85-летию битвы за Москву посвящена статья Марии Александровны Семёновой «Видно, что он счастлив».
В этой статье говорится о судьбе писателя-ополченца Константина Ильича Кунина (1909-1941).
Константин Ильич Кунин был талантливым учёным-востоковедом, автором книг о путешественниках в серии ЖЗЛ Марко Поло, Васко да Гаме, Магеллане, Афанасии Никитине.
«В армию Константина не брали по состоянию здоровья – из-за порока сердца и плохого зрения, - но он добился зачисления в народное ополчение, в писательскую роту. Это было уникальное подразделение, которого не знала, наверное, ни одна армия в мире. Более ста членов Союза писателей СССР – прозаики и поэты, переводчики и критики, признанные и начинающие, - вошли в состав «писательской роты». Именно под таким названием известен их ополченский отряд».
Находясь на передовой, Кунин читал лекции по истории бойцам и жителям деревень, в которых останавливалась их рота. Ему довелось побывать в окружении, он ходил в разведку. Под артобстрелом погибла его жена. Он был убит 23 ноября 1941 года в бою за подмосковную деревню Иваньевку и там же похоронен.
«После войны, уже в 1960-х, наши бойцы, погибшие в этих местах, были перезахоронены в братскую могилу у села Саввинская Слобода, совсем рядом с Саввино-Сторожевским монастырём».
О прославленном хоре имени М.Е.Пятницкого рассказывается в публикации «Пойте, как у себя на завалинке…».
В нынешнем году хору имени Пятницкого исполнилось 115 лет.
«Начало хору положил Митрофан Ефимович Пятницкий (1864-1927), организовавший четыре концерта с крестьянами в Москве – 18 февраля 1911 года (два выступления) и 27, 29 января 1912-го»
М.Е.Пятницкий был членом Музыкально-этнографической комиссии при Московском Императорском обществе любителей естествознания, антропологии и этнографии, и он добился от руководства общества выделения средств на концерты с участием крестьянских певцов из глубинок России.
Крестьяне-певцы выступали в народных костюмах, и своим мастерством безо всякого образования поразили столичную публику.
После смерти Пятницкого у хора начались трудности: народное творчество оказалось не актуальным. Но коллектив уцелел и в 1935 году превратился в профессиональный, филармонический. А в годы войны песни в исполнении хора постоянно звучали по радио, помогая людям справиться с трудностями.
«Больше века живёт хор имени Пятницкого. Юбилейные торжества в этом году прошли в концертном зале «Измайлово». Коллектив порадовал зрителей новой программой «Лучшее за 115 лет» - с яркими танцевальными номерами и любимыми публикой песнями».
Совершить прогулку по Ходынскому полю предлагает Кирилл Валерьевич Жижкевич в статье «Ходынка».
Ходынка расположена на севере Москвы между Ленинградским проспектом, Беговой улицей и Хорошевским шоссе. Раньше здесь было лётное поле, после которого осталось огромное свободное пространство. И первое, что вспоминается при слове «Ходынка» - это давка во время коронации императора Николая II в мае 1896 года.
На Ходынке не раз снимались фильмы: «Мимино», Ходынка сыграла роль Бородинского поля в фильме «1812. Отечественная война».
«В 1776-м началось строительство неподалёку от Ходынки Петровского путевого дворца. Величественный архитектурный памятник, помимо места отдыха царских особ на пути из Петербурга в Москву, должен был напоминать о славных временах Екатерины и совершённых под её началом победах».
В этом районе очень много достопримечательностей: театр «Ромэн», дом авиаторов «на ножках», скульптура «Укротители коней», выполненная по чертежам П.К.Клодта его внуком, мемориальный камень на месте падения самолёта В.П.Чкалова
Статья проиллюстрирована большим количеством интереснейших фотографий.
«Вспоминая Тимирязевку» - так называется публикация Юрия Николаевича Шумакова, который учился, а потом более сорока лет работал в сельскохозяйственной академии имени Тимирязева.
Эта публикация мне была особо интересна, поскольку я живу совсем недалеко от ТСХА и практически каждый день проезжаю мимо по Тимирязевской улице, по Лиственничной аллее.
