. Цифры, даты, суммы. Думать тут нечего. Тут всё уже подумано за тебя — твоей же рукой.
— И что теперь? — он сбавил тон, в голосе прорезался испуг. — Ты что задумала?
— Я не задумала, — поправила она. — Я уже сделала. Я разделила счета сегодня утром. То, что общее — пополам. То, что твоё личное, — оставайся при нём. И при ней. Места хватит.
— Лен, ну ты чего, — он шагнул к ней, понизив голос до вкрадчивого. — Давай поговорим спокойно. Семья — это же главное. Я погорячился, я был неправ, бывает же.
— Бывает, — согласилась она. — Только знаешь, чем плох обман? Он работает один раз. Дальше человек просто перестаёт верить твоим словам и начинает смотреть на твои поступки. А поступки у тебя, Артём, говорящие.
— Ты не можешь просто так всё разрушить! — он снова повысил голос. — Я не позволю!
— Ты уже всё разрушил, — она пожала плечами. — Я только перестала подметать осколки и делать вид, что пол целый. Есть хорошая мысль: «Кто хочет — ищет возможности, кто не хочет — ищет оправдания». Ты весь год искал оправдания. А я сегодня нашла возможность.
— Куда ты собралась?! — он метнулся за ней в прихожую. — Ночь на дворе!
— К Марине, — она надела куртку. — Вещи я уже отвезла днём. Ключи на тумбочке. Квартира съёмная, ты помнишь, договор на меня. Так что разъезжаться будешь ты. Не торопись, до конца месяца время есть.
— Ты… ты пожалеешь, — он сжал кулаки, но как-то беспомощно. — Куда ты без меня денешься?
— Туда же, куда и с тобой, — она усмехнулась. — Только без камня на шее. Знаешь, я ведь долго боялась этого разговора. Думала, рухнет небо. А небо на месте. И дышится, оказывается, легче.
— Лен, погоди, — он схватил её за рукав, голос дрогнул. — Я всё верну. Я закрою ту квартиру. Я порву с ней. Дай мне один шанс, слышишь?
— Шансов было двенадцать, — она мягко высвободила руку. — По одному на каждый месяц, когда ты приносил домой меньше, чем зарабатывал, и смотрел мне в глаза. Ты их все использовал. На вранье.
— И что мне теперь делать? — он опустился на табурет в прихожей, разом сдувшись.
— Жить честно, — она открыла дверь. — Хотя бы попробовать. Это поначалу непривычно, зато потом не приходится запоминать, кому что соврал. Очень экономит силы, рекомендую.
— А если я не справлюсь? — тихо спросил он, уже без злости, почти жалобно.
— Тогда это будет твоя проблема, Артём, — спокойно ответила Лена. — Впервые за этот год — только твоя. Я свою уже решила.
Она вышла, и дверь закрылась мягко, без хлопка. Громко хлопать было не о чем — всё уже было сказано цифрами.
На лестничной площадке она достала телефон и набрала Марину.
— Марин, я выезжаю, — сказала она и сама удивилась, как ровно звучит её голос. — Нет, не плакала. Представляешь — совсем.
— Ну ты даёшь, — рассмеялась Марина в трубке. — А он?
— А он остался сидеть с папкой и считать свои премии, — Лена начала спускаться. — Пусть считает. У него теперь много свободного времени и свободного места в голове.
— Ты молодец, Ленка, — тепло сказала Марина. — Я горжусь тобой.
— Я просто перестала бояться посмотреть в бумагу, — ответила Лена. — Оказалось, страшным было не то, что в ней написано. Страшным было всё это время делать вид, что я слепая.
— Приезжай скорее, — сказала Марина. — Чайник уже греется.
— Уже еду, — улыбнулась Лена. — И знаешь что? Кажется, у меня сегодня появился отпуск. Внеплановый. От человека, который всё время был в кризисе.
КОНЕЦ
Автор: Ева Росс ©