Далее в номере продолжение публикации Арсения Вячеславовича Борисова «Московское болото и его окрестности» (начало было в №12 за 2025 год).
В этой части публикации рассказано о памятниках архитектуры на Болотной площади. Интересный факт:
«Угол Болотной площади и улицы Серафимовича (до 1933 года – Всехсвятской) отмечает пятиэтажный дом весьма непритязательного облика, причисленный, однако, к памятникам архитектуры: один из первенцев строительства советской эпохи в районе. Дом построен в 1927 году для жилищного кооператива (архитектор В.Н. Юнг). Судьба и планы московских градостроителей, казалось, сулили зданию недолгую жизнь. Согласно постановлению Совета народных комиссаров СССР от 28 февраля 1932 года, этот и несколько соседних участков предстояло занять 2-му Дому Советов, проектируемому Б.М. Иофаном. Но грандиозный проект, грозивший перекроить всю градостроительную структуру округи, заглох. В 1937 году дом на Всехсвятской оказался на трассе сооружения нового Большого Каменного моста. Тогда снесли несколько исторических зданий по соседству, в том числе Суконный двор и часовню Николо-Берлюковского монастыря. Советскую новостройку решили пощадить. Осенью того же года пятиэтажный дом весом 7500 т подняли на домкратах, поставили на катки и по рельсам передвинули на 74 метра восточнее прежнего места. Любопытно, что всё это время жильцы преспокойно оставались в квартирах, могли пользоваться газом, водопроводом, канализацией, электричеством и телефоном, подключённым через гибкую подводку. Вся страна следила за происходившим у Каменного моста, а поэтесса А.Л. Барто отозвалась стихотворением «Дом переехал».
Невероятная история, не правда ли? Не потому невероятная, что дом передвинули, а потому, что жильцы продолжали пользоваться всеми коммуникациями и даже не вышли из дома посмотреть, как их дом «поехал».
Продолжение следует…
В рубрике «Диалог во времени: 1991-2026» опубликованы воспоминания Рюрика Ивнева (Михаила Александровича Ковалёва, 1891-1981) о Мариенгофе, А. Вертинском и его же новелла «Гостиница «Париж»».
Первая публикация этих воспоминаний была в журнале в 1991 году, в №6.
О Мариенгофе, пожалуй, нового ничего я не узнала, потому что всё то, что рассказал Ивнев, сам Анатолий Борисович уже написал в своём «Романе без вранья», который я не так давно читала, но, понятно, что точка зрения на все события, описанные Мариенгофом, у Ивнева несколько другая.
Не очень лестно он отзывался о Мариенгофе, подмечая его склонность к недоброй язвительной иронии, к ехидству, хоть и пишет, что дружил с ним. Так что получилось, что «дружба» вышла обоюдоострая.
О Вертинском Ивнев пишет, что поначалу был равнодушен к его творчеству, но позднее, после возвращения Александра Николаевича в СССР, познакомившись с ним лично, удивился, как неравнодушно воспринимали его выступления люди. Вертинский же, в свою очередь, восхищался стихами Ивнева.
Крошечная новелла «Гостиница «Париж»», скорее даже не новелла, а миниатюра, была написана Ивневым в 1969 году, и в ней поэт описывает почти мистическую историю, которая произошла с ним в 1950 году в самом центре Москвы.
Замечательно весенний московский очерк «Под тенью, под сиренью» получился у Екатерины Игоревны Темновой.
Это воспоминания детства, которое прошло в столичном микрорайоне Орехово-Борисово Южное. Весна, запах сирени, окутавший так ненадолго всю Москву…
В рубрике «История, истории…» опубликованы документы, фрагменты дневников, датированные летом 1945 года. «Москва послевоенная».
Здесь статьи из журналов и газет, заметки из дневников разных людей, в которых говорится, чем жила Москва в летние месяцы после окончания войны. Прошёл парад Победы, возвращаются из Германии победители, предприятия страны перестраиваются на производство товаров народного потребления. Кто-то полон оптимизма, кто-то настроен более скептически.
Заметки сопровождаются подлинными фотографиями того времени.